Вердикт: невиновен! - Ева Львова

– Да говорю же, нет! – наблюдая за моими манипуляциями, мотнул головой студент. – Что вы делаете? Зачем это?

Я бережно убрала трофей в сумку и, улыбнувшись акульей улыбкой, проговорила:

– Экспертиза установит, есть ли отпечатки ваших пальцев на бегунке «молнии» сумки моего подзащитного посредством этой чашки. Вы же не будете отрицать, что брали её в руки?

– Проверяйте, если не верите, – скрипнул зубами мой собеседник, рывком поднимаясь со стула и вразвалку направляясь к выходу из буфета.

Оставшись за столом одна, я удовлетворённо улыбнулась. Вызвать в рядах противника панику и заставить его совершить ошибку – вот результат, которого я добивалась. Без ложной скромности скажу, что ещё в студенческие годы, решая задачи по специальности, я поражала преподавателей дерзостью мысли и нетривиальным подходом. Я злорадно проводила взглядом спину врага до дверей буфета, оглядела многолюдный зал и стала думать, в каком направлении мне двигаться дальше.

Жизнь в институтской кафешке бурлила вовсю. За соседними столами молодые люди что-то горячо обсуждали, показывая друг другу записи в конспектах, делились впечатлениями и флиртовали. Задержавшись взглядом на столике Юли и её друзей, я решила получше присмотреться к Лизе Исаевой. Именно о Лизе упоминала сотрудница деканата, уверяя, что Исаева не даёт проходу профессору Черненко. И вот теперь имя Лизы снова всплыло в связи с убитым деканом. Я неторопливо поднялась из-за стола, купила в буфете чашку кофе и подсела к ребятам.

– Ну как, Агата? Ты поговорила с Миносяном? Что он сказал? – по-детски распахнув глаза, с любопытством спросила Юля.

Кудрявую прядь волос она накручивала на указательный палец, а это был верный признак того, что девушка волнуется.

– Гарик сказал, что не пил спиртного в машине Володи, – пытаясь разобраться в чувствах клиентки, откликнулась я.

– Врёт, – выдохнула сидевшая рядом с Юлей худощавая девица с густо подведёнными глазами. Чёрные как смоль волосы, достающие до пояса, и злое выражение лица делали её похожей на пиковую даму.

– Лиз, откуда ты-то знаешь? – удивилась Юля, перестав крутить волосы.

Я отметила про себя, что пиковая дама и есть Лиза Исаева, а та сверкнула злыми глазищами и проговорила:

– Да потому, что видела Миносяна в авто Вовки. Ходила ночью в магазин за пепси-колой и заметила «Мазду» Мызина, а рядом с ним на переднем сиденье развалился Гарик и пил водку. А когда я вышла из магазина, в машине был уже один только Вовка. Я, между прочим, Вовочку твоего до общаги довела, а дальше уже он сам пошёл, своими ножками, чтобы ты, Юль, не очень ругалась.

В голосе девушки явственно прозвучала затаённая ревность, но Лиза быстро взяла себя в руки и, справившись с нахлынувшими эмоциями, миролюбиво заметила:

– Даже после того, как застукал тебя у профессора, Вовка всё равно не хотел тебя расстраивать.

Обличив Миносяна во лжи, Исаева сделала презрительное лицо и поправила длинную чёлку, заколотую набок многочисленными невидимками с алыми стразами.

– Ну ладно, вы тут болтайте, а я пошла, – поднимаясь с места, сухо проговорила она. Ярко-жёлтая вязаная шапка с ушками, заканчивающимися шерстяными косами, упала ей под ноги. Лиза подняла шапку с пола, отряхнула и глубоко натянула на голову.

– Лиз, ты что, уходишь? – забеспокоилась Юля.

– Пойду в общагу, – буркнула её подруга.

– А как же философия?

– Без меня, голова что-то разболелась, – отмахнулась Лиза. – Виталик, ты идёшь?

Смуглый лопоухий паренёк, сидевший рядом с пиковой дамой, залпом выпил кофе и, чмокнув Юлю в щёку, пустился догонять Исаеву. Я проводила глазами худую девичью фигуру в жёлтой шапке, на голову возвышавшуюся над щуплым Виталиком, и повернулась к клиентке.

– Юль, дай мне номер телефона Гарика, – попросила я. – Хочу одну вещь проверить.

– Конечно, записывай, – живо отозвалась Щеглова.

Студентка достала из рюкзачка мобильник, пробежалась по телефонной книжке и продиктовала номер однокурсника.

– Слушай, Юль, а Лиза – твоя близкая подруга? – между делом осведомилась я, записывая в блокнот цифры.

– Я Лизку знаю как себя, – убирая мобильный в специальный кармашек рюкзака, улыбнулась Юля. – Мы с ней с первого курса в одной комнате живём. Знаешь, Агат, ведь Лиза тоже бюджетница. Её по квоте как сироту из детского дома в институт приняли. Ты не представляешь, как я ей завидовала во время вступительных экзаменов! Ещё бы! Исаевой сдавать один предмет, а всем остальным – целых пять!

– И за прошлый год вы ни разу не поссорились? – не поверила я.

Не знаю, как вы, а я твёрдо уверена, что нет на свете такой девушки, которая безропотно сносила бы какое угодно соседство, будь это даже самая лучшая подруга. Всё равно нет-нет да и вспыхнет ссора из-за того, что кто-то грыз за столом орехи и не убрал скорлупу, или бросил на подоконник бюстгальтер, или из-за любой другой очаровательной ерунды, которая здорово отравляет жизнь.

– Ссорились, конечно, – махнула рукой Юля. И, улыбнувшись так, что появились ямочки на щеках, кокетливо добавила: – Кстати, из-за Вовки. Ведь сначала Вова с Лизой дружил и только потом за мной стал ухаживать. Лизка тогда чуть не умерла от обиды. Дулась на меня целый месяц, даже в другую комнату жить переехала. А сейчас ничего, в Виталика влюбилась и вернулась. Теперь мы снова соседки по комнате и лучшие подруги.

– Понятно, – протянула я, глядя в лучистые глаза собеседницы. – Номер вашей комнаты мне не подскажешь?

– Двести вторая, – ответила Юля. – Заходи в гости.

– Обязательно. Слушай, Юль, я всё спросить хочу – почему ты в общежитии живёшь?

– Мотаться из пригорода далековато, – простодушно ответила девушка. – Я же в Пряжске зарегистрирована. Родители мне даже машину подарили, «Пежо-308», чтобы удобнее было до института добираться. Но мне всё равно больше нравится жить в общаге, чем с утра до вечера торчать в пробках.

– Так, конечно, удобнее, – согласилась я, закрывая блокнот.

Посчитав, что вытянуть из собеседницы больше ничего не удастся, я встала из-за стола и закинула на плечо объёмную кожаную сумку.

– Пойду, по территории пройдусь, – я дружески улыбнулась клиентке. – Посмотрю на ваше общежитие. Пока, Юль. Буду держать тебя в курсе.

– Спасибо, Агата, – крикнула мне вдогонку невеста подзащитного.

Уже в дверях я невзначай обернулась и увидела, как Юля поднялась из-за стола и собирает на поднос грязную посуду, оставленную однокурсниками, намереваясь отнести её на стол у мойки. Юлин поступок говорил о многом. Нет в этой девочке ничего показного, решила я и вышла из кафетерия.

Стоя на ступеньках главного корпуса Столичного гуманитарного университета, я полной грудью вдохнула чистый воздух лесопарковой зоны и полезла в сумку за смартфоном. Заявление Миносяна о том, что декан факультета истории лично позвонил ему на мобильный и назначил аудиенцию на девять часов вечера, вызывало у меня серьёзные сомнения. Если, как утверждает сотрудница деканата, профессор не брал взяток, с чего бы он стал приглашать к себе студента в столь поздний час? Да ещё такого неуравновешенного, как Миносян? Скорее всего, Гарик врёт, чтобы выкрутиться. В любом случае слова Миносяна стоит проверить. Чтобы найти ответ на этот вопрос, я принялась звонить Борису.