Шанхайский синдром - Цю Сяолун

Кроме того, такое дело вряд ли удастся раскрыть быстро. Свидетелей нет. Улик тоже нет, так как труп некоторое время пробыл в воде. Ничего существенного они не обнаружили. Некоторые старые служаки попытались бы отделаться от такой обузы. На самом деле именно на это намекал следователь Юй. Поскольку они – особая бригада, они имеют право отказаться от дела, передать его другим. Да и перспектива висяка не казалась соблазнительной. Такое дело не повысит его статуса в управлении.

Чэнь присел на прибрежный валун, достал смятую сигарету и закурил. Глубоко затянулся и на секунду закрыл глаза.

Посмотрев на тот берег, он вдруг заметил крошечные звездочки полевых цветов: голубых, белых, фиолетовых. Они мелькали в подернутой дымкой траве. Больше ничего.

Когда появились первые кучевые облака, он отправился в обратный путь. Девочки с чаем на развилке уже не было. Вот и хорошо. Может, она вовсе и не торгует пиратскими дисками. Просто у нее остался лишний, а пара юаней – сумма для деревенской девчонки огромная.

Войдя к себе, Чэнь первым делом увидел на письменном столе копию официального письма о зачислении на курсы при Центральной партшколе. Об этом письме говорил секретарь парткома Ли. Однако, вопреки ожиданию, Чэнь не испытал особой радости.

Ближе к вечеру от судмедэкспертов пришел отчет о результатах вскрытия. Интересного в нем было мало. Время смерти – между часом и двумя ночи одиннадцатого мая. Перед смертью жертва вступала в сексуальные отношения. Анализ выявил следы мужской спермы, но, после того как труп пролежал в воде, ее осталось немного. Трудно было сказать, происходили ли сексуальные отношения против воли жертвы, однако ее задушили. Беременной она не была. Рапорт заканчивался словами: «Смерть вследствие асфиксии в сочетании с возможным сексуальным насилием».

Вскрытие проводил доктор Ся Юйлун.

Дважды перечитав отчет о вскрытии, старший инспектор Чэнь пришел к выводу: он отложит принятие решения. Ему ведь не нужно немедленно передавать дело в другой отдел, как не нужно немедленно приступать к расследованию. Если появятся новые улики, можно сказать, что делом займутся они. Если след уже «давно остыл», как и предсказывал следователь Юй, никогда не поздно сплавить дело другим.

Чэню показалось, что он поступает правильно. Он сообщил о своем решении Юю, который с готовностью согласился. Однако, повесив трубку, Чэнь вдруг понял, что настроение у него ухудшилось. Затемнение – как в кино, в конце фильма, а по экрану бегут фрагменты пейзажа, который он видел совсем недавно.

Она лежала там – одна, голая; длинные черные волосы змеей свились на шее. И на нее глазели два незнакомых ей человека. Потом приехали мужчины в белых халатах, уложили ее на носилки. А через некоторое время ее вскрыл пожилой врач, осмотрел ее внутренности и снова зашил разрез. Затем труп отправили в морг. А старший инспектор Чэнь все это время праздновал новоселье, пил, танцевал с молодой симпатичной женщиной, беседовал о поэзии эпохи Тан и наступал своей партнерше на босые ноги.

Ему стало жаль погибшую. Он почти ничем не может ей помочь… Впрочем, на эту тему лучше не думать.

Он позвонил матери и рассказал, что купил по случаю книгу отца. Мама очень обрадовалась: именно этой книги не было в ее библиотеке в комнатке на чердаке.

– Вот только жаль, сынок, что ты не взял и плакат.

– Почему?

– Вдруг девушка с плаката сошла бы со стены, – весело поддразнила его мама, – и составила тебе компанию на ночь.

– Ах вот оно что! – Чэнь рассмеялся. – Та же старая сказка, какую ты рассказывала мне тридцать лет назад. Сегодня я занят, а завтра заеду к тебе. Я с удовольствием тебя послушаю.