Версаль под хохлому - Дарья Донцова

Я с опаской посмотрела на экран домофона, увидела соседку Ларису и распахнула дверь со словами:

– Гастарбайтеры уехали, ремонт окончен! Разложу вещи и устрою новоселье. Ты – главная, почетная гостья.

– Здорово, – пробормотала новая знакомая. – Тань, выручи, а?

– Извини, – смутилась я, – с деньгами швах, расплатилась с маляршами и осталась на бобах.

– Нет, я не прошу в долг, – отмахнулась Лара. – Мы с Мишей решили жить вместе. Сегодня около девяти вечера он с чемоданом приедет.

– Поздравляю, – совершенно искренне сказала я.

Лариса отличная хозяйка, умная женщина, у нее веселый, совершенно не скандальный характер, а Михаил, которого я встречала у нее на кухне, добродушный мужчина, не пьет, не был женат, да еще и сирота. Ну просто идеальный вариант! Почему бы этим людям не объединиться в семью? Ларисе нет сорока, она еще может родить ребенка.

– Спасибо, – кивнула Лара. – Понимаешь, произошла накладка – приехал мой брат. Генка идиот, сто раз ему говорила: соберешься в столицу, непременно звякни, вдруг я отсутствую или что еще. Так нет же! Сваливается, как кирпич на голову, привозит домашние консервы и кричит: «Сеструха! Здоро́во, я прибыл!» Да что я тебе рассказываю, небось у самой таких родичей полно. Одного не пойму: явятся из своего колхоза и начинают Москву ругать – и грязно у нас, и шумно, люди на улицах злые, никто не поможет, цены офигенные, продукты ненатуральные... Спрашивается, за каким дьяволом тогда в столицу припираются? Оставались бы в деревне, ели домашний творог и дышали свежим воздухом. А раз приехали в город, то будьте любезны, не поливайте его дерьмом на каждом шагу. Небось не понравится, если я в их Бурундуковку прискачу и примусь коров ругать, дескать, они больные и молока от них, как от козлов?

Лариса задохнулась от возмущения.

– У меня родственников в провинции нет, – улыбнулась я.

Соседка прислонилась к косяку.

– Даже не представляешь, как тебе повезло. А я из многодетной семьи, у меня четыре сестры и два брата. Но Мишке я про них ни слова не сказала.

– Почему? – удивилась я.

Лара сложила руки на груди.

– Мужики не любят, когда у бабы семья здоровенная. У них сразу мысль возникает: вот сейчас распишусь, а потом придется безостановочно ее родне помогать. Или, может, только мне такие женишки попадались? Я четыре раза в загс собиралась, заявление относила, а затем на одни и те же грабли наступала – звонила сестрам и сообщала: «Приглашаю вас на свадьбу». Вот как у нормальных людей бывает? Если родственнички особо наглые, приедут за пару дней до праздника, коли воспитанные, во вторник, ближе к ночи, прикатят, в среду «горько» покричат, а в четверг в девять утра на вокзал отправятся. Но у меня – просто оккупанты. Узнают сестрички про торжество и без промедления прямиком сюда, с детьми, мужьями, свекровями, собаками-кошками. Вроде как помогать решили, советовать собрались, какое платье брать, где пить-веселиться. Опять же на жениха посмотреть надо, обсудить его. В итоге так ни разу штамп у меня в паспорте и не появился, удирали мои парни. Поэтому я решила, что Мишка о размерах моей семьи правду узнает лишь после церемонии. Никому о нем ни звука не пророню, распишемся втихаря, пусть уж потом табор сюда катается. И вдруг сегодня Генка заявился! Представляешь? Миша приедет с чемоданом, чтобы начать совместную жизнь, а на кухне дундук сидит, чай пьет, изобретениями трясет!

– Изобретениями? – переспросила я. – Ты что имеешь в виду?

– Есть такая фирма, называется «Эйн», это первый слог от фамилии «Эйнштейн», – устало пояснила Лариса, – они занимаются скупкой изобретений.

Я заморгала, а Лариса усмехнулась.

– Ага, чего только не бывает в нашем мире. Народ в России талантливый, рукастый-головастый, но в юридическом плане безграмотный. Например, изобрел какой-нибудь Ваня электрозажигалку для плиты, сделал в своем сарае одну себе, а потом соседям, приятелям, коллегам. Все пользуются, Ваню нахваливают. И вдруг крупный концерн начинает выпуск таких же прибамбасов. Грубо говоря, сперли плод Ваниной технической мысли и пользуются им, получают миллионы прибыли. А Ване – фига! Ну и что будет, если автор идеи в суд подаст? Он же на эту штуку документы не оформил.

– В советские годы издавался журнал, вроде он назывался «Изобретатель и рационализатор», – вспомнила я, – люди туда всякие придуманные ими велосипеды присылали.

Лариса кивнула.

– И никто не заморачивался с патентами. А тут фирма делает предложение: «Вы нам – свои идеи, мы вам – хорошие деньги». Потом «Эйн» этот урожай перепродает тому, кто им заинтересуется. Конечно, иногда фирмачи оказываются в пролете: им показалось, что пресловутая зажигалка отличная идея, а ее никто приобретать не желает. Но чаще бывает наоборот. Генка все пытается им свои изобретения продать, только пока безуспешно. Прошлой весной привозил говорящий пылесос.

– Зачем беседовать с пылесосом? – засмеялась я.

Лара пожала плечами.

– Брат решил, так домохозяйке веселей. Ну, поможешь мне?

– Чем? – конкретно спросила я.

– Танечка, если Миша Генку увидит, боюсь, убежит, как и предыдущие мои женихи, – страстно зашептала Лариска. – Сделай одолжение, пусти его к себе пожить! Всего на недельку, а? Спаси мое будущее счастье!

Я растерялась. Ни малейшего желания жить на одной территории с совершенно незнакомым мужчиной я, разумеется, не испытывала, но долг платежом красен. Лара здорово помогла мне с ремонтом, не считаясь со временем, пинала наглых рабочих, и, если б не она, ходить бы мне до сих пор между банками с красками и любоваться расчлененными рыбками в ванной.

– Всю бытовуху на себя возьму! – частила Лариса. – Еду сготовлю, в твой холодильник поставлю, постельное белье принесу...

– Ладно, – кивнула я, – согласна. Но, сама видишь, у меня разгром – узлы, коробки... Думаю, твоему брату не понравится.

– Ты его приютишь? – не поверила своему счастью Лариса.

– С удовольствием, – покривила я душой. – Очень тебе благодарна за помощь при ремонте, рада отплатить тебе тем же. Но не смутит ли Геннадия такой раскардаш? И спать ему придется на надувном матрасе.

– Танюша! – завопила Лариска. – Ты святая! Им все равно где дрыхнуть! Да они твой дом за дворец посчитают! Сейчас я их приведу...

Взвизгнув от радости, Лариса унеслась. Мне стало смешно: бедная соседка настолько ошалела от удачи, что заговорила о брате во множественном числе.

Через открытую дверь с лестницы вполз резкий цветочный запах. Похоже, кто-то из соседей переборщил с дезодорантом для туалета, и «аромат» по системе вентиляции расползается по зданию. Я чихнула, машинально прикрыла глаза, потом распахнула их и увидела двух здоровенных бугаев в бесформенных свитерах и мятых, мешковатых брюках.

– Знакомьтесь, – затараторила Лариса из-за их спин, – это Татьяна. Она вас, парни, приютить согласилась, пока у меня тараканов травят. Очень уж ядовитый состав у морильщиков, все вокруг погибает. Правда, Тань?