Блюз мертвых птиц - Джеймс Ли Берк

— С тобой все будет в порядке, я поеду? — спросил я.

Она посмотрела на меня отсутствующим взглядом. Я повторил свой вопрос.

— Посмотри в гараже. Ты увидишь, что его удочек, коробки с приманкой и термоса нет. Он собирался рыбачить на болоте Хендерсона.

Я положил на стол свою визитку.

— Варина, я сочувствую твоей утрате.

Она уткнулась лбом в предплечье, ее лицо посерело.

— Он был бедным и необразованным человеком. Никто никогда не помогал ему. Все вы только и знали, что проклинать его. Ты должен был помочь ему, Дэйв. Ведь ты тоже вырос в бедности. И родители твои были безграмотными, как и его. Ты мог бы быть его другом, ты мог бы помочь ему, но ты не сделал этого.

— Не все люди, выросшие в бедности, срывают свою злобу и печаль на чернокожих. Твой отец хотел поквитаться со мной и, вероятно, выбрал Катин как запасной вариант. Мне не по себе от этого, Варина, — произнес я. — Джессе десятилетиями издевался над чернокожими женщинами. Но в этот раз он получил свое. Вот вкратце что произошло. Если ты хочешь услышать правду, съезди в «Иберия Дженерал», поговори с Катин и заканчивай свое шоу.

— Как ты можешь так со мной разговаривать? Я только что потеряла отца!

— Твой отец сам во всем виноват. И если ты не примешь этот факт, ты будешь носить в себе его злобу всю свою жизнь.

— Я под дулом пистолета не войду в палату этой женщины.

— До свидания, Варина, — сказал я.

Я вышел наружу, мягко закрыл за собой дверь и направился к машине. Мне показалось, что я слышу, как она плачет, но я решил, что ни я, ни, вероятно, кто-либо иной, не сможет помочь Варине Лебуф. Я был рад, что я жив, что моя душа принадлежит мне и что мне не нужно пить. Кому-то эти победы могут показаться незначительными, но рядом с по-настоящему страдающими людьми ты понимаешь, что даже самые небольшие дары могут быть ценнее, чем завоевание целого мира.

После обеда я отправился на встречу анонимных алкоголиков и по пути зашел в церковь на службу. Тем вечером мы с Молли и Алафер поужинали дома, и после я сразу же отправился к Клету в его коттедж в мотеле. Я постучал в дверь и заметил его под раскидистым дубом, прямо у самой кромки воды. Персел пытался ловить рыбу на свою тростниковую удочку. Я знал, что Клет слышал звук мотора моего пикапа и мои шаги у себя за спиной, но он не отводил взгляда за своим поплавком, покачивающимся на волнах, бронзовых в лучах заходящего солнца. Комар высасывал кровь из его шеи, и я стер его ладонью.

— И чем это я заслужил такое пренебрежение? — спросил я.

— Я слышал новости о Лебуфе и знаю, зачем ты здесь, — ответил он.

— Где Гретхен?

— Я не видел ее сегодня.

— Я должен ее арестовать.

— Ну так сделай это.

— Она освободила свою мать из рук тех парней во Флориде?

— Да, я тебе уже говорил.

— Как это у нее получилось?

— А ты как думаешь? — ответил он.

— Она кого-то пришила?

— Гретхен не делает ничего такого, чего не делали мы с тобой. Мы, наверное, совершали вещи и похуже. Помнишь тех колумбийцев? А как насчет того раза, когда мы гонялись за Джимми Ли Боггсом? И, в конце концов, неужели ты забыл, как мы уделали Луиса Бушалтера? Только не говори мне, что тебе не нравилось плавать под черным флагом.

Мне не хотелось вспоминать те годы, когда мы с Клетом не просыхали от алкоголя, шлялись по гонкам да собачьим бегам, от нас пахло порохом, а я временами терял рассудок от ярости, и это позволяло мне совершать то, что я никогда не сделал бы в нормальном состоянии. Я не хотел больше ничего говорить о дочери Клета, но был должен.

— Клет, я думаю, что Гретхен, возможно, лжет тебе.

Он начал было поворачиваться, но вместо этого поднял поплавок с грузилом из воды и забросил их подальше от берега. На крючке оставалась лишь тонкая ниточка того, что раньше было червяком.

— Лжет о чем? — спросил он.

— Она говорит, что это не она прикончила Вейлона Граймза и Фрэнки Джиакано. Она сказала тебе, что пристрелила только Бикса Голайтли, скотину, который надругался над ней и заслужил свою долю.

— Он не просто надругался над ней. Он засунул свой член ей в рот.

— Я знаю. Но не кажется тебе, что это слишком удобное совпадение, что Граймза и Фрэнки Джи замочил кто-то другой? А как насчет похищения ее матери? Теперь мать свободна, и как только Гретхен возвращается в Новую Иберию, Джессе Лебуфу отстреливают его старые яйца. И в каждой ситуации Гретхен — жертва.

— Правильно это или нет, но она моя дочь. Уж кто-кто, а ты должен это понимать.

— Алафер не выполняет заказы для мафии.

Клет сломал удочку об колено и бросил ее остатки в канал, наблюдая, как они плывут вниз по течению и исчезают в бронзовой полоске солнечного света, все еще цепляющегося за поверхность воды. Он стоял и смотрел на закат на воде, его огромная спина поднималась и опускалась в тени.

— Ты в порядке? — спросил я.

— Дэйв, ты меня иногда реально бесишь.

— Джессе Лебуф поймал две пули, прежде чем упасть в ванну Катин Сегуры. Он что-то сказал стрелку перед смертью. Убийца мог бы сделать контрольный выстрел ему в рот или в лоб, но, судя по всему, решил не делать этого. Какой бы ни была его причина, стрелок проявил милосердие. Если это Гретхен его прикончила, может, у нее и не было иного выбора. Его ствол лежал на комоде в двух шагах от него. Но она не выстрелила в него в третий раз, а наемный убийца сделал бы именно так.

— Что сказал Лебуф? — спросил Клет.

— Катин не говорит по-французски.

— Думаешь, Гретхен была этим стрелком?

— А кто еще?

— Дай ей шанс. И дай мне поговорить с ней до того, как ты ее арестуешь.

— Не выйдет.

— Я не знаю, где она. Я говорю тебе правду.

Я верил ему. Клет никогда не лгал мне, по крайней мере, намеренно. Я достал топливную квитанцию, которую забрал из бумажника Джессе Лебуфа.

— У Лебуфа при себе была эта квитанция за авиационное топливо. На ней записаны координаты для посадки самолета, это к юго-востоку от островов Чанделер. Я думаю, именно там находится Ти Джоли.

Клет потер комариный укус.

— Мне не нравится то, что ты сказал о Гретхен. У Алафер был дом и любящая семья. У Гретхен были только мужики, сующие члены ей в горло. Плохое сравнение ты выбрал, приятель.

— Ты прав. Прости. Так ты в деле или нет?

Он сложил руки на груди, прокашлялся и сплюнул.

— Ты знаешь кого-то, у кого есть самолет-амфибия?

— Да, Джули Ардуан.

— Это у нее муж с собой покончил? Она еще та штучка, разве нет?