Красношейка - Ю Несбе

Харри вынул ключ из замка и заглянул в замочную скважину. Через нее он увидел в комнате кровать и ночной столик. На кровати лежало что-то похожее на люстру. Волер тихо разговаривал по рации. Харри снова прошиб пот. Что-то не то с этой люстрой.

— Кажется, вы сказали, что с той стороны тоже торчал ключ?

— Торчал, — подтвердил Фёуке. — Пока я не вытолкнул его, пытаясь вставить другой ключ.

— А как же мы туда попадем? — спросил Харри.

— Сейчас попадем, — сказал Волер.

На лестнице послышался топот тяжелых сапог. Прибежал один из полицейских, оставшихся снаружи. Он принес ломик.

— Здесь. — Волер указал на дверь.

Затрещало дерево, дверь открылась.

Харри вошел внутрь. Он услышал, как Волер велел Фёуке подождать у двери.

Первым, что заметил Харри, был поводок. Эвен Юль повесился на собачьем поводке. Он умер в белой рубашке с расстегнутым воротом, черных брюках и клетчатых носках. У шкафа за его спиной лежал опрокинутый табурет. Под табуретом аккуратно стояли туфли. Харри посмотрел на потолок. Действительно, поводок был привязан к крюку от люстры. Харри не хотел смотреть на лицо Эвена Юля, но не смог удержаться. Один глаз Юля таращился куда-то в сторону, другой — прямо на Харри. Будто они были независимы друг от друга. Как у двухголового тролля из детской сказки, у которого по глазу на каждой голове, подумал Харри. Он прошел через комнату и посмотрел в окно. Окно выходило на восток. По Ирисвейен колесили любопытные мальчишки на велосипедах — уже пронюхали, стало быть, что приехала полиция. Подобные слухи обычно распространяются по округе с поразительной быстротой.

Харри закрыл глаза и задумался. «Главное — первое впечатление. Когда с чем-то сталкиваешься, самая верная мысль — первая». Так говорила Эллен. Его ученица учила его сосредоточиваться на том, что испытываешь в первую очередь, когда приходишь на место преступления. Поэтому сейчас Харри не оборачивался, чтобы проверить, лежит ли на полу у двери ключ от комнаты, не пытался найти в комнате чьи-то отпечатки пальцев, не выяснял, пытался ли кто-нибудь пробраться в дом. Просто потому, что и убийца, и жертва сейчас висели под потолком. Двухголовый тролль казнил себя сам.

— Позвони Веберу, — сказал Харри Халворсену, который только что подошел и теперь смотрел на висящего в петле Юля. — Наверное, он скажет, что у него завтра и так дел по горло, но ты его успокой, скажи, что тут ничего сложного не предвидится. Эвен Юль догадался, кто убил его жену, и поплатился за это жизнью.

— И кто же этот убийца? — спросил Волер.

— Точнее, кем он был. Он тоже умер. Он называл себя Даниелем Гюдесоном и жил в голове у самого Юля.

Когда они шли по коридору, Харри попросил Халворсена передать Веберу, чтобы тот позвонил, если найдет винтовку.

Харри остановился на крыльце и посмотрел на улицу. Удивительно, у скольких соседей вдруг появились дела в саду. Сейчас они стояли на цыпочках и смотрели поверх изгородей. Волер тоже вышел из дома и встал рядом с Харри.

— Я не совсем понял, что ты там говорил, — сказал Волер. — Ты имеешь в виду, что этот тип совершил самоубийство из-за чувства вины?

Харри покачал головой:

— Нет, я имею в виду то, что я сказал. Они убили друг друга. Эвен убил Даниеля, чтобы остановить его. А Даниель убил Эвена, чтобы тот не выдал его. На этот раз их интересы совпали.

Волер кивнул, но по его лицу было видно, что он ничего не понял.

— Этот старик мне кажется знакомым, — сказал он. — Тот, который живой.

— Ну, это отец Ракели Фёуке. Если ты, конечно…

— Да, конечно, она работает в СБП. Вместе с тобой.

— Закурить не найдется? — спросил Харри.

— Нет, не найдется, — ответил Волер. — Все дальнейшее — на тебе, Холе. Я тороплюсь, так что, если тебе нужна помощь, скажи прямо сейчас.

Харри отрицательно покачал головой, и Волер зашагал к калитке.

— Да, кстати, — сказал Харри. — Если у тебя завтра нет никаких важных дел, то мне нужен опытный полицейский, который бы за меня подежурил.

Волер рассмеялся, продолжая шагать.

— Нужно будет только координировать охрану мечети в Грёнланне на время службы, — крикнул Харри. — Я знаю, у тебя к такому талант. Наша задача — не дать бритоголовым побить мусульман, пока они будут справлять Ид.

Уже дойдя до калитки, Волер вдруг остановился:

— И ответственным назначили тебя? — спросил он через плечо.

— Я отвечаю за свою часть, — ответил Харри. — Две машины, четыре человека.

— И надолго?

— С восьми до трех.

Волер повернулся. На его лице была широкая улыбка.

— А знаешь что? — сказал он. — Я тут подумал. Ведь если я отдежурю за тебя, мы будем в расчете. Отлично, я согласен.

Волер взял под козырек, сел в машину и уехал.

«В расчете за что?» — подумал Харри, прислушиваясь к глухому эху ударов с теннисного корта. Но тут его мысли оборвал звонок мобильного телефона. На этот раз на экране был номер Ракели.