Наследник из Сиама - Лариса Соболева

— Где Друбич? Ты зачем этого прихватил?

— Я, вообще-то, за тобой ехал, — оправдался рыжий и кудрявый Вовка, невинно вытаращив белесые глаза с рыжими ресницами. — Вызов делал по рации, кто дежурил — тот и приехал. Да он классный парень…

— Мне нужен ас! Мастер! А не классный парень.

— Между прочим, когда ты пришел в управу, тебе сразу доверили сложное дело, хотя ты был необстрелянным пацаном, — напомнил Вовик. — По слухам.

Нечем крыть Артему, нечем. Он попыхтел-посопел и… загрузил экспертов работой, оперативников отправил помогать криминалисту — искать в духе «найдите что-нибудь». А вдруг найдут некий след или вещь, что впоследствии пригодится. Сам отправился к хозяину в антикварную гостиную, где тот восседал все в том же кресле, задумавшись или переживая смерть племянницы. Там же, на канапе в сторонке, находилась и София, уставившаяся в ноутбук, в общем, оба друг другу не мешали. Артем упал в соседнее кресло с Ираком, пора было поговорить с ним серьезно:

— Итак, Амиран Ираклиевич, у меня несколько вопросов.

Тот повернул голову к нему, затем перевел взгляд на Софию, дескать, а как же тайна следствия и все такое? Ведь майор обещал «тихо искать убийцу», в этом смысле на женщину полагаются только идиоты. Артем понял опасения Бубнова и удивил его:

— София в курсе всех наших секретов, она работает в пресс-службе и тоже начальником.

Правда, обошелся без уточнения, что в ее подчинении всего один человек — она сама, да и важно ли это? София даже головы не подняла, вероятно, переговоров не слышала — настолько была увлечена. Ирак снова повернулся к майору, но уже с готовностью отвечать. Артем подметил в нем некую странность: худые люди более подвижны, энергичны, эмоциональны, этот же субъект демонстрировал другой тип поведения — то ли заторможенность, то ли основательность, а может быть, привычную осторожность. Поскольку хозяина на момент убийства не было в доме, первый вопрос стал закономерным:

— Где ты был этой ночью?

— Артем… — подала голос София с дивана, не отрывая глаз от монитора ноутбука, значит, все слышит и, не глядя, видит! Одной артикуляцией, беззвучно произнеся короткое слово, она напомнила ему об уговоре, он, стукнув себя по лбу ладонью, улыбнулся:

— Прошу прощения! Ирак, где вы были этой ночью? — подчеркнул Артем слово «вы» и посмотрел на Софию, мол, помню о твоей просьбе.

— Да ладно, можно и на «ты», мы привыкшие, — проворчал Бубнов. — Я был в больнице. Всю ночь. В палате Валентины стоит кровать и для меня, но я не сплю, боюсь прозевать, когда ей понадобится неотложная помощь.

Ответ привлек внимание Софии, она подняла глаза и с интересом изучала Бубнова, примечательного тем, что в нем ничто не напоминало его воровскую жизнь. Он вполне симпатичен, как ей показалось, даже аристократичен, а ведь среда накладывает отпечаток на личность, впрочем, не отпечаток — клеймо.

— И все же, Ирак, — продолжал Артем, — эти убийства не могут быть приветом из вашего богатого приключениями прошлого?

— Иронизируешь? — фыркнул Бубнов.

— Нет. Логика подсказывает покопаться в делах давно минувших дней. Не может же молоденькая девочка иметь смертельного врага, как полага… ете?

— Я в завязке почти пятнадцать лет, за этот срок все приветы вернулись с кичи, а кое-кто и дубарем (покойником) успел стать.

— Значит, девочка?

— А мальчик? Который там… наверху? — предположил Ирак.

— Мальчик? — задумался Артем. — Будем проверять. Но убивать пришли в твой дом, папаша, в твой… А что за вечеринка вчера была? Кто гости?

Пожалуй, это первый раз, когда Ирак опустил глаза, ему явно стало неловко, через несколько секунд он и голову повесил, еще небольшая пауза и — нехотя ответил:

— Я не знал о вечеринке. Ни о вчерашней, ни о предыдущих.

— А были и предыдущие? — подхватил Артем, Ирак закивал. — То есть вы узнали о вечеринках в вашем доме недавно, да?

— Сегодня, — коротко сказал Бубнов.

— Интересно. Столько народу, и никто… А кто доложил?

— Домработница рассказала, что во время моего отсутствия Лала приглашала друзей. Потом я допросил повариху, она, оказывается, готовила для гостей Лалы, хотя не должна была, мы с ней оговаривали ее обязанности и время работы.

— Ладно, переговорю с ними. Еще вопрос, пока последний: камеры видеонаблюдения есть?

— Конечно. Убийца стер записи.

— Стер… Стер… — повторил Артем, словно это слово никогда не слышал и хотел понять его. — А у вас что, охраны нет?

— У таких людей, как я, есть все. Или почти все.

Бубнов снова поднял глаза на майора: видимо, несмотря на трагедию в доме, бывшего вора задело, что молодой человек низко оценил его возможности. К хвастовству реакция отношения точно не имела, это была, скорее, вырвавшаяся обида, ведь если рассудить, к своему личному «все включено» он рвал на тесемки человекообразных, кто даже случайно оказывался на его пути.

— Ну и как получилось, что охрана есть, а записи стерли?

— Допроси их сам, — ответил Ирак, — я никому не разрешил уходить. Думаю, мне не все выложили. Если я буду с тобой, начнут утаивать правду, чтоб работу не потерять. Охрана в своем кабинете — дверь рядом с парадным входом, ведет в полуподвальное помещение. Домработницу и повариху найдешь на кухне.

— Мы заберем ноутбук Лалы, нужно проверить ее почту, аккаунты.

— Забирайте.

Женщин Артем оставил на закуску. Чтобы совершить преступление и остаться невидимкой, убийце сначала следовало избавиться от всевидящего ока охранников — об этом он должен был позаботиться в первую очередь. Вот с охраны и решил начать Артем, любопытно же, каким образом удался фокус.

После его ухода стало тихо, только стук клавиатуры, которую София трогала шустрыми пальцами, напоминал, что в этой гостиной обосновались не одни музейные экспонаты. Бубнов хмурился, косясь на жену майора, наверное, ему мешал даже легкий шумок от ее ноутбука, мешал сосредоточиться на своем горе и необъяснимых смертях в его доме. Пару минут он наблюдал за Софией, делал это машинально, просто глаз остановился на ней, машинально и произнес:

— А что вы все время пишете? Неужели роман?

Он знать не знал о настоящем призвании гостьи, просто сказал, что первое в голову пришло, но, как выяснилось чуть позже, попал в десятку. На его реплику София подняла голову и улыбнулась симпатичному старичку:

— Пока только записываю сюжет.

— Сюжет? В смысле? Что за сюжет?

— Это канва — что и почему происходит в моей истории, потом по этой канве напишу книжку. Главное, не упустить все линии, которые возникли. Если отложить на потом, забудутся детали, нюансы, все это сейчас переполняет мою голову.

— Вы что… писательница?! — искренне изумился он.