Предрассветный час - Эван Хантер

— Почему Кортеной солгал нам с Мейером? — обратился он к Коттону Хейзу. — Зачем ему было врать насчет такой ерунды, как одежда Клаудии Дэвис в день несчастного случая?

— А как он соврал?

— Сначала он сказал, что на ней была желтая блузка, сказал, что увидел, как в воде мелькнуло что-то желтое. А потом заявил, что блузка была синей? Почему, Коттон?

— Не знаю.

— А если он солгал насчет этого, он мог солгать и насчет всего остального. И они с Клаудией могли утопить малышку Джози.

— Я не знаю, — проговорил Хейз.

— Откуда взялись эти двадцать тысяч долларов?

— Может, это дивиденды?

— Может быть. Тогда почему она просто не отнесла чек в банк? У нее ведь были наличные, Коттон, наличные. Ну и откуда они взялись? Не на помойке же она их нашла.

— Да, наверное, нет.

— А я знаю, где можно получить двадцать тысяч.

— Где?

— В страховой компании. После чьей-нибудь смерти. — Карелла резко кивнул. — Мне надо позвонить. Ведь откуда-нибудь должны были взяться эти чертовы деньги.

Карелла попал в цвет с шестого звонка. Он разговаривал с человеком по имени Иеремия Додд, который был представителем страховой компании «Секьюрити иншуранс корпорейшн». Он сразу вспомнил имя Джози Томпсон.

— О да. Мы выплатили страховку в июле.

— А кто подал заявление об оплате, мистер Додд?

— Бенефициар, конечно. Одну минутку. Я сейчас возьму папку по этой страховке. Подождите, пожалуйста.

Карелла нетерпеливо ждал. Он слышал приглушенные голоса на другом конце провода. Неожиданно захихикала девушка, и наконец трубку взял Додд.

— Нашел, — произнес он. — Джозефина Томпсон. Бенефициаром была ее двоюродная сестра, мисс Клаудиа Дэвис. Ну да, теперь я все вспомнил. Это как раз та самая страховка.

— Какая?

— Где девушки были взаимными бенефициарами.

— Что это значит?

— Было два страховых полиса. Один на имя мисс Дэвис и второй на имя мисс Томпсон. И девушки были взаимными бенефициарами.

— Вы имеете в виду, что мисс Дэвис должна была получить страховку мисс Томпсон и наоборот?

— Да, именно так.

— Очень интересно. Какова сумма страховки?

— О, совсем небольшая.

— И все-таки какая?

— Насколько я помню, они обе были застрахованы на двенадцать с половиной тысяч. Минутку, сейчас проверю. Да, все правильно.

— И после смерти сестры мисс Дэвис предъявила требование об оплате, так?

— Да. Вот, нашел. Джозефина Томпсон четвертого июня утонула в Треугольном озере. Точно. Клаудиа Дэвис выслала полис и свидетельство о смерти, а также заключение коронера.

— Ее не надули?

— Сэр? Простите, я не...

— Вы заплатили ей?

— Да. Требование было совершенно законным. Мы сразу приступили к его оформлению.

— Вы проводили расследование гибели девушки на Треугольном озере?

— Да, но это была обычная проверка. Нам достаточно заключения коронера, детектив Карелла.

— Когда вы заплатили мисс Дэвис?

— Первого июля.

— Вы послали ей чек на двенадцать тысяч пятьсот долларов, так?

— Нет, сэр.

— Вы же говорили...

— Она была застрахована на двенадцать с половиной тысяч, все верно. Но в страховке был предусмотрен пункт о двойной выплате, а смерть Джозефины Томпсон была случайной. Нам пришлось выплатить максимальную сумму, детектив Карелла. Первого июля мы послали Клаудии Дэвис чек на двадцать пять тысяч долларов.

Глава 9

В работе полиции нет ничего таинственного.

Ни один пункт не подходит под заранее составленный план. Высшей точкой любого дела очень часто оказывается труп, с которого это дело и началось. Нет растущего напряжения — все это для кино. Есть только люди, причудливым образом переплетенные мотивы, мелкие необъяснимые детали, совпадения и случайности — и все они образуют цепочку событий, но ничего таинственного в этом нет, да и не бывает никогда. Есть только жизнь, а иногда и смерть, но они не подчиняются правилам. Полицейские терпеть не могут детективные романы, потому что в них герои владеют ситуацией, всегда находят какую-нибудь зацепку, помогающую раскрыть преступление, а в реальной жизни этого нет. Очень умно и удобно, когда все части головоломки складываются в стройную картину. Очень приятно, что детективы предстают как магистры математики, решающие алгебраическую задачу, где постоянной величиной являются смерть и жертва, а неизвестной — убийца. Но почему-то эти магистры математики с трудом складывают вычеты из своих зарплат. В мире, конечно, много волшебников, но едва ли хоть один из них работает в полиции.

В деле Клаудии Дэвис было одно большое математическое несоответствие — нигде не учтенные пять тысяч долларов.

Двадцать пять тысяч были отправлены Клаудии Дэвис 1 июля, чек она получила, скорее всего, после праздника Четвертого июля, получила деньги и отнесла их в «Американ Сиборд банк», открыла чековый счет и арендовала сейф. Но в «Сиборд банке» оказалось двадцать тысяч долларов, тогда как чек был выписан на двадцать пять тысяч. Куда же делись еще пять тысяч? И кто обналичил чек для нее? Мистер Додд из страховой компании объяснил Карелле, как работает довольно сложная система счетов компании. Для того чтобы закрыть страховку, чек после обналичивания в течение нескольких дней хранится в местной конторе, после этого его пересылают в главную контору в Чикаго, где иногда он хранится в течение нескольких недель. Потом его отправляют в бухгалтерско-аудиторский отдел компании в Сан-Франциско. Додд считал, что погашенный чек уже отправлен в Калифорнию, и обещал отследить его. Карелла попросил его поторопиться. Кто-то обналичил этот чек для Клаудии и, вероятно, получил пятую часть его стоимости.

Клаудиа почему-то не отнесла чек в «Сиборд банк», значит, ей нужно было что-то скрыть. Возможно, ей не хотелось, чтобы кто-нибудь задавал вопросы о чеках страховых компаний, о страховых полисах, двойных выплатах или утоплениях в результате несчастного случая, а особенно — о ее двоюродной сестре Джози. Чек был в полном порядке, однако она почему-то решила его обналичить до того, как открыла новый счет. Почему? И почему ей понадобилось открывать новый счет, тогда как у нее был солидный активный счет в другом банке?

У полицейских сплошные «почему», но они не помогают в решении загадки. Они только добавляют работы, а работать никто не любит. Ребятам из 87-го участка больше бы понравилось сидеть где-нибудь в баре, потягивая джин с тоником, но «почему» требовали ответа, и поэтому они надевали свои шляпы, пристегивали кобуру и отправлялись на поиски «потому что».

Коттон Хейз тщательно допросил всех жильцов дома, где была убита Клаудиа. У всех было твердое алиби. В своем рапорте лейтенанту Хейз сообщил, что, по его мнению, никто из жильцов не виновен в совершении преступления.

Мейер Мейер занялся осведомителями 87-го участка. В районе, да и во всем городе, было полно менял,