Завет Холкрофта - Роберт Ладлэм

Командир обратился ко всем находящимся в салоне:

— Прошу вас занять свои места внизу. На борту находится врач. Сейчас его вызовут. Спасибо.

Когда Холкрофт спускался вниз, мимо него прошмыгнула стюардесса с одеялом. Он слышал, как командир корабля отдает приказ через переговорное устройство:

— Свяжитесь с аэропортом Кеннеди и вызовите «скорую». Пассажир Торнтон. Сердечный приступ, по-моему.

Врач склонился над неподвижным телом, лежащим на диване. Потом он попросил принести фонарик. Второй пилот бросился в кабину и вернулся с фонариком. Врач раскрыл веки Торнтона, потом обернулся к командиру и пригласил его отойти в сторону. Он хотел сообщить нечто важное. Командир склонился ближе, и врач зашептал ему на ухо:

— Этот человек мертв. Трудно сказать, отчего наступила смерть, — необходимо сделать анализ крови и вскрытие, но едва ли у него был сердечный приступ. Мне кажется, его отравили. Видимо, стрихнином.

* * *

Инспектор таможенной службы сразу затих. За его столом сидел детектив из отдела убийств авиатранспортной полиции Нью-Йорка. Перед ним лежал список пассажиров рейса «Бритиш эруэйз». Инспектор неподвижно застыл в неловкой позе сбоку от стола с тревожным выражением на лице. У стены сидели командир «боинга» и стюардесса из салона первого класса. Детектив недоверчиво смотрел на таможенного инспектора.

— Так вы уверяете, что двое пассажиров сошли с этого самолета, проникли через закрытый для посторонних коридор в охраняемый сектор таможенного контроля и исчезли?

— Я не могу этого объяснить, — сказал инспектор, горестно качая головой. — Такого раньше не случалось. Детектив обратился к стюардессе:

— Вы уверены, мисс, что они были пьяны?

— Теперь сомневаюсь, — ответила девушка. — Теперь я уже так не думаю. Выпили они порядочно. Это я могу точно сказать — ведь я их обслуживала. Но вели они себя спокойно.

— Они могли выливать спиртное куда-нибудь? Я имею в виду, могли ли они его не пить?

— Выливать — но куда? — спросила стюардесса.

— Ну, не знаю. В пустые пепельницы, под подушки кресел. Чем у вас там застелен пол?

— Ковром, — ответил пилот.

Детектив обратился к стоявшему в дверях полицейскому:

— Свяжитесь по переговорнику с судмедэкспертом и попросите его обследовать ковер, подушки кресел и пепельницы. Пусть проверят все изнаночные части. Если там обнаружат влагу, пусть доложат.

— Слушаю, сэр! — И полицейский закрыл за собой дверь.

— Разумеется, — начал командир «боинга», — разные люди способны выпить разное количество спиртного.

— Но не такое же, о котором говорит юная леди! — возразил детектив.

— Господи, но почему это так важно? — воскликнул командир. — Конечно, это именно те, кого вы ищете. Они, как вы выразились, исчезли. Следовательно, все было заранее спланировано.

— Тут все важно, — заметил детектив. — Мы можем сравнить случившееся с аналогичными преступлениями, совершенными ранее. Нам важно все. Ох уж эти безумцы. Богатые безумцы, которые бродят по всему миру в поисках острых ощущений и получают удовольствие, будучи навеселе, не важно от чего — от алкоголя или наркотиков. Насколько мы понимаем, те двое даже не были знакомы с Торнтоном. Ваша стюардесса показала, что они познакомились в салоне. Почему же они его убили? И если это так, то почему так зверски? Это и впрямь был стрихнин, командир, и поверьте мне, это жестокое убийство.

Зазвонил телефон. Таможенный инспектор снял трубку и, выслушав, передал ее детективу авиатранспортной полиции.

— Это из государственного департамента. Вас.

— Госдеп? Говорит лейтенант Майлз, нью-йоркская авиатранспортная полиция. У вас есть информация, которую я запрашивал?

— Есть, но вам она не понравится...

— Погодите. — Майлз опустил трубку, потому что дверь распахнулась и вошел полицейский, уходивший связываться с судебно-медицинским экспертом. — Что у вас? — спросил его Майлз.

— Все подушки и ковер с изнанки влажные.

— Так они были трезвы как стекло! — сказал детектив, отчеканивая каждое слово. Он вернулся к прерванному телефонному разговору: — Госдеп! Продолжайте. Что же мне не понравится?

— Паспорта, о которых вы спрашивали, были аннулированы четыре года назад. Паспорта принадлежали двум жителям Флинта, штат Мичиган. Они жили по соседству. И работали в одной компании в Детройте. В июне 1973 года оба отправились в служебную командировку в Европу и не вернулись.

— Почему паспорта аннулировали?

— Они исчезли из гостиницы, в которой остановились. Через три дня их тела были найдены в реке. Их застрелили.

— Боже! В какой еще реке? Где?

— В Изаре. Это в Мюнхене, в Германии.

* * *

Один из другим разгневанные пассажиры рейса номер 591 выходили из карантина-накопителя. Представитель компании «Бритиш эруэйз» сверял их имена, адреса и номера телефонов со списком пассажиров «боинга». Вместе с представителем «Бритиш эруэйз» у двери карантина стоял офицер нью-йоркской авиатранспортной полиции и делал пометки в своем списке. Карантин продолжался почти четыре часа.

Из карантина-накопителя пассажиров провожали в сектор выдачи багажа, где им выдавали уже осмотренный багаж, после чего они направлялись в здание аэровокзала.

Один из пассажиров и не собирался уходить из отсека выдачи багажа. Вместо того чтобы направиться к выходу, человек, у которого не было багажа — лишь через руку его был перекинут сложенный дождевик, — двинулся к двери на которой висела табличка:

«ТАМОЖНЯ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ. ЦЕНТР СПЕЦКОНТРОЛЯ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА».

Показав свое удостоверение, он прошел за дверь. Седоволосый человек в форме высокопоставленного чиновника таможенной службы стоял у окна и курил. Он обернулся к вошедшему.

— Я ждал тебя, — сказал он. — Я ничего не мог предпринять, пока ты проходил карантин.

— У меня есть удостоверение — на тот случай, если бы тебя здесь не оказалось, — ответил пассажир и сунул удостоверение обратно в карман.

— Держи его наготове. Оно еще может понадобиться: тут полным-полно полиции. Что ты собираешься делать?

— Попасть на самолет.

— Ты полагаешь, они все еще там?

— Да. Это единственное объяснение их исчезновения. — Пассажир и чиновник таможни покинули кабинет и прошли через отсек выдачи багажа, мимо бесчисленных конвейерных лент к обшитой стальным листом двери с надписью «Вход воспрещен». Таможенный чиновник отпер дверь своим ключом и вошел, за ним последовал пассажир с дождевиком. Они оказались в темном длинном туннеле, ведущем прямо на летное поле. Через сорок секунд они добрались еще до одной обшитой стальным листом двери, которую охраняли двое — один из таможенного управления Соединенных Штатов, другой — сотрудник авиатранспортной полиции. Первый узнал седоволосого.