Тебя предупреждали… - Лориэн Лоуренс

Одного запаха куриного пирога бабушки Джейн было достаточно, чтобы стереть все воспоминания о сегодняшнем дне. Опустившись без сил на стул, я смотрела, как бабушка кружит в безмятежном танце по кухне под тихий перезвон своих многочисленных браслетов и бус. На боковом столе горела свеча, ещё одно её творение. Бабушка Джейн сама сушила травы, а потом развешивала сухие пучки над нашим кухонным окном. Зачем – я точно не знаю, потому что в готовке она их никогда не использует. Думаю, в прошлом маму это раздражало, но сейчас благодаря им дом казался теплее, будто бабушка всегда была здесь, пусть даже лишь мысленно.

Она достала из духовки золотисто-коричневый пирог, полный густой кремовой начинки, порезала его и под громкий аккомпанемент моего желудка поставила передо мной тарелку с огромной порцией.

– Бон аппетит! – с улыбкой пожелала она, тоже садясь за стол.

Я откусила и блаженно застонала:

– Объедение!

Бабушка довольно засмеялась:

– Ешь давай. Добавки будет много. – Она бросила кусок теста Билли, и его глаза засверкали, чего не было со смерти папы. Бабушка повернулась ко мне и улыбнулась. – Ну, рассказывай. Как дела в школе? Как тренировки? Всё-всё.

– У нас скоро соревнование со школой Бедфорда.

– Да? Значит, пора мне опять наделать табличек с блёстками. – Она посерьёзнела. – Ты мне напомнила: что сегодня случилось? Твоей маме позвонил тренер, и она попросила меня проверить, как ты. Что-то насчёт того, что ты потеряла сознание?

Собираясь откусить, я застыла с открытым ртом:

– Я не теряла сознание. – И добавила под её тяжёлым взглядом: – У меня просто закружилась голова.

– Из-за жары или чего-то ещё?

– Из-за жары, – солгала я. – Точно из-за жары.

– Ты достаточно пьёшь? – Бабушка прищурилась. – Может, стоит побеседовать с вашим тренером? Он что, не даёт вам передышек?

– Да всё он даёт! Видимо, сегодня я просто мало пила.

Бабушка потянулась через стол и смахнула с моих глаз чёлку. В этот момент я ощутила себя в абсолютной безопасности, уверенная, что могу всё-всё ей рассказать.

– Можно тебя кое о чём спросить?

– Конечно, дорогая.

– Что случилось, когда ты была у мисс Беа дома?

Она выпрямила спину и поморщилась:

– Нам обязательно говорить о ней?

Я пожала плечами:

– Просто я никогда не видела, чтобы к ней кто-нибудь ходил. Ты, должно быть, особенная.

Это вернуло ей улыбку:

– Ещё бы. И ты всегда должна об этом помнить.

– Так что случилось? Какая она? Что у неё за дом?

Бабушка снова поморщилась и тронула свисающий с шеи зелёный кристалл:

– Дом у неё такой же безвкусный, как она сама.

– Но что между вами произошло?

– Ничего, – пожала она плечами. – Она просто странная, вот и всё.

– В каком смысле «странная»?

– Ой… помешанная на молодости. Всё спрашивала меня: «Вы не хотите стать моложе?» или «Никогда не думали, как было бы чудесно, если бы можно было получить апгрейд своего тела?». Я сразу поняла, что она пригласила меня, только чтобы что-нибудь продать. Какой-нибудь супердорогущий крем из своего магазина, наверное. Кто её знает.

Я так и разинула рот в ожидании подробностей:

– Так она сказала в итоге, чего от тебя хотела?

– Я не стала дожидаться. И знаешь что? Твой папа был прав! С этой Беа и остальными точно что-то не так. – Она махнула рукой, закрывая тему. – Но я не хочу тратить время на этих старых зануд. Как насчёт отрезать ещё по кусочку, и я расскажу тебе, как на прошлой неделе обыграла всех в бридж?

Хотя у меня оставалась ещё куча вопросов, я их проглотила. Бабушка положила мне на тарелку ещё пирога, и мы до заката проговорили о самых обычных вещах.

– Обними бабулю на прощание, – распахнула она руки.

Я стиснула её в объятиях. Постояв так недолго, бабушка отстранилась и заглянула мне в глаза:

– Береги себя, поняла, милая? Ты должна быть осторожна.

Её слова отозвались в моей душе, и на краю сознания мелькнула мысль: а что, если она говорит не только о тренировках?

– Я буду осторожна, – пообещала я.

Она прижала ладонь к моей щеке, и в этом жесте было столько тепла и нежности, что я почти растаяла.

– Прости, что пропустила ужин, – сказала мама следующим утром, протягивая мне питательный батончик. – Бабушка Джейн просто превзошла себя с этим пирогом. Ещё никогда у неё не получалось настолько вкусно, правда? Я не удержалась от двойной добавки.

– Да, обожаю, когда она для нас готовит. – Я убрала батончик в рюкзак. – Ты сегодня вечером дома?

– Прости, дорогая. Я в этом месяце взяла несколько дополнительных смен.

Я ничего не ответила, но чувствовала на себе её взгляд, пока завязывала шнурки.

– Давай подвезу тебя до школы? – предложила мама. – Остановимся у булочной, и я куплю тебе пончик?

– Нет, спасибо, – быстро отказалась я.

Это была папина фишка: после утренней пробежки мы недолго следили за старичками, а затем он по дороге в школу покупал мне в булочной пончик с шоколадной помадкой. От мысли возобновить этот ритуал без него меня замутило.

Мама мягко провела рукой по моим забранным в хвост волосам:

– Может, всё-таки тебя подвезти? А о пончике забудем.

– Давай, – кивнула я и, помахав на прощание Билли, направилась к двери.

У выхода мама вспомнила, что забыла свой рабочий бейдж, и убежала за ним. Я осталась у машины и, прислонившись к пассажирской двери, подставила лицо солнцу.

– Зря ты не пользуешься солнцезащитным кремом, – донёсся голос с другой стороны дороги. – Продлевает молодость.

Мой взгляд скользнул в ту сторону, и я с удивлением уставилась на мисс Беа. Она стояла на своём крыльце и смотрела прямо на меня. На ней было красное платье с конической юбкой и туфли на шпильках, а шею, словно змея, в несколько слоёв обвивала толстая золотая цепочка.

– Здравствуйте, мисс Беа, – кротко поздоровалась я.

Склонив голову набок, она искусственно улыбнулась и неторопливо, размеренным шагом подошла ко мне.

– Готова спорить, ты никогда им не мажешься, – сказала она. – Или всё-таки да?

Я качнула головой вверх-вниз, как болванчик, и встала прямо, чтобы казаться увереннее:

– Пользуюсь. Но не когда иду в школу.

– Ну разумеется. Дети никогда не ценят своей молодости, – процедила она, и в её словах было столько злобы, что они сердитыми осами повисли в воздухе. – Вы её не заслуживаете.

На секунду солнечные лучи упали на