Иероглиф зла - Марина Серова

– Женечка, вот, попробуй, что получилось! – Тетя Мила гордо поставила на стол тарелку с каким-то хитроумным блюдом.

Я с интересом рассматривала содержимое своей порции – нечто белое и тонкое, смутно напоминающее спагетти, ярко-цветные ромбики и кружочки овощей, поджаренные ломтики куриного мяса. Выглядело, конечно, весьма красиво – как будто я заказала фирменное блюдо в дорогом ресторане, однако у меня не было даже предположения, как сие называется и к кухне каких народов мира оно принадлежит.

– Ах да, совсем забыла! – всплеснула руками тетушка, засуетилась возле кухонного стола и поставила рядом с моей тарелкой маленькую пиалу с темно-красным соусом, а может джемом.

– Это кетчуп? – поинтересовалась я, кивнув на новое блюдо.

– Нет, это соевый соус с томатами, – объявила тетя Мила. – Фунчоза станет гораздо вкуснее, если ты польешь сверху. Только много не бери, он острый.

– Ты меня не устаешь поражать, – изрекла я, осторожно положив пол чайной ложки соевого «кетчупа» рядом с основным блюдом. – Фунчоза, знакомое название…

– Так называется лапша в восточной кухне, – пояснила тетушка. – Между прочим, очень вкусная вещь. Меня недавно Зоя угощала, вот я и заинтересовалась.

Понятно, тетушка недавно была на дне рождения у подруги детства, которая, кстати сказать, тоже любит готовить. Наверняка Зоя решила удивить гостью и наготовила целый стол необычных закусок.

– Зоиного Кольку помнишь? – поинтересовалась тетушка. Я потерла лоб.

– Не очень, – призналась я, порывшись в памяти. – Я же не общаюсь с твоими подружками. Это ее муж, что ли?

– Нет, мужа Сережа зовут, а Коля – это Зоин сын. Ну как же ты забыла, Женечка! Мы в прошлом году у них на новоселье были, вы с Колей так мило общались!

А, конечно, наконец до меня дошло, о ком говорит тетушка.

– Это такой здоровый толстый детина? – уточнила я. – С которым ты меня безуспешно пыталась свести…

– Он самый! – улыбнулась тетушка.

При всех неоспоримых достоинствах тети Милы у нее имеется один, на мой взгляд, весьма прискорбный, недостаток. Почему-то тетушка считает задачей всей своей жизни во что бы то ни стало выдать меня замуж. С этой целью она пускается на всяческие ухищрения, дабы устроить мне свидание с очередным кавалером. Тетя Мила – человек общительный, у нее полно подруг. Если у кого-то из ее знакомых имеется неженатый сын, тетушка придумывает повод, чтоб познакомить меня с потенциальным женихом. Иногда избежать встречи не удается, и я уныло плетусь со своей не в меру заботливой родственницей в гости, дабы не обижать ее. Хорошо, если у меня на данный момент есть работа – тогда повод отказаться от дружеских посиделок находится сам собой. А вот в случае, когда я тихо-мирно собираюсь провести вечер за просмотром новых фильмов, тетя Мила настырно вытаскивает меня из дома. Мол, нечего в монитор пялиться, лучше общаться с другими людьми, и не по какому-нибудь скайпу, а на дружеских посиделках, непременно чтоб стол ломился от всевозможных блюд… И без толку объяснять, что я предпочитаю проводить свой досуг за просмотром недавно вышедших киноновинок, а общения мне хватает и на работе. Тетушка Мила – самый настоящий экстраверт, дай ей компанию, она, думаю, даже б в поход пошла. Такой, чтоб с палатками, и вечер у костра под гитару. Слава богу, возраст у моей не в меру общительной родственницы для таких забав неподходящий, и на природу меня вытаскивать ей в голову не придет. А вот пытаться меня выдать замуж тетушке не надоедает, почему-то ей кажется, что я всю жизнь только и мечтаю завести семью, штук пять детишек (как минимум!) и все свободное время возиться с памперсами и стирать носки мужу. Сперва я как-то пыталась объяснить своей заботливой родственнице, что не горю желанием с кем бы то ни было связывать свою жизнь, но в скором времени поняла, что зря трачу время. Тетушка улыбалась и настырно продолжала меня таскать по всяческим увеселительным мероприятиям и знакомить с потенциальными женихами. И на Зоином новоселье она подсуетилась, усадила меня рядом с необъятным Колей, которому, похоже, было глубоко наплевать на свалившуюся ему на голову «невесту». Все внимание молодого «ухажера» было приковано к тарелкам с закусками и салатами, а беседовать ни с кем у Николая особого желания не было. Я с тоской смотрела, как он накладывает себе целые горы разнообразной еды, и не уставала удивляться, как можно столько есть. Хотя что греха таить, комплекции Коля был внушительной, в такого куча всего поместится.

– Только теперь Коля – совсем не здоровенный и не толстый! – сообщила тетушка с восхищением в голосе. – Он целый год прожил в Корее, и теперь его просто не узнать! Я видела его у Зои – постройнел, помолодел, прямо писаный красавец!

– Да ну? – хмыкнула я, нанизывая на вилку фунчозу. – В Корее, видать, с едой совсем плохо! Помню, как он уплетал за десятерых на том застолье…

– Он там с кореянкой одной познакомился, ну и влюбился, – пояснила тетя Мила. – Вот и похудел! Она его корейской едой кормила, они по ресторанам ходили. Зоя говорит, скоро поженятся. Он планирует в Корею навсегда переехать, ну и правильно, нечего у нас в России делать! Эх, Женька, зря ты такого парня упустила, может, вместе бы сейчас где-нибудь за границей жили…

– Да мне и здесь хорошо, – пожала я плечами. – Фунчоза, кстати, вкусная. Куда лучше обычных макарон.

– Зоя рецепт дала, – улыбнулась тетушка. – Ей Коля из Кореи большую кулинарную книгу привез, правда, на английском. Но там все понятно, даже если просто картинки смотреть. Вся хитрость приготовления фунчозы – в добавлении особого соуса. И варить ее надо не так, как обычные макароны, после приготовления она должна еще два часа постоять в прохладном месте. Ну а овощной гарнир любой пойдет, хотя корейцы острые блюда любят. И мясо – свинину предпочитают, только с острым перцем. Я-то не слишком остро делала, это они привычные.

– Да по-моему, острее и не надо, – я запила кусок мяса водой. По мне, так тетушка перестаралась – даже во рту жжет.

– Корейская кухня очень разнообразная, – продолжала вещать тетя Мила. – Чего они там только не придумывают! Я посмотрела книжку, даже переписала несколько рецептов, думаю, попробую приготовить.

– А я думала, они там только суши и роллы едят, – проговорила я, допивая воду. – А, рис еще.

– Рис – это их основное блюдо, как Коля рассказывал, – подтвердила тетушка. – Он у них, как у нас хлеб, там даже слово одно означает и рис, и еду в общем. Но роллы бывают и без риса, вроде «сашими» называется. Это когда кусочек сырой рыбы, перетянутый водорослями нори, и соус к нему. Коля в кафе именно такое блюдо заказывал, чтоб похудеть. Ну и, конечно, кимчи.

– Капуста пекинская с перцем? – проявила я немыслимые познания в восточной культуре.

– Да, они ее в бочках готовят. Берут капусту, делят ее на листья и натирают красным перцем. А потом она еще долгое время квасится. То, что у нас продают под названием «кимчи», никакого отношения к корейскому блюду не имеет. Коля говорил, что западному человеку с непривычки после подобной закуски кажется, что у него все внутренности горят!