Поцелуй на пожарной лестнице - Наталья Александрова

– Смотри, смотри, Ленка появилась! – Дашка дернула Катерину за локоть, глаза ее округлились от восторга. – Я думала, она теперь месяца два не будет на людях показываться!

Мимо их стола шла в компании двух смуглых мачо известная светская львица Лена Лепс. Как только она поравнялась с их столиком, Дашка вскочила и бросилась к ней с поцелуями.

– Отлично выглядишь! Что-то тебя давно не видно…

Лена что-то проворчала, с трудом высвободилась из Дашкиных объятий и поплыла дальше, небрежно поправив бретельку алого платья от Donna Caran.

Дашка, сияя, плюхнулась обратно на свой стул. Вечер для нее прошел не впустую.

– Ты слышала, какой облом у нее вышел со свадьбой? – зашептала она Кате на ухо, как только Лена удалилась на безопасное расстояние.

Катя не слишком-то интересовалась светскими сплетнями, но из вежливости изобразила интерес.

– Она уже назначила дату свадьбы, разослала приглашения, заказала платье у какого-то потрясающего бельгийского дизайнера, одних стразов от Сваровски на него нашили килограмм двадцать, но тут ее жениху – ну, ты, конечно, знаешь, кому – кто-то рассказал о ее прошлогоднем шоу в Куршавеле… ну, он сказал, что на стриптизершах не женятся, и разорвал помолвку… а Ленка теперь повсюду трубит, что сама дала отбой, потому что он – голубой…

– Да что ты говоришь! – ахнула Катя, чтобы не испортить человеку удовольствие.

– Нам она тоже прислала приглашение, я заказала платье… хорошо, что подарок не купили, было бы обидно, а лишнее платье всегда пригодится…

Катя едва слышно вздохнула: она предпочла бы отпраздновать свой день рождения в самом узком кругу – вдвоем с мужем, но Виталик пригласил своего партнера и друга Лешу Гревского с женой, и ей ничего не оставалось, как изобразить большую радость по этому поводу.

– Лешик, налей девушкам шампанского! – манерным тоном протянула Даша. Гревский достал бутылку из серебряного ведерка, и Дашкино лицо вытянулось: – Фи, это что за бурда!

– Что б ты понимала! – беззлобно усмехнулся Леша. – Это Piper – Heidsieck cuvee девяносто шестого года! Такое мало где найдешь!

– Лучше бы ты заказал «Кристалл» или уж, на худой конец, «Moet&Chandon»! – Дашка пригубила напиток и сморщилась: – Жженой бумагой отдает!

– Тундра! Не жженой бумагой, а дымком жареных каштанов! Этот год ценят как раз за его специфический привкус!

– Вот и пей сам эту специфическую бурду!

– Между прочим, это любимый сорт Мерлин Монро! – Лешка подмигнул Виталику. – И Шэрон Стоун постоянно его заказывает – ящиками…

– Да что ты? – Даша еще немного отпила и задумалась. – А вообще-то, ты знаешь, ничего… если распробовать, вкус очень даже интересный… фруктовый оттенок…

– Я хочу выпить за мою жену! – прервал ее рассуждения Виталик, подняв бокал. – Встреча с Катей – это самая большая удача в моей жизни! За самую прекрасную женщину Москвы! За тебя, солнышко!

Катя поднесла к губам бокал с золотистым искрящимся напитком, сделала первый глоток и почувствовала то радостное, легкое головокружение, которое ощущаешь в первый день весны. Может быть, в этом было виновато не шампанское, а слова Виталика, но ей захотелось смеяться и говорить милые глупости.

– Это ты – самый лучший! – проговорила она. – Самый умный, самый сильный, самый щедрый…

– Солнышко, – Виталий приподнялся и торжественно взмахнул рукой, привлекая к себе ее внимание. Впрочем, Катя и так не сводила с него глаз. – Я, кроме всех перечисленных тобою достоинств, еще и замечательный фокусник!

– Что? – Леша посмотрел на компаньона с недоверием. – Так вот почему у нас так гладко прошла налоговая проверка!

– Не к ночи она будь помянута! – фыркнул Виталий. – Нет, я серьезно. Вот – смотрите: что лежит на этой тарелке?

– Ничего, – Катя привстала, уставилась на его тарелку в полном восторге, не сомневаясь, что муж устроит сейчас что-то совершенно замечательное.

– Совершенно верно! – Виталик накрыл тарелку крахмальной салфеткой, взмахнул руками и страшным голосом злого волшебника проговорил: – Эне, бене, ряба, квинтер, финтер, жаба!

Катя следила за происходящим с выражением лица, как у восторженного ребенка, который разворачивает сверток с новогодними подарками.

– Неверов, как ты выражаешься! – дурашливо воскликнул Леша. – Выбирай выражения, здесь все-таки дамы!

– Ну тебя! – фыркнул Виталик и ловким движением сдернул с тарелки салфетку.

Под ней оказался зеленый бархатный футляр в форме сердца.

– Браво! – захлопала в ладоши Даша. – Неверов, тебе нужно в цирке выступать! Или в этой программе – «Цирк со звездами»!

– Катя, – проговорил Виталий очень серьезно. – Ты не хочешь взглянуть, что там внутри?

Катя глубоко вздохнула.

Ей было немножко страшно: так серьезно смотрел на нее муж, таким ожиданием светились его глаза… она нажала на защелку, начала приподнимать крышку футляра – и зажмурилась, как зажмуривается ребенок, входя в комнату с только что наряженной елкой.

Наконец она открыла глаза – и ахнула: на зеленом бархате лежало старинное золотое кольцо. По овальному эмалевому бирюзовому полю, окруженному россыпью мелких изумрудов, бриллиантами была выложена буква Е – первая буква имени Екатерина, ее имени…

– Это чудо!.. – выдохнула Катя, поднимая глаза на мужа. – Настоящее чудо!

Виталий знал, что она любит только старинные украшения, предпочитает их модным поделкам современных дизайнеров. Подругам, которые фыркали и говорили, что не хотят носить чьи-то обноски, что надевать старые украшения – это все равно что покупать одежду в секонд-хенде, Катя возражала – только в изделиях восемнадцатого, в крайнем случае девятнадцатого, века чувствуется настоящее мастерство, настоящая душа вещи…

– Это кольцо принадлежало твоей тезке, Екатерине Великой, – скромно сообщил Виталий. – В то время, когда она была еще не императрицей, а всего лишь женой наследника престола, поэтому над литерой нет цифры два…

Катя встала, обошла стол и поцеловала мужа.

– Я рад, что тебе понравилось, – проговорил Виталий.

– Пойдем, попудрим носики, – потянула ее за руку Даша.

Катя с сожалением закрыла футляр с кольцом, спрятала его в сумочку и пошла за приятельницей. Надеть сразу такое потрясающее кольцо на руку она не могла, к этому нужно было морально подготовиться, и Виталий это, кажется, понял.

– Не понимаю твоей страсти к этому старью, – проговорила Даша, едва они вошли в туалет. – По мне, самый лучший подарок – это денежки на карточку, и чем больше, тем лучше. Но у каждого – свои увлечения… ну что – будешь?