Игра в кубики - Марина Крамер

Марина Крамер

Игра в кубики

© Крамер М., 2020

© ООО «Издательство «Эксмо», 2020

* * *

Города Хмелевск не существует. События, о которых говорится в романе, произошли в одном из регионов России много лет назад и в наше время. Автор не ставит себе цели с документальной точностью отражать их, потому возможны допущения.

Город Хмелевск, девяностые годы прошлого века

– А не попить ли нам пивка по случаю жаркого дня?

Трое молодых людей сидели в самом углу залитого ярким солнцем двора старенькой двухэтажной «сталинки» с облупившимися балконами и отвалившейся кое-где лепниной. Недалеко от них пожилая женщина в ситцевом халате и белом платке выбивала потертый ковер, в песочнице возились несколько шестилеток – строили крепость и бороздили дороги к ней при помощи пластмассового грузовичка без передних колес. Из первого подъезда вышла, помахивая нотной папкой, худенькая девчушка лет четырнадцати с тугими каштановыми косичками.

– Эй, Светка! – крикнул тот из парней, что предложил попить пива. – Ты на урок, что ли?

Девчонка, чуть притормозив, кивнула.

– Скажи ей, пусть после урока не болтается, там сегодня репинские с котельниковскими стрелку забили, – негромко процедил его приятель – высокий, худой блондин в аккуратных светлых брюках и отглаженной белой рубашке с короткими рукавами.

Парень недоверчиво глянул на него, но крикнул:

– Светка! Домой по Новинкам не возвращайся, поняла?

– Поняла! – девчонка мотнула косичками, показала брату язык и скрылась за углом.

– Совсем маманя твоя спятила, – заметил невысокий, коренастый, в спортивных штанах с красными лампасами и черной футболке. – Лето на дворе, а она девку за роялем держит.

– Это не мамка, а я. Пусть занимается, – отрезал любитель пива. – Она в консерваторию поступать будет, в Москву поедет, у нее талант. Нечего по улицам шляться, пусть играет лучше. Слышь, Глеб… а ты откуда про стрелку узнал?

– Оттуда, – сплюнул под ноги Глеб и многозначительно умолк.

– Ты, Глебася, куда так вырядился, скажи лучше? – не унимался Павел. – Для пивнушки шибко кудряво.

– А я с вами не пойду.

– Чего вдруг? – удивился коренастый. – С вечера ведь договаривались.

– Встреча у меня.

– И с кем? – не отставал он, не переставая жать левой рукой резиновый эспандер для кисти.

– Тебе, Ваньша, знать не надо пока, – отрезал Глеб. – Вернусь – все расскажу.

– Опять к Репе, небось, пойдешь, в «Лагуну»? Так ему вроде не до тебя сегодня, – спросил Павел, вынимая из кармана довольно внушительную пачку купюр и начиная их пересчитывать.

– Бабки убери, слышь, – негромко велел Глеб, оглядываясь по сторонам. – Сдурел? А увидит кто?

– И чего? Пусть видят!

– Ты довыделываешься, Паша, сдаст кто-нибудь участковому – повертишься тогда. И это… никакого пива сегодня, поняли? Вечером можете понадобиться. Все, я поехал, – Глеб надел черные очки и, побалтывая на пальце ключами от машины, ленивой походкой направился к выезду из двора, где была припаркована «девятка» изумрудно-зеленого цвета.

Павел и Иван проводили его взглядами, и, когда машина вылетела со двора на высокой скорости, Павел процедил:

– Тебе не кажется, что кто-то стал сильно заноситься?

– Да по фигу… – вяло откликнулся Иван, не переставая работать кулаком. – Ну, нравится Глебасе корчить из себя делового – кто мешает?

– Да он себя мнит правой рукой Репы, ты не видишь, что ли?

– А Репа-то в курсе? – хохотнул Иван. – Брось, Пашка, ты в последнее время просто как пес цепной стал – того и гляди в горло вцепишься.

– Не тебе же…

– Ну, а Глеб тебе где дорогу перешел?

Павел не стал пускаться в долгие объяснения, да это было и не нужно – все трое дружили с первого класса, и если флегматичному Ивану никогда не было интересно бороться за главенство в их маленьком клане, то между Глебом и Павлом всегда возникали конфликты, порой заканчивавшиеся жесточайшим мордобоем, что, однако, не мешало обоим на следующий день обняться как ни в чем не бывало и вместе бежать в школу или на занятия боксом. А там, в зале и на ринге, уже не было равных Ивану, так что с этим спорить ни Павел, ни Глеб не рисковали.

Ваньке прочили большое будущее в спорте, да так бы и было, наверное, не случись развал страны и резкое обнищание всех и вся. На поездки нужны были деньги, а мать Ивана еле сводила концы с концами, работая на местном ликеро-водочном заводе, где все чаще зарплату стали выдавать продукцией. Ванька забросил тренировки, торговал принесенной матерью водкой на вокзале, рискуя быть пойманным милицией, и ни о каком великом спортивном будущем уже не мечтал. Павел заканчивал железнодорожный техникум, а Глеб, единственный из их троицы, ухитрился поступить в местный филиал строительного института. Но появлялся там крайне редко, предпочитая отираться на рынке в компании ребят из так называемой бригады Репы. Эти крепкие парни в кожаных куртках, все сплошь бывшие спортсмены, поддерживали там порядок, не давая конкурирующей бригаде, возглавляемой бывшим «афганцем» Котельниковым, обирать местных торговцев и «челноков». Постепенно к репинским примкнули и Иван с Павлом, а Глеб к тому времени уже сумел завоевать доверие самого Репы – неоднократно судимого Валентина Репина. Павел и Иван были «пехотой», людьми, которые выполняют всю грязную работу, а Глеб же сидел в ресторане «Лагуна» за одним столом с Репой и помогал тому «решать вопросы». Конечно, самолюбивого Павла такой расклад не вполне устраивал, и он не раз намекал Ивану, что друг детства непростительно зарывается. Но спокойный, уравновешенный Иван только отмахивался – ему дела не было до того, кто и какое место занимает в иерархии их бригады, лишь бы деньги платили.

– Меньше знаешь – крепче спишь, – говорил он неугомонному Павлу. – Мы кто? Пехота, пушечное мясо – с нас и спрос маленький. А вот Глеб, если их прихватят…

– Да кто их прихватит? Вся милиция куплена, начальник за второй зарплатой к Репе ездит по пятницам! А мы, и тут ты прав, друг Ваньша, пушечное мясо, и денег нам дают куда меньше, чем тот же Глеб имеет. А чем он лучше нас с тобой? Ну, скажи? – напирал Павел, раздираемый так явно ощущавшейся несправедливостью жизни.

– А у Глеба, Павлик, мозги, – спокойно отзывался Иван. – Мы с тобой только кулаками махать и умеем, согласись? А Глеб…

– Да что – «Глеб, Глеб»! Заладил, как попугай! Я, может, не хуже Глеба могу схему придумать!

– Ну, рискни.

– А вот и рискну!

И Павел однажды рискнул.

С самого детства он интересовался техникой, умел разобрать, починить и собрать любой бытовой прибор, и теперь эти умения пригодились. Свое первое взрывное