Безумная - Акулина

Нежные, немного детские, женские руки открыли папку. Листов было мало.

_______________

Досье №1. Зверев Дмитрий Никифорович, 47 лет. Образование: медицинское. Профессия: психоаналитик, специалист по психоанализу и гипнозу. Член Международной психоаналитической ассоциации. Место работы: личная клиника «Твоё Я». Холост…

_______________

Эти облачные дни давно стали вызывать сомнения: кажется, природа решила немного подшутить над Петрозаводском, где уже несколько недель подряд не было не только открытого ясного солнца, но и дождя.

– Так скоро всё лето пройдёт! – недовольно пробурчала Света, лениво, без интереса переворачивая страницы старых отчётов.

У неё совсем не было желания ничего искать. «Глупо считать, будто этот несчастный случай может быть связан с одним из прошлых дел!», – снова подумала она, но вслух не произнесла – она уже ухитрилась указать на это своему начальнику Константину Мадаеву, чтобы появился шанс пораньше уйти с работы и заглянуть в солярий: ведь надо же как-то исправлять ситуацию с загаром, если подходящего солнца на улице всё нет и нет? Но тот настоял на своём…

– Что-то нашла? – уже не в первый раз спросил вошедший Костя.

«И как ему удаётся так здорово выглядеть с такой-то работой?», – не торопясь отвечать, с завистью подумала Света: на вид ему было лет тридцать, но на самом деле – почти сорок. Сама же она лишь недавно получила своё первое служебное удостоверение с надписью: «Стажёр», и за это время успела отметить, что в выбранной профессии романтикой-то и не пахнет…

– Ничего, но я пока не всё посмотрела, – медленно отозвалась она.

– Как, это ты ещё первый отчёт читаешь? А досье хоть разобрала?

Кузьмина отрицательно мотнула головой.

– Ты давай побыстрее-то смотри, а то пока наразглядываешься, у нас ещё работы прибавится! Нужно же как: настроилась – и внимательно так, чтобы не пропустить ничего важного, но быстро-быстро просматриваешь информацию.

– Знаете, Константин Михайлович, это вам легко, вы – привыкшие. А мне тут ещё разобраться надо…

– Тебе ещё досье поднять да посмотреть, кто с кем мог быть связан. А скоро нам нужно ехать к психоаналитику, так что поторопись!

– А что – психоаналитик? – оживилась она, будто пахнуло свежим ветром. Из досье вполне ясно было, что врач – очень даже интересный человек. «Красивый, статный…», – вспомнила она его фото, прикреплённое к бумагам. А то, что он был и весьма обеспеченным, вообще не вызывало никаких сомнений! «И пусть не очень молод, но для мужчины он в самом расцвете сил!», – с приязнью подумала она про его сорок семь лет, приправленные успешной карьерой и собственной клиникой «Твоё Я».

– Нужно будет задать ему пару вопросов. Всё-таки он знал погибшего Бердникова.

– Так это ж давно было, два года назад? – удивилась она.

– То есть всё-таки читала досье?

– Пока только на Зверева, – покраснела Света, сразу уставившись в лежащий перед ней отчёт.

– Понятно… – усмехнулся он, и она покраснела ещё больше.

– Не знаю, что вы там себе предположили, – подумав, заметила она многозначительно, снова оторвав взгляд от бумаг, – но я имела в виду, что в отличие от других досье, которые вы мне дали, о нём читать интересно. Сразу видно, что он очень умный и достойный человек. И, уж поверьте, я знаю, о чём говорю: я посещала много тренингов по саморазвитию, много чего нового для себя открыла – во мне развили способности разбираться в людях, и это не пустые слова! Кстати, вам тоже бы не мешало походить на такие курсы… – без всякой задней мысли посоветовала она.

– Конечно… Вот стажировку пройдёшь, понаблюдаешь – потом поймёшь, что к чему… – кивнул он и отошёл, оставив её с отчётами, а сам направился в другой офис. Но в коридоре столкнулся с оперуполномоченным Максимом Сотниковым.

– Как дела? Подвижки? – тот приветственно хлопнул Мадаева по плечу, но он недовольно качнул головой:

– Какой там! Служащих парка успел опросить – и ничего! Судя по всему, труп пролежал в пруду всю ночь, а ночью в парке никто не работает. В шесть утра пришли дворники, – они и заметили тело, – но нового рассказать не смогли.

– Документы?

– В кармане был ключ от гостиничного номера и паспорт. Но и то: прописан-то Бердников в Беломорске, по базе пробили – здесь родственников-однофамильцев у него нет; знакомых просто так не найти… Из Беломорска информацию уже запросил, теперь ждём. Единственное, что пока удалось, – это позвонить в гостиницу, в которой он остановился. Предварительно сообщили, что приехал он из Болгарии, но говорят, что больше ничего о нём не знают.

– Ясно теперь, почему ты такой кислый, – понимающе кивнул Сотников.

– Да, зацепок никаких… В гостиницу скоро съезжу или кого-нибудь отправлю, а ещё в клинику наведаюсь, может, что и появится. Врача этого, Зверева, уже предупредили, что приедем. Обещал принять, правда, удивился сильно…

– А и впрямь, Костя: зачем он нам?

– Думаю, он может знать что-то о Бердникове.

– С чего ты взял?

– Так имя этого Ивана Бердникова было в деле о гибели Екатерины Зосимовой – ну, то самоубийство, пару лет назад… – напомнил он. – Я уж приказал Светлане поднять старые материалы; данные паспорта его проверил – это действительно он, а не однофамилец. Получается, Бердников знал Зосимову, а та ходила к Звереву. Может, тот сумеет вспомнить, если Зосимова о Бердникове что-то упоминала. А то у меня вообще никакой информации о нём, а из Болгарии её ждать долго.

– А зачем нам всё это? – не понял Максим. – Мужчина споткнулся или поскользнулся, упал в воду – утонул. Или результаты экспертизы уже известны?

– Пока нет; но что он делал в одиночестве ночью у прудов? Гулял?.. – да не похож он на такого романтика, не верю я в это! – посетовал Костя и, заметив в ответ недоумение, негромко добавил. – Тем более, представь: после закрытия дела Зосимовой из-за отсутствия состава преступления Бердников сразу покинул страну.

– И что?

– Если у него были на это деньги, то почему не уехал раньше? А если у него денег не было, то откуда они у него внезапно появились?

– Костя, к чему ты клонишь? – с подозрением спросил Максим, всматриваясь в Мадаева, который от своих же слов становился всё более сосредоточенным.

– Ну как… Родственники-то Зосимовой в то время требовали найти пропавшее наследство…

– Да нет, это ты уж слишком… Тут нет никакой связи! – перебил его, усмехнувшись, Сотников.