Схватка профессионалов - Сергей Москвин

– В дороге перекусите, – резко ответил Чернышов. – Задача та же, что и в аэропорту. Кстати, на вокзале и в порту, кроме оперативников ФСБ, несут службу и наряды милиции. Надо скоординировать их работу.

– Ясно, Павел Андреевич, – преувеличенно тяжело вздохнул Ветров. – Значит, сегодняшний день проведем в бегах.

– Ну, когда сильно устанете, можете присесть, – улыбнулся Чернышов. – И считайте это заданием до конца дня. Завтра господин Анин покажет нам свое хозяйство.

Задачи были определены, и по предложению Чернышова майор Ефремов закрыл совещание. Тут же полковник Чернышов связался с Москвой, но там не было никакой дополнительной информации. Продолжающиеся в столице поиски Ковалева результатов не дали.

* * *

Назад, в Астраханское управление ФСБ Олег с Артемом вернулись только в десятом часу вечера. Сопровождающие их оперативники сразу разъехались по домам, а Муромцев и Ветров вернулись, чтобы забрать ожидающего их полковника Чернышова и заодно отчитаться о проделанной работе. Павел Чернышов тем временем внимательно изучал сводки происшествий по области за минувшую неделю в надежде обнаружить хоть что-то, что укажет на след скрывающихся террористов. За этим занятием его и застали два капитана.

– Вот так, Павел Андреевич! – обличительным голосом начал Ветров. – Значит, пока мы с Олегом голодные и холодные сновали по вокзалу и речному порту, вы все это время бумажки перебирали?!

Павел Чернышов молча улыбнулся, затем убрал бумаги в верхний ящик стола, а из нижнего достал батон белого хлеба, две банки шпрот, батон варено-копченой колбасы, кусок сыра и литровую банку болгарских консервированных огурцов. У Артема Ветрова даже дух перехватило от такого изобилия.

– Так, Павел Андреевич, беру свои слова обратно, – облизываясь, сказал он. – Вы самый мудрый и заботливый начальник, какого я когда-либо знал.

– То-то, – назидательно заметил Чернышов, открывая банку с огурцами.

Когда первый голод был утолен, Ветров поведал Чернышову о результатах их с Олегом работы.

– Самые сложные условия для наблюдения на железнодорожном вокзале, – начал рассказывать Ветров. – Пассажиров не загонишь в накопитель, как в аэропорту. А поезда прибывают часто. Пассажиры – что дети, Павел Андреевич, сами знаете. Одни к выходу спешат, другие к железнодорожным кассам, третьи в камеры хранения, четвертым, извиняюсь, в туалет приспичило. Очень трудно за всеми уследить и нужного человека опознать. В порту попроще. В Астрахань на теплоходах прибывают только туристы речных круизов, их сейчас не так много. Сами знаете, не сезон.

– Значит, ты считаешь, если Ковалев поедет поездом, то с вокзала он может уйти? – спросил Чернышов.

– Может, Павел Андреевич. Если он все выходы знает, может уйти. Да и обычным путем тоже. Ведь все оперативники, и наши, и милицейские, подсознательно ищут одного человека. Я бы на его месте как поступил? Познакомился бы в дороге с какой-нибудь мамашей с одним, а еще лучше с двумя детьми. Своих вещей у меня почти нет, а вот у мамаши с ее семейством предостаточно. Из вагона выходим вместе. Я беру в руки ее чемодан или ребенка, и мы дружной семьей идем к выходу. Кто примет отца многодетного семейства за наемного убийцу?

– Все верно, – задумчиво сказал Чернышов. – Ковалев долго готовился. Он не допустит просчета.

– Ну а вы, Павел Андреевич, что интересного нашли в своих бумажках? – в свою очередь обратился с вопросом к Чернышову Артем Ветров.

– Да есть кое-что.

С этими словами Чернышов вновь выдвинул верхний ящик письменного стола и достал сводку происшествий за семнадцатое сентября.

– Вот, взгляни. – Он протянул листок Ветрову, отчеркнув ногтем один абзац.

– В Ка-мы-зяк-ском районе, – прочитал по слогам Ветров, – участковым Степановым обнаружена рыбацкая лодка с телами мужчины и женщины с признаками насильственной смерти. В результате первичного осмотра тел погибших установлено, что мужчина и женщина, являвшиеся лицами без определенного места жительства, убиты выстрелами в голову.

– Ну и что из этого следует? – спросил Артем, возвращая Чернышову сводку.

– Ничего, – пожал плечами Чернышов. – Из этого ничего не следует, вообще ничего! Кем были погибшие, почему или за что их убили, и главное – кто это сделал? Об этом в сводке нет никаких сведений. А они должны быть, потому что двое бомжей погибли не в пьяной драке, не в результате несчастного случая, а в результате выстрелов классного стрелка. В среде бомжей смерть не редкость, но только не от огнестрельного оружия. А тут мы еще имеем дело и со стрелком-профессионалом. Вдвойне подозрительно. Короче, этим двойным убийством надо заняться вплотную, – подвел итог Чернышов.

– Ой, Павел Андреевич, и охота вам на них время тратить, – демонстративно скривился Ветров.

Чернышов повернулся к Муромцеву:

– Ты тоже так думаешь?

– Отчего же, – покачал головой Олег. – Выстрелы в голову – почерк снайпера. А среди наших террористов как раз есть снайпер. Если хотите, Павел Андреевич, я могу заняться этим делом.

– Хочу, – ответил Чернышов. – Мы с Артемом завтра отправимся на платформу, а ты давай съезди в Камызякский район и разузнай на месте, как погибли эти бомжи. Я попрошу Ефремова тебя сопровождать, думаю, он не откажется.

– Еще бы он отказался! – воскликнул Артем Ветров. – Вы бы видели, Павел Андреевич, как он во время совещания на вас смотрел, словно на пророка-оракула.

– Ну ладно, хватит ерничать, – оборвал Чернышов. – Давайте лучше собираться, и поедем в гостиницу. Уже скоро одиннадцать, а завтра нам всем рано вставать.