Обратный отсчет - Олекса Белобров

— Тогда слушай сюда! — Хантер привычно ухватил быка за рога. — Твой план я утверждаю, группу огнеметчиков беру на себя и иду вместе с ними. Но кое-что тут надо бы подрихтовать. Здесь, — он хватил кулаком по разогретой земле, — оставляем раненых и травмированных под началом Парапета, — неожиданно на ум пришло батальонное прозвище Климова. — Сейчас ему вкатят дозу промедола, а я по себе знаю — после такой «прививки» можно даже без ног бегать и прыгать. Думаю, в самое ближайшее время он будет в состоянии организовать огневой бой. Пусть все, кто способен держать оружие, стреляют из всех видов оружия по «духам», сковывая их, пока две группы будут прорываться с двух сторон к кишлаку.

Ему пришлось снова пригнуться — огонь со стороны кишлака явно усиливался.

— АГС и «Утес» также предлагаю оставить Парапету вместе с боевыми расчетами, потому как таскать их за собой по камням и между дувалов[132]— дело гиблое. Таким образом, пусть весь этот «медсанбат» лупит по дувалам Сумбаши, пока мы будем его обходить. Я с группой огнеметчиков пойду левым флангом по краю полей вон до той гряды, — Петренко показал на местности, — займем там позицию, и ежели на нас кто-то выскочит, постреляем или загоним их обратно в кишлак. А вы, большей группой, — продолжал он, следя, как лицо ротного становится все более удивленным, — тем временем пробьетесь к южной окраине кишлака и заблокируете выход из него. Хуб? Фемиди, себ?

— Себ! — кивнул головой в каске Егерь. — Хитрый ты, замполит, однако, — засмеялся он. — Ловко так все повернул! Хотя все грамотно — тяжелое вооружение останется здесь, оно оттянет на себя внимание «духов», а мы тем временем их обойдем! Годится! Радист, волну комбата! — скомандовал ротный.

Пока перестраивали боевые порядки, ставили задачи и уточняли их на местности, Хантер навестил Парапета, лежавшего неподалеку вместе с другими ранеными.

— Что ж ты так, Роман? — огорченно спросил Александр. — На кой хрен десантировался с такой высоты? Ну прилетел бы со вторым эшелоном, делов-то!

Лицо старшего лейтенанта Климова, совершенно мокрое от пота, перекривилось, глаза округлились от боли.

— Совестно стало, Александр Николаевич… — забормотал он. — Потом тот же Эстонец будет доставать — мол, струсил замполит, смылся…

— Ты, Роман, не городи х…ню! — вспыхнул Хантер. — Одно дело, если в Ташкент улетел. А высадиться со второй волной — не трусость, а вынужденное обстоятельствами действие! И вообще — не в том дело… Промедол тебе вкололи? — деловито поинтересовался он.

— Только что… — Климов отвернулся. — Хреново все это, — с сожалением и обидой выговорил он. — Люди воюют, а я здесь как чурбан…

— Не спеши, не спеши, не спеши! — Петренко прервал причитания. — Командовать-то ты в состоянии. Вот и останешься здесь, в самом центре нашей позиции, с тобой — все раненые и травмированные, а также расчеты «примусов». Ваша задача — связать «духов» огневым боем, не дать им возможности «просчитать» наш маневр. Да и прикрыть нужно наши группы, ежели нас вычислят. Понял, Парапет? В запасе у тебя около часа — пока промедол действует. Продержишься? Или назначить старшим вместо тебя сержанта Асмолова? — сама собой всплыла в голове фамилия командира расчета автоматического станкового гранатомета.

— Никак нет, Александр Николаевич! — проговорил старший лейтенант, приподнимаясь на локтях. — Пока я в сознании, буду руководить боем! Можете не сомневаться!

Торопливо пожав руку подчиненному, Хантер пополз в цепь, где перестрелка разгоралась с новой силой…