Награда Бешеного - Виктор Доценко

Савелий быстро подскочил к красному «мустангу» и распахнул дверцы

— сначала перед проституткой, потом перед Рольфом.

— Господа в гости или снять номер? — с поклоном спросил Савелий:

— В гости! — бросил Рольф, протягивая ему пятидолларовую бумажку.

Савелий, конечно же, не думал, что Рольф появится один, но пятеро сопровождающих? Впрочем, звать на помощь было поздно и потому, как, и было договорено, он подал знак Воронову, а тот сразу же сообщил Дональду, что объект прибыл в сопровождении пятерых мужчин и одной женщины. Начинать операцию здесь, на улице, было опасно. Во-первых, уйма прохожих; во-вторых, что можно предъявить убийцам, кроме незаконного ношения оружия? Нет, операцию следовало начинать только в тот момент, когда они попытаются вломиться к Рассказову.

Улучив момент, Савелий скомандовал:

— «Водило» и «Дежурному»: действуем по второму варианту!

— Ясно! — ответил Воронов.

— Понял! — Дональд сразу же повернулся к дежурному администратору.

— Убрать всех людей со второго этажа! И до моего особого распоряжения никому не высовываться!

Тот мгновенно испарился выполнять задание, а Дональд, уже в форме служащего отеля, занял его место за стойкой.

— Чем могу служить, господа? — радушно проговорил он, когда перед ним появилась странная компания.

— Мы к приятелю. Он нас ждет!

— Как его имя? Я должен позвонить!

— Не стоит. Мы готовим ему сюрприз! — Рольф нахально протянул ему стодолларовую купюру.

— О господин! — воскликнул Дональд. — Вы так щедры! Прошу вас! Я даже сам вас провожу!

— Как хотите! — помедлив секунду, кивнул тот и направился к лифту, стараясь держаться между боевиками.

В этот момент появился Савелий со щеткой в руках, радостно улыбнувшись столь щедрым посетителям, он невозмутимо направился к лестнице. Кроме Дональда в лифт с трудом втиснулись еще пятеро: Рольф с проституткой и три боевика. Двум оставшимся нужно было выбирать: ждать, когда вернется лифт, или идти пешком. Они выбрали второе, и как только оказались на площадке первого лестничного пролета, Савелий взмахнул рукой: удар пришелся в шею первому наемнику. Он был настолько сильным и точным, что тот не издал ни звука и кулем завалился на спину. Второго, буквально остолбеневшего от этой картины, Савелий вырубил своим коронным ударом: сделав пируэт на сто восемьдесят градусов, он выбросил правую ногу вперед и ударил его в висок. Несчастного отбросило на стену, и он медленно сполз по ней на кафельный пол. Все произошло настолько быстро и бесшумно, что вряд ли привлекло чьелибо внимание.

Хлопнула входная дверь. Савелий понял, что это подоспел Воронов.

— Здесь! — негромко крикнул он и быстро рванул на второй этаж.

Компания уже подходила к номеру Рассказова, Дональд же без движения лежал на полу.

«Господи, неужели убили?» — промелькнуло в голове у Савелия. Он двигался бесшумно, и убийцы пока его не обнаружили. Выхватив пистолеты с глушителем, они открыли огонь по двери. Правда, один из них почему-то стоял в стороне, молча наблюдая за их действиями. Выстрелы были негромкими и не могли привлечь особого внимания, даже треск дерева от пуль был громче, и это оказалось на руку Савелию.

Разъярившись из-за Дональда, он готов был открыть огонь и уже вырвал из-за пояса «Стечкина», но взял себя в руки и громко крикнул:

— Полиция! Бросить оружие! Первым среагировал Рольф: мгновенно повернувшись, он выстрелил наугад, и если бы на месте Савелия был кто другой, то он наверняка получил бы пулю в голову. Говорков же, уклонившись от пули, сделал два выстрела подряд, и оба достигли цели. Первая ударила в грудь Рольфа, заставив его дернуть головой, вторая пробила темечко, и его мозги брызнули на стоящих рядом. Сильнее всего обдало девицу, она истошно завизжала и ничком повалилась на пол.

— Бросить оружие! — вновь выкрикнул Савелий.

Один из наемников тотчас бросил пистолет и поднял руки. Стоящий рядом боевик тут же пристрелил предателя, но выстрелить в Савелия он не успел: пулей из «Стечкина» у него выбило пистолет.

Как-то так получилось, что Савелий, полностью сосредоточившись на Рольфе, упустил из виду того, кто стоял в стороне, и тот запросто скосил бы его очередью из автомата, если бы не Воронов. Его «Миротворец» прогрохотал как настоящая пушка. Парню с автоматом снесло полголовы. И это безотказно подействовало на оставшегося в живых боевика: он тут же поднял руки вверх.

— Не мог ты, братишка, пораньше появиться! — усмехнулся Савелий и двинулся вперед со «Стечкиным».

Но парень с поднятыми руками ни с того ни с сего вдруг повалился на пол, а когда Савелий подошел ближе, из его рта шла пена.

— Ампулу разгрыз, дурак! — Савелий беззлобно сплюнул и тут же встревоженно воскликнул: — Братишка, сзади двое!

Воронов бросился назад, а Савелий склонился над телом Дональда. Голова сержанта лежала в луже крови, но он был жив.

— Дон! — позвал Савелий и приложил руку к его ране.

Через мгновение Дональд открыл глаза и удивленно взглянул на Савелия.

— Что со мной? — спросил он.

— Все нормально, задремал малость! — улыбнулся Савелий.

— Сука, Рольф, он же меня сзади по голове чем-то приложил! — встрепенулся Дональд, тут же все вспомнив. — Где он?

— Там, где больше никому не причинит вреда! — ответил Савелий и постучал в номер Рассказова.

Оттуда послышался слабый стон. Он резко ударил ногой, замок хрустнул, и дверь распахнулась. Рассказов, с раной в животе, лежал посередине комнаты и над ним, со слезами на глазах, хлопотала какая-то восточная девушка. Двое его телохранителей замертво упали у самых дверей. Видно, услышав шум, они решили узнать, в чем дело, и приняли огонь на себя. Савелий подошел к Рассказову, склонился над ним, тот сразу же открыл глаза и взглянул на Савелия.

— Вы кто?

— Какая разница! — бросил Савелий.

— Ты? — слабо простонал тот.

— Нет, не я! — хмыкнул Савелий.

В этот момент вернулся Воронов.

— Смылись, сволочи! — сказал он по-русски.

— Воронов? И ты здесь?! — теряя силы, прошептал Рассказов. — Опять вы!

— Арестовать? — спросил Дональд.

— Зачем? Чтобы завтра выпустить?! — поморщился Савелий. — Он же пострадавший! Вызови лучше врача!

— Уже!

— Вот и хорошо! — Он как-то странно посмотрел на восточную девушку, искренне переживающую за Рассказова и рыдающую у него на груди, вздохнул и пожал плечами. — Ничего не понимаю! Ладно, пошли, ребята!

— Погоди! — простонал вдруг Рассказов, и Савелий вновь склонился над ним. — Спасибо! — неожиданно прошептал он.