Возвращение Пираньи - Александр Бушков

– Семеныч! – Лара кинулась вперед с такой прытью, чтоедва не поломала каблуки об асфальт, повисла у него на шее.

Мазур до этого лишь в романах читал, как взрослые люди в и зж а т от восторга. Лара как раз визжала, тормоша прилетевшего, что-то бормоча.

Сохраняя непроницаемое выражение лица, Франсуа шепотомпрокомментировал:

– А в обычных условиях в упор не видела, будтомебель... – и тут же замолчал.

Загадочный Семеныч, выглядевший несколько смущенно, легонькоотстранил Лару и направился к трем мушкетерам. С первого взгляда его можно былопринять за большого босса в области финансов, политики либо какой-нибудьгазовой трубы, но Мазур, обладавший нюхом на людей определенной профессии,опознал в нем обычного, похоже, охранничка, разве что в немалых чинах.

– Неплохо, ребятки, – сказал Семеныч с тойпокровительственной развальцой, что всегда вызывала у Мазура лютую неприязнь,от кого бы ни исходила. – Нормально поработали. Можете не сомневаться, всебудет путем, как обещано...

И протянул руку всем троим, по очереди, с таким видом,словно объявлял об окончании монаршей аудиенции. Мазур пару раз тряхнул широкуюсильную ладонь и тут же выпустил.

– Спасибо, ребята, – сказала Лара, сияя, искрясь,светясь изнутри и благоухая. – Извините, если что не так, я была сама несвоя. Будете в столице, заглядывайте...

И, отвернувшись, припустила к самолету, уже не сдерживаясебя. Семеныч ухитрился ее опередить – точно, хранитель барского тела,укрепился в первоначальной догадке Мазур, – подхватил под локоток, помогподняться в салон: в проеме виднелся белый низкий столик, диванчики вокругнего. Следом с видом и манерами нерассуждающих роботов кинулись четвероохранников, трап моментально подняли, оба выпуклых куска сомкнулись так, чтоедва была заметна линия шва, тут же засвистели запускаемые турбины, «фалькон»развернулся и покатил на взлет.

– Вот и все, ребята, – сказал Франсуа, сияя, какначищенное серебро (если только так можно выразиться о негре). – Дальшеуже не наша забота, можно возвращаться в отель и обговорить грядущую раздачуслонов...

Он сел за руль синего «форда», который им помог взять впрокате портье. Свернул вправо, проехал метров двести и плавно притормозил уогромного ангара из рифленого железа. Там, возле желтенького биплана, стоялаОльга в светло-синем деловом костюмчике (вот только юбка носила характер чистосимволический).

Вокруг плотным кольцом сомкнулось с полдюжины субъектовмужского пола в штатском, но в лихо заломленных пилотских фуражках – господаавиаторы, как и следовало ожидать, распускали хвосты подобно птице павлину,соперничая за внимание очаровательной сеньориты.

Франсуа посигналил. Ольга обернулась, подошла к машине с егостороны, наклонилась:

– Езжайте без меня, я буду через полчасика, тут возникликое-какие дела по заповеднику...

Негр кивнул и тронул машину. Метров через пятьдесятповернулся к Мазуру:

– Смотри, уведут, вон они какие белозубые и решительные, какна подбор...

– Не твоя забота, – сказал Мазур беззлобно, ничуть ненапуганный столь жуткой перспективой, поскольку в силу некоторых неизвестныхпосторонним обстоятельств был уверен в себе и испытывал приятные чувстваединственного обладателя сокровища.

У парадного крыльца отеля прохаживались двое полицейских –это уже была любезность со стороны очарованного Ольгой и озабоченного престижемздешней полиции сеньора бригадного комиссара. В номере Франсуа тут же развилбурную деятельность: вытащил целых четыре детектора, выглядевших шикарно идорого, принялся изучать обе комнаты, ванную, туалет. Он возился долго,выдвигая загадочные шарики на телескопических штырях, следя за пляскойразноцветных значков, забрался даже на стол. Мазур с Кацубой, время от времениобменивавшиеся заинтригованными взглядами, успели за это время выкурить по паресигарет и прикончить по стаканчику виски.

– Черт знает что вы хлещете, господа офицеры. – Франсуаубрал свои игрушки обратно в чемодан, достал из холодильника бутылкушампанского, три широких бокала, вмиг разделался с пробкой так мастерски, чтони капли пены не пролилось наружу. – Ну, выпьем же, друзья мои, зауспешное завершение операции, за ваши генеральские звезды...

– Не рановато ли? – спросил Кацуба...

– Наоборот, – серьезно сказал Франсуа. – Самоевремя. Все кончено, ребята. Я имею в виду пресловутую операцию «Кайман», потомучто порученное нам дело мы только что успешно и завершили. И заниматься намздесь больше нечем... – он покосился на Мазура, – разве чтопрощальной романтикой – при условии, конечно, что посторонние не будут знать о нашемскором и преждевременном отъезде...

– Загадками изъясняетесь, сударь, – сказал Мазур,отчего-то ощутив тягостное беспокойство. – Извольте яснее.

– Как вам будет угодно, ваше высокоблагородие, –раскланялся Франсуа, держась так, словно боролся с переполнявшей егорадостью. – Имеете право-с... Ну вот что, ребята. Кто-то тут давечаисполнял эмоциональную песню из репертуара, если мне память не изменяет,Юлиана. – Он посмотрел на Мазура, фальшиво пропел: – Из разных мы конюшен,господа... Должен разочаровать: мы все трое как раз и оказались в однойконюшне. Вас это не должно особо занимать, у вас впереди столько приятных изаслуженных наград... Короче, в обморок никто из вас не упадет, надеюсь. Людивзрослые, видавшие виды... – Он сделал паузу. – Мои друзья, суроваядействительность выглядит так: ни в одном из озер Чукуманского каскада нетникакого утонувшего самолета, а если что-то такое на дне и ржавеет, то нас оноинтересовать не должно. Нет никакого чемоданчика, который вы якобы должны былисыскать и представить по начальству любой ценой. То, что нам так отчаяннопытались помешать конкуренты, сейчас, вне всякого сомнения, пустившиеся козерам, свидетельствует лишь о профессионализме тех, кто разработал и блестящепровел в жизнь операцию прикрытия, дымовую завесу. Ставки были невероятновысоки... Оправдывали любые затраты и издержки. Постараюсь кратко, ноисчерпывающе. Ларка – дочь... – Он написал на листке блокнота фамилию,продемонстрировал его двум друзьям, потом поджег в пепельнице. – Должныбыли слышать, а?

Еще бы они не слышали... Из тех, кого с чьей-то легкой рукиокрестили олигархами, быть может, и справедливо. Фигура...

– Есть одна серьезная сложность, беда, от которой ничуть незастрахованы люди вроде... – Франсуа ткнул пальцем в сторону крохотнойкучки черного пепла. – Любимые и балованные детки частенько попадают то вдурную компанию, то в нешуточные неприятности, только непосвященному кажется,что любящий родитель может легко все это погасить. На самом деле сплошь и рядомего грандиозные возможности оказываются бессильны. Ларка щебечет на трехязыках, училась в Англии, девка весьма даже неглупая, но, как вы уже успелипонять, разбалованная, совершенно безалаберная, доверчивая и самую малостьнимфоманистая. Со старшим Гараем они познакомились на «Достоевском», в томсамом достопамятном круизе, где вы оба столь активно повоевали. Ну,естественно, моментально завалились на белые простыни, Ларку в этом плане неприходится долго уговаривать, если объект ей придется по вкусу. Потом эта дураполетела в Санта-Кроче – и ухитрилась выйти из-под контроля охраны. У нее, каквы, быть может, догадываетесь, в голове бурлил коктейль из «Просто Марии» ипрочих «Антонелл» – влюбленный плантатор, африканские страсти, ананасы вшампанском... Меж тем ее избранник – мелкий подонок, дешевый наркоделец,любитель самодеятельного видео. Увы, слишком поздно спохватились, сопоставили –и ужаснулись. Во-первых, она могла, когда надоест всем трем брательникам,вульгарно исчезнуть в тамошних болотах – по моим данным, это с полудюжинойподобных дурочек уже случилось: закон – сельва, прокурор – ягуар... Во-вторых,существовала даже более худшая вероятность: она останется в живых, но о нейузнают те, кому никак не следует знать. Я не буду вдаваться в детали глобальныхэкономических боев, бизнес-ристалищ – вам это вряд ли будет интересно. Скажуодно: чем выше, тем более зверские нравы царят. Карла Марла нагородил немалочепухи, но кое в чем был прав: я имею в виду его крылатую фразу о том, что неттакого преступления, на которое не пошел бы крупный капитал ради процентовтрехсот прибыли. Так оно и обстоит, можете поверить на слово, я давно ужекручусь в этой системе, рассказов было б дотемна, как поется в детскойпесенке... Думаю, вы сами представляете, в какое положение попал бы папа, зацапайкто-нибудь его любимое чадо, мя-аконько воздействуя... Простите, но вы простоне представляете себе масштаба игр и масштаба капиталов, мужики... Никому изнас в т а к и е игры играть не придется – оно и слава богу, с другой стороны...Лично я кое с кем из больших боссов не поменялся бы.