Оружие уравняет всех - Михаил Нестеров

– Неудачный пример. С электростулом ты почти попал в точку. Но я тебя понял. – Судья надолго задумался, теребя в пальцах монету. – Короче, Нико, чего ты хочешь?

– Рассмотрения поданной мною жалобы в пользу защиты.

Судья громко рассмеялся. Прокурор выжал на лицо кислую улыбку и был вынужден пойти на попятную:

– Я предлагаю защитнику сделку.

Он выдержал паузу. Судья поторопил его:

– Какого рода сделка?

– Защита не станет поднимать на суде вопросов о скоропалительных причинах кремирования генного материала… генного материала по сути, – исправился он, – а обвинение не станет настаивать на содержании обвиняемой под стражей.

– Я тоже в этом заинтересован, – буркнул под нос судья; месяцем ранее он лично подписал распоряжение о «скоропалительных» – в прямом и переносном смысле слова – мерах. – Сегодня я подпишу бумаги, завтра она ваша. – Он поочередно посмотрел на адвоката и его подзащитную. Поискав глазами молоток и не найдя его, он стукнул по столу кулаком и не без доли облегчения, которое ему принес адвокат, заявил: – Слушание окончено.

Адвокат накоротке пообщался с Ириной и поспешил за прокурором. Впрочем, тот дожидался его в узком коридоре здания суда.

И тот, и другой выглядели респектабельно, что для обоих давно стало образом жизни. Беркович, который из-за тесноты коридора был вынужден идти чуть впереди, повернул голову и сказал фразу, которой было суждено переходить от одного к другому, из уст в уста.

– Держись подальше от этого дела.

Адвокат не стал требовать объяснений, он ждал разъяснений прокурора.

– В следственном комитете прокуратуры уже празднуют победу в этом деле.

– Вот как?

– Ты прав – труп ребенка проходил, по большому счету, как генный материал. Поэтому его уничтожили. Не знаю, кому выгодно было создать прецедент, когда белая женщина убивает черного ребенка. Это громкое и необычное дело, и поломать его тебе не дадут. В некоем списке ты уже проходишь как проигравший.

– Сильно сомневаюсь, – ответил адвокат.

Как уже сказал судья, с делом Ирины Бекатору Алексей Николаев ознакомился всего два дня назад. Из сорока восьми часов двадцать четыре он провел в беседах с подопечной, не жалея ни себя, ни тем более ее. Он поверил ей на интуитивном уровне, но на нем доказательств невиновности не построишь.

Приехав в свой офис на улице Поликарпова, которая индексной семеркой пролегла от вечно шумной Беговой до железной дороги, он навел справки, посетив сайты аэропортов, и записал на листке перекидного календаря: «Самолеты в Камерун летают два раза в месяц. Из Парижа можно улететь чаще; время полета около семи часов». Он без труда поставил себя на место похитителей девочки: планируя преступление, они были обязаны отталкиваться от конечного пункта – эвакуации. Преступление было совершено 13 июня, за день или за два до вылета очередного рейса в Камерун. Он еще не закрыл страничку сайта аэропорта и нашел там то, что искал: рейс самолета Москва – Дуала (это приморский город Камеруна) осуществлялся в том числе и 15 июня. Николаев потянул крохотный кончик нити, но он был бесценен – потому что на этот момент был единственным.

Он вышел из адвокатской конторы и сел в свой нестареющий «Мерседес» Е-класса. Николаев считал его достаточно консервативным и надежным; просторный салон и неповторимый интерьер. Эталонный легковой автомобиль 1984 года выпуска, что еще можно сказать? Ему нравился обтекаемый силуэт этой машины, его гобеленовая отделка, даже возраст. Эта двадцатилетняя машина заслуживала большего уважения и любви, нежели новая. Николаев так считал и мог переспорить любого.

Приехав в аэропорт Шереметьево, он нашел дежурного смены паспортного контроля.

– Мне нужно поговорить с вашими подопечными, которые проверяли 1 июня нынешнего года рейс из Камеруна, а 15 июня – пассажиров рейса в Камерун.

– Вы из милиции?

– Я адвокат. – Николаев вручил ему стильную визитную карточку с еле уловимым тиснением. – Всегда буду рад помочь.

– Спасибо.

– Видно, с адвокатами вы общаетесь редко, но всегда рады им помочь. А с милицией общаетесь чаще, но помогаете, судя по всему, без особого энтузиазма.

– Это вопрос?

– Версия, – улыбнулся адвокат.

Не прошло и пяти минут, как пограничник появился в сопровождении слегка полноватого высокого парня в форменной зеленоватой рубашке.

– Вам повезло, – сообщил он. – 1 и 15 июня была моя смена. Но конкретно 15-го я не работал – поменялся со сменщиком. Вот человек, который сможет ответить на ваши вопросы.

– Вадим, – представился парень, пожимая Николаеву руку.

– Алексей. Очень приятно. Может быть, выпьем по чашке кофе?

– Было бы кстати.

Они устроились за столиком в кафе на втором этаже, откуда открывался приличный обзор на обычную сутолоку в зале прилета. Николаев проголодался и заказал себе дорогущий бутерброд с семгой, его собеседник отказался. Вытирая рот салфеткой, адвокат приступил к делу.

– Итак, рейс Дуала – Москва. Меня интересует, скорее, группа лиц, которая опекала девочку лет пяти. Черную девочку.

– Я помню их.

– Правда? Расскажите подробнее. Может быть, какой-то нюанс вам бросился в глаза.

– Нюанс имеет имя – Мами Вата. Я запомнил эту женщину.

– Она была с девочкой?

– Нет, ее подруга была с ребенком.

– Имя подруги запомнили? – Николаев приготовил блокнот и авторучку.

– Ниос.

– Отлично. Из сотен пассажиров, которые ежедневно проходят через вас, вы отмечаете двух женщин. Не думаю, что у вас суперпамять и вы помните всех пассажиров.

– Знаете, я сам не могу понять, в чем дело. Мами Вата – имя я уточнил 15 июня, когда она улетала в Камерун, – не делала мне никаких знаков, но я отчего-то обратил на нее внимание. Она была красивой. Хотя красавиц я видел столько…

– Это понятно. Дальше.

– Уже много позже мне начало казаться, что она действительно не делала мне знаков, наоборот – она отвлекала меня от чего-то главного.

– Главной фигурой в этой группе мог быть ребенок, – пришел на помощь адвокат. – Пятилетняя девочка. Если вы думаете, что с ее помощью в страну провозили наркотики, то вы ошибаетесь. Ведь ваши коллеги-таможенники уделяют этому вопросу особое внимание.

– Тогда в чем же дело?

– Расскажите все по порядку, что помните.

Вадим провел в молчании полминуты.

– Когда я проверил ее документы, она поблагодарила меня по-французски… Отошла в сторону, поджидая свою подругу. Всего в тот день из Камеруна прибыло двадцать пять человек. Женщина с ребенком замешкалась, не помню, по какой причине, и пропустила вперед мужчину. За ней стоял еще один мужчина, белый. Если люди, которые вас интересуют, прибыли группой, то они намеренно разбились так, чтобы не проходить границу вместе.