Штурмовая бригада - Александр Тамоников

Но вот поднять дополнительные подразделения на перевалы командиру моджахедов просто необходимо!

Вводить боевиков в бой, имея на склонах подразделения противника, по меньшей мере, глупо. Ему, этому командиру, в первую очередь надо сбить врага с хребтов. И уже потом накатить всеми имеющимися силами, применив два оставшихся бронетранспортера. Но не на острие атаки, а за линией пешего наступления, прикрывая их сближение с противником огнем крупнокалиберных пулеметов. Именно так должен поступить главарь «духов». Другого варианта у него нет. А шансы на победу есть. Но только если не учитывать наличия у спецназа двух «вертушек», оснащенных кассетами с «НУРСами». А вот о них моджахед не знает! Он, естественно, понимает, что десант, захвативший Гурбани, прилетел сюда не на летающей тарелке, а вертолетами и эти вертолеты где-то ждут спецназ для эвакуации. Но он не может знать, что эти «вертушки» имеют на пилонах не дополнительные топливные баки, а достаточно грозное вооружение. Самое подходящее для массового поражения противника в условиях его неизбежного скучивания в ограниченном по ширине ущелья пространстве. И применение вертолетов должно кардинально изменить обстановку. Еще одного не просчитанного и вновь неожиданного воздушного удара, пусть и меньшей мощности, чем до этого, «духи» не выдержат. Да и некому будет выдерживать этот удар! Главное вовремя применить «вертушки». Не сразу, как покажется противник, а когда он будет остановлен на самых подступах к разрушенному кишлаку, полностью выведенный на открытую местность! Но связаться с экипажами следует сейчас же! С экипажами и майором Шуваловым.

Пашин поднес ко рту рацию:

– Внимание, Григ вызывает Шмелей!

Пилоты ответили:

– Шмель-1 на связи!

– Шмель-2 слушает!

– Так, ребята! Запускайте потихоньку свои машины. Скоро вам предстоит работа!

Командир экипажа ведущего вертолета спросил:

– Что, начинаем эвакуацию?

– Нет, Шмель-1, время эвакуации еще не подошло! Вам предстоит поддержать нас огнем «НУРСов». По моей дополнительной команде!

– Ясно, Григ!

– А коли ясно, готовьте машины к огневому применению.

– Приказ принят!

Подполковник переключился на Шувалова:

– Ураган! Слышишь меня?

– Слышу, Григ!

– Будь предельно внимателен! Банда вот-вот должна оставшимися силами пойти на штурм. И начать с тебя! Твоя задача – укрепить заслоны на хребтах, выделив для этого по пять человек на каждый склон. Двоих для ведения огня по дну ущелья вполне хватит. Главная твоя забота – не дать опрокинуть себя с перевалов. Иначе всем нам хана! Понял меня, майор?

– Понял, Григ!

– Выполняй, дорогой! Ты просто обязан удержать перевалы!

– Я все понял!

– Тогда до связи!

– До связи, командир!

Пашин повернулся к Глебову и Щурину.

– Макс! Шунт! Оставьте здесь пулемет и пару гранат, с остальным вооружением выдвигайтесь к Леонидову с Зорро и бойцам Шувалова. Задача – растянуть линию обороны по всей ширине ущелья на рубеже крайнего левого дома. Я отсюда буду поддерживать вас из пулемета. Вопросы?

– Какие, Григ, могут быть вопросы, – пробурчал Щурин и спросил: – Сам-то, без меня, аппарат спутниковой связи врубишь?

– А что, он отключен?

– Нет! Но мало ли, вдруг близкий взрыв? Сработает блокада! Разблокируешь систему?

– Тебя сюда вызову!

– Нормально! Другого решения я от тебя и не ждал. До чего же ты заботлив, Григ! Всем бы так!

– Идите, ребята! И быстрее вытягивайте линию обороны. Помните, за вами только я!

Щурин добавил:

– И Москва в придачу!

Подполковник ничего не ответил на последнюю реплику подчиненного, и Глебов со Щуриным покинули сарай.

Из угла подал голос Лески:

– Слово сказать можно, подполковник?

– Говори!

– Вам будет очень сложно уйти отсюда, даже практически невозможно!

– И что?

– Думаю, используя Гурбани, можно договориться с его соратником и родственником Хадимом Гиалуддином, чьи войска, как понимаю, и собираются атаковать кишлак!

Пашин спросил:

– Интересно, и о чем же можно договориться с этим луддином, черт, язык сломаешь с этими именами!

– Об обмене, подполковник! Вы Хамиду – Гульбеддина, он вам – возможность эвакуации. Конкретные условия сделки могу от имени Гурбани обговорить с ним я!

Григорий взглянул на главного пленника.

– А как на это смотрит сам господин Гурбани?

Пуштун приосанился, поняв, что в нем заинтересован русский офицер. Гурбани, конечно, ошибался, думая, что Пашин пойдет на какие-либо переговоры, но ошибался искренне, полагая, что подобная сделка выгодна всем и в первую очередь спецназу. Григорий же слегка подыграл террористу, обратившись к нему:

– Что скажешь, Гурбани?

– Конечно, в иных обстоятельствах ни о каких переговорах с вами не могло бы быть и речи, но в данной ситуации ничего другого не остается. Лески прав. Хадим сделает все, чтобы освободить меня! Стоит англичанину начать переговоры, и Гиалуддин сделает так, как скажу я!

Пашин вздохнул:

– Возможно! Только вот никаких переговоров-то, господа террористы, не будет! И никакой торг, говоря словами одного из самых популярных в России литературных персонажей, в данных условиях неуместен! Так что сидите, где сидите, и дожидайтесь, пока я доставлю вас в Москву!

– Вы упрямы как баран! – воскликнул Гурбани.

Григорий бросил на него пронзительный взгляд:

– Молчать, урод! Всем молчать, никому ни слова!

Гурбани, выругавшись на своем родном пушту, отвернулся к каменной стене, злобно скрипнув зубами. Лески пожал плечами.

Пашин же приник к бойнице.

Короткое затишье разорвали автоматные очереди. Интенсивная стрельба велась на обоих склонах, немного впереди от линии обороны в ущелье.

Шувалов доложил:

– На моих парней навалилось сразу человек по тридцать. Одновременно на обоих перевалах. Первую атаку «духов» отбили.

– Хорошо! Как сунутся во второй раз, угости их гранатами магазинных «ГМ-94».

– Понял!

– И держи оборону, майор!

– Держу!

– Отбой пока!

Вскоре на хребтах вновь заработало оружие. На этот раз вершины перевалов, откуда наступали моджахеды, ощетинились фонтанами разрывов осколочных зарядов магазинных гранатометов «ГМ». Даже из сарая, где находился Пашин, были слышны вопли пораженного противника.