Пастырь из спецназа - Михаил Серегин

Священник доехал до Екимовского бора и на невысокой скорости проехал мимо охранного поста. Отсюда, с дороги, был виден только один охранник, но там, в будке, вполне мог сидеть и второй. Трое это уже вряд ли…

Он проехал еще с полкилометра и там, где закончился трехметровый глухой забор дачи, увидел узкую, разбитую грунтовку. «То, что надо», – подумал священник и съехал с трассы. Но еще через полтора-два километра он понял, что это вовсе не то, что нужно: залитая талой мартовской водой грунтовка плавно огибала бор и уходила куда-то в заснеженные, только недавно начавшие обтаивать совхозные поля. «Ох, не сесть бы! – подумал он. – Тут помощи не дождешься!» И в этот самый момент машина скользнула вбок, заскрежетала дном по земле и встала. Отец Василий ругнулся и заглушил двигатель: дергать свой не так чтобы слишком новый «жигуль» наобум он просто боялся.

Священник открыл дверцу и вышел из машины. Сапожки сразу утонули в верхнем слое обтаявшей земли, и он покачал головой и вышел за пределы грунтовки – в плотный мартовский снег. Справа, в сотне метров от него высился темный Екимовский бор, прямо впереди виднелся какой-то мосток, а слева расстилались бескрайние заснеженные поля. Ни человека, ни машины, ни даже собаки…

Священник присел на корточки. «Жигуленок» застрял на самом низком участке дороги: дергай хоть взад, хоть вперед – везде будет вверх. Колеса – в наполненной грязной талой водой колее, а дно… Да что там дно! Хорошо сидел «жигуленок». Надежно.

«Ладно, – подумал отец Василий. – Машину и бросить можно. Нежелательно, но можно. Как я теперь подходы на дачу осмотрю?» Он тревожно глянул в сторону сплошной зеленой массы Екимовского бора и замер…

Из леса, прямо к нему, торопливо шли два парня в камуфляже. Один держал возле уха рацию или мобильник – отсюда разглядеть было сложно, а второй… точно! И первый! Отец Василий чуть не присвистнул: парни были с автоматами. «Солидная фирма у Хозяина! – подумал он. – У нас в области кому ни попадя разрешение не выдают!»

Чтобы не выглядеть испуганным, он глянул на садящееся в поля солнце и снова сокрушенно принялся осматривать свою «ласточку». «Интересно, – пытался сообразить он. – Числюсь ли я у хозяйских охранников в картотеке? Я бы на его месте обязательно себя туда определил… как нежелательный элемент… Ладно, посмотрим, если они лохи, документов не спросят…» И тут же услышал сзади строгий голос:

– Ваши документы!

Священник стремительно соображал. Здесь были возможны два варианта: прикинуться дурачком или пойти на конфликт. В первом случае отпустят, а может быть, и машину помогут вытащить, а во втором… Второй вариант показался ему интереснее.

– Вы что, мужики, охренели?! – с вызовом разогнулся он в полный рост. – Не видите, у кого документы спрашиваете?

– Предъявите документы! – дернул разорванной и криво сросшейся толстой губой тот, что стоял поближе.

«Ага, – решил священник. – Вот тебя-то я и буду сейчас травить!»

– Тебя, я вижу, щенок, мало учили… – с усмешкой впился он взглядом в безобразный шрам. – Старших-то уважа-ать на-адо!

Парень еще раз непроизвольно дернул своей толстенной изуродованной губой и налился кровью. Хамство священника произвело абсолютно прогнозируемую реакцию.

– Иди сюда! – заорал он и, брызгая слюной, схватил отца Василия за шиворот, потащил к машине. – Руки на капот!

Отец Василий уперся, потом поддался, потом снова уперся, а потом как бы поскользнулся и со всего маху заехал губастому головой в лицо.

– Ах!.. Ты!.. Су-ука! – в три приема выдохнул тот, но сделать ничего не успел: священник резко провернулся в его руках, вырвался и, тряся полами рясы, побежал вокруг машины.

Губастый рванул за ним, но тут же провалился в наполненную водой колею, со страшным, богопротивным матом выскочил, поскользнулся, упал, глянул на свой новенький камуфляж и взревел от жажды возмездия…

Священник почесал в сторону леса.

– Помоги-ите-е! – заорал он. – Люди добры-е! Помоги-ите!

Где-то здесь должна была находиться калитка, ворота, дверь – что-то, откуда они вышли.

– Стой! – приказали сзади. – Стой! Стрелять буду!

– Помогите! – еще испуганнее, противным высоким голосом заверещал отец Василий и прибавил скорости. Стрелять-то они вряд ли начнут, а вот догнать на молодых, тренированных ногах – это да, возможно.

Сзади зачмокали по придорожной грязи, а потом и захрустели по талому мартовскому снегу торопливые шаги, но на то, чтобы обернуться и оценить расстояние до преследователей, времени не было. Священник орал во всю глотку и стремительно бежал, пока не пересек границу леса и не уткнулся в высокий, сплошной, выкрашенный зеленой краской забор. «Так! – скользнул он взглядом по забору. – Вот оно!» Чуть правее находилась приоткрытая, выкрашенная все в тот же зеленый цвет дверь.

Отец Василий стремительно шмыгнул в спасительный проем и, придерживая полы рясы руками, помчался по протоптанной в снегу тропинке.

– Стой! – орали сзади. – Стой! Стрелять…

«Хрен вам!» – весело подумал отец Василий: он уже видел далеко впереди пока еще неясные очертания самой дачи.

* * *

Священник остановился только дважды, обежав высокое здание Екимовской дачи по периметру. Все это время он беспрерывно орал, прося помощи и спасения; из разных дверей выскакивали люди в камуфляже и без, время от времени лязгали затворы в руках наиболее нервных охранников, и все больше народу вовлекалось в это сумасшедшее действо. И наступил момент, когда отец Василий понял: хватит! Дальше будет перебор.

Он увернулся от очередного парня в камуфляже и рухнул к ногам седоволосого, плотного мужика, выскочившего на заснеженный двор прямо в майке и с остатками мыльной пены на щеках.

– Спасите! – почти искренне прорыдал отец Василий. – Помогите мне, прошу вас…

– Пилягин, Свистун, ко мне! – распорядился мужик, и священник понял, что не ошибся: это был какой-то начальник. – Что за балаган?!

Все вокруг как-то стихли, перестали орать и щелкать затворами, а к мужику в майке подскочили запыхавшиеся преследователи.

– Он на территорию проник, Игорь Васильич! – задыхаясь от бега, хором выдавили они.

– А рации я вам на какой хрен дал? – рассвирепел мужик и заорал: – Почему пост покинули?! Кру-угом! Бегом марш!

Преследователи послушно развернулись и изо всех сил кинулись на свое «рабочее место». «Так, – понял священник. – Значит, Игорь Васильевич у нас – начальник охраны. И явно бывший военный!»

– В караулку нарушителя! – распорядился Игорь Васильевич и, даже не глянув, как выполняется его распоряжение, развернулся и исчез за одной из дверей.

* * *

Первый этап поставленной перед собой задачи отец Василий выполнил с блеском. Зная, что дача находится приблизительно в середине бора, он оценил расстояние от нее до забора и понял, что всего постов – пять: по периметру четыре плюс тот, что стоит на въезде.