Шатун - Андрей Дышев

Он не стал близко подъезжать к дому, свернул с дороги на обширную галечную отмель, засоренную плавунами, и заглушил двигатель. Несколько минут они молча сидели, глядя на шумную зеленоводную реку, покрытую белыми бурунами.

- Скорее всего его здесь нет, - сказал Кирилл, не желая напрасно обнадеживать девушку. - Но продавщица может признаться, когда он у нее был, когда и куда ушел. Мне она вряд ли что скажет. А тебе, если хорошо сыграть ревность и возбудить бабскую солидарность, может выдать многое. Ты сможешь сыграть ревнивую жену?

- Запросто, - ответила Вера серьезно.

- Женой еще не была, а сыграть сможешь? - скептически произнес Кирилл.

- А что такое ревность? Нормальная женская реакция на бабника, который шею свою на два оборота поворачивает при виде какой-нибудь задницы, обтянутой комбинезоном.

В ее словах так много было конкретики, касающейся лично его, что Кирилл посмотрел на девушку тем придирчивым взглядом, каким скульптор изучает голову натурщицы.

- Очень интересная тема, - произнес он. - Обязательно поговорим об этом на досуге.

- Если у меня будет желание, - ответила Вера и вышла из машины.

Они, балансируя на качающихся булыжниках, шли по пляжу. Чтобы нормально слышать друг друга на фоне ревущей реки, приходилось почти кричать.

- Ни за что не заходи внутрь, - предупреждал Кирилл. - И как следует заболтай хозяйку. Если вдруг увидишь его - сразу разворачивайся и беги к машине.

Забор, сложенный из крупной гальки, опоясывал небольшой двор и одноэтажный блочный дом, здорово смахивающий на магазин. В почве, напичканной камнями, ничего не росло, кроме ранней травы, зато хозяйка дома отвела душу на дешевом строительном материале. Из речной гальки была выложена летняя кухня с крытым мангалом и жаровней, беседка с тростниковым зонтиком, альпийская горка и даже собачья будка. Свирепый пес, проверяя цепь на прочность, начал драть голосовые связки, едва Вера зашла во двор.

Кирилл тем временем перемахнул через забор с тыльной стороны, где шумел спадающий с горы ручей. Прижимаясь спиной к стене, он дошел до угла, откуда мог наблюдать за Верой.

Никто не реагировал на истошный лай пса. Тогда Вера поднялась на крыльцо и постучала в дверь. Потом ударила по ней кулаком. Кирилл прижался к стене ухом, надеясь что-нибудь услышать. Шторы на окнах даже не шевельнулись. Никто в доме не подавал признаков жизни, кроме пса.

Вера развела руками и погрустнела. Но только она хотела сказать, что крючок оказался ржавым, а леска порвана, как за дверью раздался металлический звук. Кирилл едва успел снова спрятаться за углом. Дверь приоткрылась, и показалась нечесаная голова опухшей от сна молодой женщины. Кириллу пришлось приложить максимум воображения, чтобы узнать в ней продавщицу, с которой любезничал Вешний.

Вера отступила на шаг, подбоченила руки и посмотрела на продавщицу, как на дешевый товар с вьетнамского рынка.

- М-да, - произнесла она многозначительно. - Мой дорогой остался верен своим вкусам. Десять лет одно и то же. Ни кожи, ни рожи…

Ничего не понимающая продавщица часто моргала, морщилась и зябко поводила плечами.

- Что вам надо? - с раздражением спросила она.

- Ты знаешь, - весело произнесла Вера, поправляя волосы на плечах, - я вспомнила один анекдот. Я жена, мне положено, а вот ты ради чего с ним мучаешься?

- Послушайте, - настороженно сказала продавщица. - Вы уверены, что пришли по адресу?

- Да ладно тебе!.. Скажи честно, что он пообещал? Что женится на тебе, да? Что возьмет тебя в жены, такую вот красавицу, что без слез смотреть невозможно? Ты на себя в зеркало последний раз давно смотрела? Или предпочитаешь смотреться в лужи?

Кирилл дотянулся до рамы маленького вентиляционного окошка, встал на подоконник и заглянул внутрь. Душевая. Лучше не придумаешь.

- Может, мне вызвать милицию? - на всякий случай спросила продавщица.

- Вызывай. Пусть менты потешатся. Наверное, им не часто приходится видеть, как жена из чужой постели своего мужа вытаскивает… Ты хорошо его кормила? Он у меня хоть и худой, но пожрать любит. Особенно за чужой счет.

- Все, что вы говорите, конечно, очень смешно, - ответила продавщица. - И все-таки я не понимаю, о чем вы?

- Сейчас поймешь, - пообещала Вера.

Кирилл уже собрался пролезть в окошко, как вдруг услышал хлопок. Он спрыгнул с подоконника, кинулся к крыльцу и остолбенел: дверь в дом была закрыта, ни Веры, ни продавщицы на крыльце не было. «Сама зашла? - думал он, дергая за ручку. - Или ее туда затащили?»

Он развернулся и побежал за угол, запрыгнул на подоконник и головой вперед нырнул в окошко. Приземлился на мокрый кафельный пол, чувствительно ударившись спиной о раковину умывальника. Вскочил на ноги, вытащил из-за пояса пистолет и приоткрыл дверь. Кажется, его проникновение в дом прошло никем не замеченным.

Он прижался спиной к косяку, приложил пистолет к груди и прислушался. Откуда-то доносились голоса. Он вышел в длинный, заставленный домашним хламом коридор. От прихожей его отделяла открытая настежь дверь.

- Ладно, хватит пургу нести, - донесся голос Вешнего. - Рассказывай, кто тебя сюда прислал?

- Ошибочка вышла, - отвечала Вера. - Думала, что вы мой муж, а оказалось, что чужой…

Кирилл выглянул из-за косяка. Вешний, одетый только в спортивные брюки, упирался в стену широко расставленными руками. Между ним и стеной стояла Вера с малиновыми щеками. Продавщица, прижимая руки к груди, подпирала собой входную дверь.

- Давай все сначала и по-хорошему, - на удивление миролюбиво произнес Вешний. - Кто тебя сюда прислал?

Кирилл быстро оценил обстановку. Оружия у него нет. Никаких колющих и режущих предметов поблизости не заметно. Главное, чтобы он не успел схватить Веру за горло.

- Я ее сюда прислал, - сказал Кирилл, выйдя из-за косяка. Он встал на пороге и направил пистолет в лоб Вешнему.

Продавщица взвизгнула и почему-то стала оседать на пол. Вешний повернул голову, и в этот момент Вера сильно оттолкнула его от себя и кинулась к Кириллу.

- Батюшки! - протянул Вешний, едва удержавшись на ногах. - Кирилл Вацура! С пистолетом!

- К стене, - сказал ему Кирилл. - И руки за голову!

- По-моему, ты кому-то подражаешь, - произнес Вешний, почесывая грудь, на которой отпечатались складки простыни. - Джеймсу Бонду?.. Кирюха, дорогой, неужели это мы с тобой привязывали майского жука над головой исторички?

Кирилл выстрелил в потолок. Оглушительный звук ударил по ушам. Продавщица снова завизжала. Вешний, побледнев, что-то пробормотал и нехотя повернулся лицом к стене.

- Руки! - напомнил Кирилл.

Он передал пистолет Вере, а сам принялся туго стягивать скотчем руки Вешнего.