Возвращение Пираньи - Александр Бушков

– Сиди и стреляй, если что, – отрезала она. – Самже видел, у меня вроде бы неплохо получается...

– Ладно. – Мазур свернул карту, сунул в карман ипрыгнул на сиденье. – Сворачивай влево, и будем искать вот этот хитрыйперекресток...

– Да что вы топчетесь? – истерически завопилаЛара. – Поехали! Пока они не вернулись!

– Погоди-ка, – сказал Мазур Ольге. Повернулся назад: –Вот что, кукла, давай-ка сразу наладим деловые отношения. Ты сидишь истарательно молчишь, как рыбка окунь. Или рыбка стерлядь, что тебе большенравится... Ясно? И...

– Да кто ты вообще такой?! – закричала она Мазуру влицо. – Твой номер вообще десятый, тебе приказали, вот и шевели жопой!

Ухватив ее за ворот блузки, Мазур неторопливо подтянул ксебе поближе и помолчал, дожидаясь, когда она окончательно заткнется. В такойпозе они просидели с полминуты – как ни покашливал Франсуа, явно выражаяживейшее неодобрение стилем обхождения Мазура. Игнорируя его, Мазур сказал:

– Тихо. Понятно? Не дома. Не ори, не дома, и дома не ори...Если будешь орать и дергаться, рано или поздно из-за тебя где-нибудь вляпаемся.Я лучше знаю, что делать, работа такая. Усекла?

Она слабо повозилась, пытаясь высвободиться, сварливопробурчала:

– Ладно, замнем. Я...

– Понимаю, – сказал Мазур веско, срасстановочкой. – Переживания и нервы. Только выбираться будемспокойненько, без скандалов в благородном семействе... Ну? Молчим и слушаемприказы?

– Угу, – проворчала Лара.

– Поехали, – сказал Ольге Мазур.

– Бог ты мой, вы бы знали, какие скоты... – забубниласзади Лара. – Я все представляла совершенно по-другому...

Выругавшись про себя, Мазур все же не вмешался – нервное недержаниеречи, скоро пройдет. Еще несколько минут она тихо бубнила про нешуточныепереживания и свою горькую участь. Из этих сумбурных, накипевших жалоб Мазуртак и не понял, кто же она, собственно, такая. Однако в его глазах она всеменьше походила на «радистку Кэт», создавалось впечатление, что Лара вообще неимеет никакого отношения к играм – вот только каким образом это холеноедомашнее дитя (а именно такое мнение у него осталось при недолгом бегломобщении) угодило из России в столь экзотические края и почему ее освобождениюпридают такое значение? Ребус... Ну не может это быть разведчица, не может!

– Ты хоть документы прихватила? – спросил он уОльги. – А то мы, признаться, без единой бумажонки...

– Будь спокоен, – ответила она почти весело. – Инаше магическое «сальвокондукто», и все бумаги, кроме того, всегда можемсослаться на сеньора бригадного комиссара, что на любой патруль подействует неменее магически. Ну а разбираться с д р у г и м и – это уже ваша забота, вонкак вы стволами увешаны...

– Но как же...

Ольга фыркнула, не поворачиваясь к нему:

– Милый, мне жутко неудобно, но ты должен понимать всюпикантность и сложность положения промышленной шпионки, приставленной к вамчеловеком, который не любит шутить и всю мою дальнейшую карьеру способен поломатьиграючи... Уж прости, но я пресловутым женским чутьем сразу поняла, что с тобойтворится нечто неладное, я тебя уже научилась понимать. Что-то произошло –какие там, к черту, перепутанные грузы... Ни на какой прием к комиссару я,конечно, не пошла, а быстренько раздобыла через портье машину, подождала, покавы выйдете из отеля, и примитивно двинулась следом на приличном расстоянии.Можешь обижаться, можешь злиться, но теперь, когда нет Лопеса, я единственнаяза вас отвечаю. Наконец, есть еще одна причина, но ты, болван, до нее вряд лиможешь додуматься... В общем, я появилась вовремя, vеrdad? Сказал бы спасибо, ане сидел с глуповатой физиономией...

– Это какая еще причина? – тупо спросил Мазур.

Ольга театрально вздохнула, закатив глаза:

– Послал Господь сокровище... Ладно, у тебя еще мозги неотошли от суровых мужских забав, немного остынешь, догадаешься. А вот вы мнерешительно незнакомы, сеньор, – сказала она, не оборачиваясь, и это моглоотноситься только к Франсуа. – Быть может, утолите ненасытное женскоелюбопытство и расскажете своей спасительнице, чем это вы тут занимались? Небойтесь, я давняя сообщница сеньора Влада по странствиям и всяким грязнымделам, а еще мы с ним любовники, могу вам честно признаться...

– Военным дипломатам иногда приходится заниматься самымиразными проблемами, – осторожно сказал Франсуа, тоже по-русски. –Говоря обтекаемо, девушка попала в большую беду, пришлось вмешаться...

– А неужели вы тоже русский? Простите, не вполне похожи...

– Ну что вы, я из... другой страны, просто-напросто учился вРоссии. Вы ведь наверняка собирались спросить, откуда я так хорошо знаюрусский?

«Вывернулся, соратничек», – подумал Мазур чутьразочарованно.

– Военные дипломаты... Я-то полагала, сеньор Михаил – простодипломат, без звания...

– Так оно и обстоит, – моментально ответилФрансуа. – Употребляя «военные дипломаты» во множественном числе, я вовсене распространял это на в с е х присутствующих. Я имел в виду только Влада.Ведь если я сейчас скажу вам: «Девушки-коронадо, я вижу, чертовски умны», этоеще не будет означать, что здесь находится несколько девушек-коронадо, а? Выздесь одна, просто таков уж оборот речи...

– Понятно, – сказала Ольга. – Ну что же, радавидеть, что вы умеете так блестяще спасать попавших в беду девушек – там все ещеполыхает на полнеба. Будем надеяться, если я попаду в беду, вы все меня спасетестоль же блистательно...

Она замолчала, внимательно глядя на дорогу, – кроныдеревьев сплелись наверху, стало совсем темно.

– Дай-ка чепчик, – повернулся Мазур, принял от Франсуатяжелую сферу, попросил Ольгу притормозить и нахлобучил шлем ей на голову,старательно прихватил ремешком под подбородком, включил «Филин».

– Фантастика! – протянула она, сразу увеличивскорость. – Какие у вас великолепные игрушки... Вот только не пора ли отнекоторых избавиться? Если мы будем раскатывать по Трассе в таком виде, раноили поздно полиция или тигрерос начнут задавать вопросы. Я имею в виду эти вашикомбинезоны, железки непонятные... Или вы собираетесь освобождать еще какую-тозаколдованную принцессу?

– Вы, пожалуй что, правы, мисс Острый Язычок, –подумав, сказал Франсуа. – Кое-что нам больше не нужно. Вот только соружием вряд ли кто-то захочет расстаться...

– Оружие – это такие пустяки в здешних местах... –хмыкнула Ольга. – Были бы при себе документы, не вызывающие подозрений, аоружием не очень-то станут интересоваться...

– Притормозите в таком случае.

Ольга остановила машину. Они выскочили, в темпе принялисьосвобождаться от комбинезонов. Оставили себе только оружие и шлемы с «Филинами»,а все остальное, собрав в охапку, отнесли метров на двадцать в чащобу,разгребли ногами слежавшиеся прелые листья, свалили туда все и вновь засыпали.Франсуа тщательно опрыскал слой листьев из большого аэрозольного баллона чем-торезко пахнущим. Чуть смущенно сказал: