Ловушка для Слепого - Андрей Воронин

– Слушай, – не удержавшись, сказал Кудрявый, пожимая деловому партнеру руку, – подарить тебе нормальные штаны?

– А чем тебе не нравятся мои штаны? – искренне удивился Руслан. – Самые настоящие американские джинсы, прямо оттуда, из Штатов. Я их уже пять лет ношу и еще пять протаскаю без вопросов. Им же сноса нет!

– А тебе не приходилось слышать, что джинсы – это рабочая одежда? – спросил Кудрявый, краем глаза наблюдая за лицом кавказской национальности, которое вынуло из салона «вольво» плоский чемоданчик и скромно стояло с ним в сторонке.

– А разве я не на работе? – возразил Руслан. – Работа у нас, старик, такая, что круглые сутки крутишься как белка в колесе, палку бросить некогда. Тебе никогда не приходило в голову, что наши телохранители живут лучше, чем мы с тобой? Не богаче, а лучше, веселее.

В конце концов, сколько человеку нужно этих вонючих зеленых бумажек? Они свое отработали, съездили, куда надо, грохнули, кого ведено, и свободны – пей, гуляй, трахайся, а надоело – можно смеха ради книжку какую-нибудь прочесть или там в театр зайти, на тонконогих балерин поглазеть.

Слушая эту тираду. Кудрявый ненавязчиво препроводил партнера к столику, на котором уже стояли квадратный хрустальный графин при двух рюмках и блюдечко с тонко нарезанным лимоном.

– Работа есть работа, – философски заметил он, наполняя рюмки. – Если хочешь, это наш крест. Кроме удовольствий, существует ответственность. Эти ребята, – он едва заметно кивнул в сторону почтительно внимавших ему боевиков, – могут наслаждаться жизнью только благодаря нам с тобой. Где они были бы, если бы не мы? Помнишь, как в том глупом, но довольно смешном фильме?

«Украл, выпил – в тюрьму, украл, выпил – в тюрьму…»

Разве это жизнь?

Руслан солидно покивал седеющей головой, соглашаясь с собеседником, и поднял рюмку, осторожно держа ее двумя пальцами.

– Что ж, – сказал он, – давай за успех нашего общего дела!

– Это само собой, – согласился Кудрявый. – За успех, за наших ребят, за взаимное доверие.

Они неторопливо выпили, еще неторопливее закусили лимоном, слегка поеживаясь от холода и исподтишка бросая друг на друга осторожные оценивающие взгляды.

– Кстати, о доверии, – сказал Кудрявый, жуя лимон. – Ты деньги привез?

– А как насчет товара? – задал встречный вопрос Руслан.

– Товар на месте, – сказал Кудрявый.

– Ну и деньги тоже. Рафик! – обернувшись, позвал Руслан.

Кавказец подошел, держа чемодан двумя руками. Среди телохранителей произошло множественное, едва заметное глазу движение, лучше всяких слов говорившее о степени доверия между компаньонами: полы длинных кашемировых пальто словно невзначай отодвинулись в сторонку, вдруг явив миру вороненые автоматные стволы, чья-то рука скользнула за отворот кожаной куртки, кто-то ни с того ни с сего схватился за поясницу, словно у него там вдруг зачесалось или случился приступ радикулита.

Кудрявый снова наполнил рюмки и отставил графин на край стола. Кавказец аккуратно положил чемодан на освободившееся место, щелкнул замками и отступил в сторону так поспешно, словно внутри чемодана лежала бомба и он только что услышал щелчок сработавшего детонатора.

Кудрявый, держа в правой руке полную рюмку, левой слегка приподнял крышку чемодана и заглянул внутрь.

Удовлетворенно кивнув, он опустил крышку и отсалютовал Руслану рюмкой.

– За надежных партнеров, – сказал он.

– Принимается, – поддержал его Руслан.

Они выпили по второй. Руслан взял еще ломтик лимона, а Кудрявый закурил.

– Ну? – выжидательно сказал Руслан.

– Так посчитать надо, – ответил Кудрявый.

– А как же доверие, старик?

– Доверие доверием, а денежки счет любят. Не мне тебя учить, Руслан, ты же сам у нас профессор.

– Само собой, – сдался Руслан. – Просто прохладно, да и время…

Кудрявый строго посмотрел на него, потом улыбнулся и открыл чемодан.

– Грейся коньячком, – посоветовал он. – Коньячок хороший, берет крепко, но медленно, мягко, так что не бойся, сахарный песок по цене марафета не купишь. А время-.

В таких делах спешка – первый враг. Сейчас пять минут сэкономишь, потом будешь всю жизнь каяться.., и хорошо, если не за проволокой.

– Тоже правда, – сказал Руслан и, воспользовавшись предложением хозяина, хлопнул еще рюмочку. Коньяк у Кудрявого и вправду был хорош – пожалуй, лучший из тех, что можно достать за деньги. Руслан наслаждался его вкусом, наблюдая, как Кудрявый лично, не передоверяя этого ответственного дела ни в чьи руки, со скоростью банковской машины пересчитывает деньги.

Кудрявый считал долго, срывая с каждой пачки банковскую бандероль и пересчитывая все до последней бумажки. Руслан за это время окончательно замерз. Несколько раз Кудрявый сбивался и невозмутимо начинал считать сначала. Некоторые купюры, по тем или иным причинам вызвавшие у него сомнение, он подолгу мял в пальцах и разглядывал на просвет. Наконец он бросил в чемодан последнюю бумажку и поднял на Руслана удивленные глаза.

– Здесь только половина, – сказал он.

– Временные трудности с наличкой, старик, – лязгая зубами от холода, сказал Руслан. – Может, поверишь в долг? До получки, а?

– Замерз? – сочувственно спросил Кудрявый. Он аккуратно закрыл чемодан, защелкнул замки и слегка подтолкнул чемодан к оптовику. – На, купи себе теплую одежду.

Не могу же я, в самом деле, забрать у старинного приятеля последнее, да еще и поставить его при этом в неудобное положение. Согласись, иметь за душой такой долг – это очень неудобное положение. Очень.

– Ну, брось, старик, – сказал Руслан и вымученно улыбнулся замерзшими губами. – Что ты, в натуре, шуток не понимаешь? Вот за что надо было выпить – за чувство юмора! Давай за это, а?

Он схватил графин и наполнил рюмки. Кудрявый смотрел на него неподвижным взглядом, похожим на взгляд дремлющего в прибрежной тине крокодила. Руслан перехватил этот взгляд, погрустнел и обернулся в сторону машины.

– Рафик? – позвал он снова, но уже без прежнего энтузиазма.

Кавказец снова приблизился. В руках у него опять был чемодан – точная копия первого. Он поставил второй чемодан на крышку первого и отошел. Кудрявый недоверчиво посмотрел сначала на него, потом на Руслана. Руслан стоял напротив совершенно спокойно, и Кудрявый открыл чемодан.

– Другое дело, – сказал он, заглянув под крышку, и поднял свою рюмку. – За чувство юмора так за чувство юмора!

Они выпили, и Кудрявый снова полез в чемодан. Увидев, что он снимает бандероль с пачки стодолларовых купюр, Руслан закатил глаза.

– Василий Андреевич! – взмолился он. – Старик, да ты что, в самом-то деле?