Имя твое - номер - Михаил Нестеров

Москва

В аэропорту Шереметьево-2 Романов навел справки, есть ли рейс до Барселоны, и подал паспорт на имя гражданина Израиля Михаила Стимера. Пока ему оформляли билет, Костя услышал много нового и по ТВ, и от пассажиров, также вылетающих в Испанию.

Теракт на Беговой правоохранительные органы пока не связывают с убийством депутата Михаила Курбатова. Кто-то из журналистов задал вопрос о "чеченском следе", поскольку по отцу Курбатов – чеченец. Когда по телевизору показали фотографию предполагаемого киллера, Романов уже проходил паспортный контроль.

Пограничнику было некогда смотреть на преступников. Подходил к концу последний час его работы, он устал сличать лица с фотографиями в паспортах. В его работе главным был фактор схожести двух лиц. И он, "пропустив" сотню, не смог бы уверенно сказать, что видел этого человека, проверял его документы.

Он вернул Романову паспорт со словами:

– Всего доброго, господин Стимер.

В магазине беспошлинной торговли Романов, рассматривая витрины и изучая через стекло обстановку в зале вылета, набрал на сотовом номер Гриневича. Дожидаясь соединения, Костя отчетливо представил мобильный телефон шефа, который он впервые увидел на экране телевизора. Телефон, который не раз спасал ему жизнь, а потом едва не погубил... "Список Грина". Пора выбрасывать его из головы. Хотя нет, там, по крайней мере, есть два номера...

– Да, слушаю.

– Алексей Викторович? Это Костя. Здравствуйте.

Гриневич поздоровался еле слышно, словно боялся кого-то разбудить.

– "Женщины с нами. Накрывайте поляну", – вспомнил Костя условную фразу. Однажды она уже прозвучала, и Гриневич возблагодарил небеса...

– Да, хорошо. Я понял, – раздельно и чуть с хрипотцой ответил Гриневич. – Мы ведь должны встретиться, так?

– Да. Встреча состоится при одном условии. Вы должны позвонить по одному из двух номеров, принадлежащих братьям Морено и Максу Молина. Каждому из них по силам встретить в аэропорту Барселоны пассажира по имени Михаил Стимер и подбросить его до Аликанте. Боюсь, фотографии Стимера имеются у каждого полицейского.

– Я тоже боюсь...

– Не бойтесь. Иначе вам придется покинуть Консуэло.

– Не понимаю тебя.

– Понимаете. Один-единственный звонок можно сделать даже из тюремной камеры. Лично я наберу номер прокуратуры Базеля. Я соглашусь на любую сделку, которую заключат между собой прокуроры Швейцарии и Испании, и через пять-шесть лет окажусь на свободе.

– Повтори: в каком аэропорту встречать тебя. Михаил Стимер, да?

– Да. Эль-Прат в Барселоне. Рейс 301.

– Сегодня?

– Конечно.

– Я позвоню братьям Морено. Это все?

Романов не имел права сказать о Вихляеве. Курбатов сказал верно; Гриневич сорвется с места и начнет оставлять следы. Второй после генерала Фал и клиент увидит его слабость и откажет ему в помощи. И Гриневич задергается. Сообщение о киллере, который опережал Романова на сутки, для Гриневича будет означать конец.

– Это все, Алексей Викторович.