Сталкер из ГРУ - Сергей Кулаков

– Ого, – негромко сказал Варов, внимательно слушавший Антипова.

– И как они собираются этого добиться? – спросил Гришин.

– Валерий Анатольевич, расскажи-ка поподробней… – обратился Антипов к Медведеву. – У тебя память посвежее.

– Есть, товарищ генерал… Помните, майор, подозрения относительно поселка Заречный в Чечне? Так вот, именно там и есть гнездо заговора. Под видом строителей туда проникали обученные бойцы. А для того чтобы их невозможно было отличить от настоящих строителей, все они имели строительную специальность и на самом деле принимали участие в строительстве домов. А также в скрытном оборудовании подземных тоннелей и схронов с оружием. Помните, мы ломали голову, почему резко возросло количество нападений на войска и милицию в районе поселка Заречный, хотя Заречный отгорожен высокой горной цепью? Как оказалось, через гору проходит сквозной проход, видимо, еще древнего природного происхождения. О его существовании до сих пор не было известно, и сепаратисты решили использовать этот важный тактический козырь. Как теперь без труда можно понять, через ход в горе осуществлялись вылазки боевиков и переправка оружия в Заречный. Через него можно переправить дополнительные силы или же эвакуироваться в случае провала мятежа. Кстати, Руслана Мадуева планируется доставить на ближайший к Заречному аэродром и с помощью этого хода тайно переправить в поселок. Его никем не ожидаемое появление там будет воспринято чеченцами, да и многими фанатиками-мусульманами чуть ли не как чудо – воскрешение пророка Мухаммеда, не меньше, – и вполне объяснимо вызовет волну так называемого народного освободительного движения.

– А начало мятежа – восемнадцатого июля, так? – спросил Гришин.

– Именно, – подтвердил Медведев. – Восемнадцатого июля в Заречный прибывает комиссия ОБСЕ и группа зарубежных журналистов. По плану шейха Абдулкарима, боевики берут их в заложники и автоматически выдвигают свои требования. На сцене появляется Руслан Мадуев, герой первой чеченской войны, и объявляет себя руководителем восстания. Тут все рассчитано очень точно, и психологически, и стратегически. В Заречном сепаратистам практически ничего не угрожает. Кроме взятых в заложники членов комиссии и журналистов, в руках у бандитов окажется несколько тысяч женщин и детей. Понятно, что федеральные войска не решатся пойти на штурм. Далее ожидается растерянность Кремля и мощный подъем сепаратистских настроений на всей территории Чечни. Давление Европы и Америки на правительство России обеспечено, ведь нужно спасти заложников. Нечего и говорить, что внимание всего мира будет приковано к событиям в Заречном и в целом в Чечне. Трудно предсказать, как может развиваться ситуация. Но как бы то ни было, сам факт захвата заложников и провозглашение независимости Чечни под руководством Руслана Мадуева принесет сепаратистам огромные политические и финансовые дивиденды. Вполне возможно, что ситуация сложится патово – и это тоже на руку боевикам.

– В общем, куда ни кинь – всюду клин, – вставил Антипов. – И как ловко все законспирировали. Высший класс. Кстати, в Чечню Мадуева должен доставить… кто бы, вы думали?

Гришин и Варов, в ожидании сюрприза, подняли брови.

– Вице-спикер Государственной Думы Травкин Иван Петрович, – сказал генерал, довольный произведенным эффектом, ибо и Варов, и Гришин буквально онемели от услышанного.

– Под видом поездки по избирательным округам завтра он на своем личном самолете, подаренном ему Бирчиным, прилетит в Верхнеозерск. Мадуев будет доставлен на борт его самолета и вместе с Травкиным улетит в Чечню. Естественно, самолет Травкина, имеющего депутатскую неприкосновенность, никто досматривать не будет, и Мадуева без проблем в машине Травкина довезут до Заречного.

– И Травкин на все это согласился? – мрачно спросил Варов, впервые подавший голос после выезда с аэродрома.

– Согласился, полковник, – невесело кивнул Антипов. – Уж не знаю, сколько ему заплатил Бирчин, но народный избранник дал согласие… Давно мы подозревали, что Иван Петрович не просто так к Бирчину наведывается, но думали, дальше бизнеса дела у них не идут. Видно, дошло и до серьезных игр… Его, кстати, Травкина то есть, тоже решили утащить с собой в Заречный и в случае несговорчивости Кремля шлепнуть в первую очередь, засняв все это дело на камеру. Он-то и не догадывается, что его как быка уже на заклание приготовили. Мы хоть жизнь ему спасем… Хотя, честное слово, не очень хочется…

– Какие предполагаются действия по предотвращению заговора, товарищ генерал? – спросил Гришин. – Заречный занят войсками?

– Пока нет, Алексей. Тут, понимаешь, спешить излишне не нужно. Ввести войска мы можем в любой момент. Тогда оттуда поступит сигнал тревоги сюда, в Верхнеозерск, и люди, которые должны освободить заложника, растворятся в воздухе. Мы-то о них ничего не знаем, и времени нет узнавать. И Травкин уйдет от ответственности…

– Ну, тогда надо перевести Мадуева в другое место, – сказал Варов. – Пускай диверсанты берут заложников, и таким образом проявят себя…

– Нет, полковник, и снова не надо спешить. Мы отдадим им Мадуева и даже позволим им сесть в самолет. Пускай они сообщат в Заречный, что пленник на борту и у них все в порядке. Тогда мы их всех берем, в том числе и Травкина, и одновременно вводим через тоннель группу в Заречный, которая изнутри проникнет в подземную часть поселка и отрежет боевиков от складов с оружием. Сверху высадится десант и займется арестом «строителей». Таким образом мы накроем сразу две цели – дуплетом. Иначе можно таких дров наломать… Ведь в Заречном тоже не спят, и, как только мы попытаемся ввести туда войска, они могут оказать ожесточенное сопротивление, погибнут мирные жители, дети… Оружия там, надо полагать, на целую армию припасено. И воевать эти псевдостроители умеют профессионально. Так что все надо делать аккуратно, хирургически. Поэтому сейчас мы и едем в тюрьму. Надо, чтобы офицеры были предупреждены и подробно проинструктированы. Нельзя, чтобы в результате чьего-либо ненужного героизма план террористов сорвался. Напротив, мы должны им всячески помогать…

– Как Сверчок, товарищ генерал, – спросил немного погодя Гришин, – выведена из Лондона? Вряд ли ей там сейчас будет безопасно…

– Пока нет, – ответил Антипов. – Она сказала, что никто ничего не заметил и она находится вне опасности. Ее ни в чем не подозревают. Попросила остаться, мотивируя тем, что задание еще до конца не выполнено. Я распорядился действовать по обстановке…