Каратель - Валерий Горшков

– Где тебя черти носили, елки-палки?! Думаешь, мне нечем больше заниматься, кроме как сидеть тут, считать на потолке мух и ждать, пока ты доберешься до моего кабинета со своей Разводной улицы? – Ринге кивнул в сторону журнального столика и двух кожаных кресел. – Садись, перекурим. Коньяку, кофе хочешь?

– Артем, у меня к тебе дело на сто миллионов, – отмахиваясь от предложения, выпалил Игорь. – Мне срочно нужна видеокамера и чистая кассета. А лучше две!

– Ты перегрелся, да? – снисходительно покачал головой Ринге. – Твой первый выпуск послезавтра, а пока можешь расслабиться. Еще успеешь уйти в запарку, это я тебе гарантирую! На вот, лучше закури сигару, – Артем пододвинул Игорю лакированную деревянную коробочку. – Хоть успокоишься немного. Кстати, у тебя как с деньгами?

– Плохо! Дай мне камеру, две кассеты и, скажем, тысячу баксов в долг! – не унимался Родников, все время порываясь встать с кресла. – Вечером я привезу тебе такой материал, что крыша отъедет!.. Ты мне веришь?!

– До тех пор, пока ты нормально не объяснишь, в чем дело, – нет, – ответил Ринге. – Итак?

Мысли пчелиным роем пронеслись в голове журналиста. Он понял: для того, чтобы у Ринге отпали все вопросы, ему необходимо открыть карты. Игорь посмотрел в глаза друга и тихо сказал:

– Час назад мне на мобильник звонил Ворон. Только что я с ним встречался. Ему нужно, чтобы через тридцать минут в его распоряжении были камера и оператор. Кто-то неизвестный очень хочет заговорить, а наш друг не видит причин ему отказывать. Как только все закончится, я сразу же расскажу Ворону про кассету майора Безукладникова, от начала до конца. Если ты, конечно, не передумал…

Родников откинулся на спинку кресла и замолчал. Решив воспользоваться предложением Артема, Игорь взял из коробочки тонкую кубинскую сигару «Кофе-Крем» и, откусив кончик, не спеша закурил и вновь посмотрел на ошарашенного бизнесмена, застывшего с зажженной зажигалкой и сигарой во рту.

– Так ты дашь мне камеру?! – спросил Родников, глядя на лишившегося дара речи Ринге.

– Разумеется! Пошли! – Артем встал и, не дожидаясь Игоря, направился к выходу из просторного кабинета. Родников шел следом. Они миновали просторный холл, прошли по длинному коридору. Артем заглянул в несколько дверей и за одной из них обнаружил высокого бородатого оператора в короткой кожаной куртке, своим внешним видом напоминавшего рокера. На лбу у парня был повязан черно-белый платок, а в распахнутом вороте рубашки виднелся здоровенный серебряный кулон – всемирно признанный знак пацифистов. Услышав звук открываемой двери, бородач обернулся, и его губы растянулись в почтительной улыбке.

– Здравствуйте, шеф! – сказал он. Заметив взгляд Ринге, направленный на камеру, которую он держал в руках, оператор добавил: – Только что вернулись со съемок в пресс-центре МВД.

– И что? – без особого интереса спросил Артем, не сводя глаз с «Бетакама».

– Как обычно, – пожал плечами бородач, – чушь голимая. Сплошные рапорты об успехах. Раскрываемость преступлений почти стопроцентная. Хотя, похоже, новый командир РУОПа мужик толковый. Не то что прежний…

– Понятно, – чуть поморщившись, перебил Ринге. Ему не хотелось лишний раз слышать фамилию мерзавца, смерти которого он желал больше всего на свете. – Слушай, Егор, дай моему приятелю свою машинку на несколько часов! И кстати, можете познакомиться. Игорь Родников, новый руководитель службы новостей. А это наш лучший оператор Егор Егоров. Человек со странностями, но необычайно работящий.

Мужчины пожали друг другу руки и оба посмотрели на Артема.

– Вообще-то, мы с Птицыным собирались через пятнадцать минут ехать на съемки в Мариинский театр, – несмело начал бородач, но, наткнувшись на твердый взгляд директора, замолчал и тут же протянул спрятанную в специальную сумку камеру новому коллеге. – Знаете, как обращаться?

– Вроде как, – кивнул Родников, попыхивая сигарой. – Только мне еще понадобится штатив. Придется снимать интервью. И две чистые кассеты.

Егоров порылся в стоявшем в углу операторской железном шкафу и протянул Игорю штатив.

– Я дам кассеты, – сказал Ринге и, подтолкнув Родникова, вместе с ним вышел в коридор. Они вернулись в кабинет директора телеканала, Артем достал из шкафа две получасовые видеокассеты и затолкал их в кармашек операторской сумки.

– Они тебя ждут? Где?..

– Недалеко отсюда, – уклончиво ответил журналист. – Я позвоню тебе, как только мы все закончим. И, скорее всего, по приезде мне сразу же понадобится монтажная комната.

– Не забудь про главное! – бросил вслед выходившему из кабинета журналисту Ринге, тяжело опускаясь в кресло и наконец-то зажигая торчавшую изо рта сигару. Затянувшись, он прикрыл веки и откинулся на широкую мягкую спинку. Перед глазами Артема, как в калейдоскопе, одна за другой стали проноситься отрывочные картины недавнего прошлого, в каждой из которых фигурировал застреленный по приказу полковника Кирилленко Макс Денисов. Он, как всегда, безмятежно улыбался, радуясь жизни, и трудно было поверить, что его уже нет на этом свете. Так же, как нет и Миши Каца. Интересно, кто следующий? Неужели он сам?

Тем временем Игорь вернулся в поджидавшую его «девятку» с камерой на плече. Ворон завязал ему глаза шарфом, и машина рванула на место предполагаемой съемки. Дорога заняла около часа, хотя, вполне возможно, что светловолосый водитель специально кружил по городу, чтобы окончательно лишить журналиста способности ориентироваться. Наконец машина остановилась, кто-то, скорее всего Ворон, взял у Родникова сумку и, слегка придерживая под локоть, повел журналиста за собой. Сначала под ногами Игоря был асфальт, потом мягкая сырая почва, потом снова асфальт, а в конце пути, когда уши его уже улавливали шум какого-то оборудования, под подошвами зашуршала щебенка. Где-то впереди лязгнула давно не смазываемая металлическая дверь, и в лицо журналиста ударил горячий влажный воздух. Со всех сторон слышались дребезжание, гул и шипение прорывающегося из системы пара.

– Теперь можешь снять повязку, – сказал сыщик, и Родников с удовольствием стянул с лица шарф. Игорь оглядел порядком изношенное оборудование котельной и про себя отметил, что окружавшая их обстановка очень подошла бы для съемок финальной сцены какого-нибудь крутого голливудского боевика. Металлические лестницы, свисающие с потолка цепи, котлы, узловатые трубы и манометры – все это так напоминало заключительную часть супербоевика «Терминатор», что Игорь невольно цокнул языком.

– Симпатичное местечко, – бросил он, принимая из рук человека в маске сумку с видеокамерой. – Куда дальше?

– Вперед, – спокойно ответил Ворон и первым направился по узкому проходу между клокочущими и сопящими агрегатами. Затем свернул направо, и Родников, последовав его примеру, вдруг увидел человека, стоявшего на коленях у обшарпанной мокрой стены. Это был худощавый мужчина средних лет, одетый в спортивный костюм. На лице его застыла гримаса хищника, готового растерзать в клочья первого встречного, а руки были подняты вверх и пристегнуты двумя парами сверкающих наручников к трубе, обмотанной асбестом. Ворон остановился в двух шагах от пленника и, выдержав паузу, холодно спросил: