Траурный эндшпиль - RedDetonator

Следующая очередь исчерпала мой личный оберег и парой пуль ощутимо стукнула мне в спину. Вот подонки, вмешиваются в красивый поединок!

В ходе очередной атаки, умышленно наступаю на раненую ступню черта-центуриона, но это не несёт существенного эффекта. Да, они орут от боли, морщатся и стонут, но нельзя забывать, что я сражаюсь не против людей. Черти стойки к ранам и будет ошибкой считать, что они способны остановить кого-то из них.

Меняю план и рывком разрываю дистанцию. Моей целью стал стрелок с автоматом, посмевший стрелять мне в спину.

При развороте я увидел, что на бастионе собралась целая куча чертей, большая часть которых просто стоит и смотрит.

Кидаюсь к стрелку и взмахом палаша рассекаю ему шею.

— Бия, прими мою жертву!

Палаш, к сожалению, не среагировал импульсом, что досадно.

На развороте фиксирую движение и успеваю выставить палаш. Решивший сбить меня с ног чёрт напарывается на лезвие и своей инерцией нанизывает себя практически до гарды. И в этот момент палаш решает, что пора уж и уважить хозяина…

Импульс сказывается на всех, даже на мне. Велиал орёт, остановившись и упав в паре метров от меня. Остальные тоже вопят и корчатся, а я вынимаю палаш из трупа черта и бегу к Велиалу.

— Ника, пр́ими мою жертву!

С этим криком я втыкаю палаш прямо в морду всё прекрасно понявшему и осознавшему черту-центуриону. В его глазах, в последнюю долю секунды, промелькнула мольба о пощаде. Но нет пощады нечестивым.

Недобро улыбаясь, я развернулся к остальным чертям, ныне небоеспособным, после чего начинаю кровавую резню.

Спустя минуту, я спускаюсь с опустевшего бастиона, крутя в руках трофейную цепную булаву.

«Видимо, золотой скин открыл…» — подумал я, оценивая толстую позолоту.

Название: Последний свет

Тип: осквернённая магическая булава

Потенциал: необычный

Краткое описание: личное оружие первосветного магистра Прикла, выкованное в кузницах фабрики «Светоч». При успешном попадании по врагу наносит ему термические ожоги в размере не менее 1,5% от площади его кожи.

Осквернено. Эффекты не действуют при использовании не вырожденным.

Значит, в моих руках сейчас просто позолоченная железяка. Но это всё ещё булава.

Пробую взмахнуть ею и быстро улавливаю принцип действия. Ничего сложного, на самом деле, но не моё, точно не моё. Хотя, лишним не будет, поэтому затыкаю её за пояс и бегу в сторону очередной ожесточённой перестрелки.

Выбегаю из-за здания Монетного двора и вижу, что что-то пошло сильно не так.

На площади перед Петропавловским собором собралось несколько сотен чертей, из собора никто не стреляет, а обстановка далека от томной. Моя интуиция, резко сконцентрировавшаяся в районе задницы, сразу начала подсказывать мне, что это уже не наша битва и пора бежать. Если рвануть в сторону Никольской куртины, то есть шансы быстро прорваться через возможный заслон и…

— Маска, — вышел из толпы чертей здоровенный чертила в красных доспехах. — Я, центурион первой когорты, Абаддон XVII, прозванный Попирателем, вызываю тебя на поединок!

Повисла тишина.

Черти не трогались с места, лишь с любопытством и страхом смотрели на меня. Боятся, суки. Наверное, наслышаны о том, что я могу с ними сделать. Ведь, если моя теория верна, то после гибели здесь, черти возвращаются обратно в Преисподнюю, а те, кого я пожертвовал, никуда уже не вернулись. Это веский повод для страха.

— Какая мне выгода биться с тобой на поединке? — спросил я.

— Если ты сумеешь победить, мои воины покинут эту крепость! — пророкотал очередной Абаддон. — А если выиграю я, то никто не посмеет усомниться в том, что твоя душа будет принадлежать мне!

— А ты знаешь, что когда я убью тебя, ты уже не сможешь вер́нуться в Пр́еисподнюю? — поинтересовался я. — Тогда получится, что я заберу твою душу. Вер́нее, то, что от неё осталось.

— Так ты готов принять вызов? — спросил чуть напрягшийся Абаддон какой-то там по счёту. — Или трусливо сбежишь?

Нормально, что у него кое-что мелко затряслось. Это в битвах с другими они ничем не рискуют, если не свезло, то обратно в Ад, где не очень весело, зато вечно живой, а со мной всё будет совершенно иначе. И его демоническая натура считает такой риск неприемлемым, поэтому внутри у него идёт битва без чести и милосердия, между жаждой наживы и инстинктом самосохранения.

Личная выгода этого мудака очевидна — да, он мог бы приказать убить меня и это, возможно, даже получилось бы, если бы мне не удалось сбежать, но тогда моя душа точно отправится к Сатане и это невыгодно уже лично Абаддону. Но всегда есть какой-то подвох. Честного поединка точно не будет.

Перезаряжаю обрезы и смещаю гранату по поясу чуть ближе к левой руке.

— Ладно, хр́ен с тобой, — решаю я. — Одним чер́том больше, одним меньше…

Подхожу к ним ближе, Абаддон принимает из рук своего прихвостня ятаган, пылающий пламенем, после чего сразу же принимает боевую стойку.

Киваю ему, после чего тоже занимаю боевую стойку и жду начала поединка.

— Да начнётся бой! — прокричал один из чертей.

Абаддон семнадцатый решил не тратить время на разведку и сразу же начал с агрессивной тактики.

Шквал из рубящих ударов я большей частью парировал, а меньшей частью проигнорировал, так как важный чёрт хитрил. В контратаку я не спешу, потому что непонятно ещё, что может этот ублюдок. Вот понаблюдаю за его действиями, оценю его уровень фехтования, после чего и придумаю, как быстро и болезненно убить его.

Несколько ударов я пропустил, но они не смогли оставить на моих доспехах и царапины. Видимо, чёрт и сам не ожидал, что попадёт этими ударами, поэтому не вкладывался в них всей силой. Хотя, тогда бы я понял, что это были основные удары и принял бы меры.

Дав Абаддону размахаться, я пришёл к выводу, что навыки у него на уровне «выше ожидаемого», но и не «превосходно». Можно работать.

Латы у черта кроваво-красные, полностью закрывающие тело, шлем с отверстиями для рогов, но лицо не открытое, а с толстой решёткой. Убить такого будет тяжеловато…

Ну что ж, пора и в контратаку.

Пользуясь превосходством в уровне владения оружием, не прерываю очередной шквал атак, а вплетаю в него свою контратаку, в результате чего атакующая серия врага плавно прекращается, превращаясь в мою.

Мне сразу удаётся нанести порез ему на щёку, вызвав обильное, но