Объект насилия - Борис Седов

– А почему ей нельзя было сразу поехать домой?

Я вздохнул и вспомнил Катину трехкомнатную квартирку. Одна комната – та, что побольше – отведена под «гостиную». Во второй живут родители, в третьей Катя со старенькой бабушкой. В прихожей с трудом могут разминуться два человека, а на кухню лучше всего заходить по одному…

– Забродин, ау! О чем задумался?

– Вспомнил хоромы, в которых живет Катерина. Трехкомнатная малометражка, захламленная мебелью. Мне довелось там побывать, когда ездил за Катиными вещами. Она живет вместе с бабушкой в комнатенке размером с десятую часть моего кабинета.

Ольга молча кивнула. Я закурил и продолжил:

– Несколько дней… помнишь, когда я не ходил на работу и нянчился с ней… так вот, несколько дней ей было совсем худо. Лежала в темной спальне, мучилась от постоянной тошноты и рези в глазах, не ела ни крошки и вставала лишь в туалет. И то туда я ее отводил под локоток.

Латынина ошарашенно покачала головой. Она, конечно, представляла все совсем в ином свете.

– Так что, как видишь, – продолжал я, – ни о каком переезде домой, в комнатушку к старенькой бабушке, не могло быть и речи. Был, конечно, вариант с больницей, но одна мысль об этом приводила Катю в ужас.

Ольга как-то совсем несвойственно для себя дернула плечиком. Да и такое выражение лица, как сейчас, я у нее видел впервые. Уж не знаю, как его описать. Одновременно смущенное, виноватое и растерянное – наверное, так.

– Денис, – она опять назвала меня по имени, – я даже не представляла, что все было настолько серьезно. Мне, дуре, пригрезилось, что ты взял недельный отпуск, чтобы оттянуться по полной программе с симпатичной девчонкой. И было очень обидно. Я все время себя нахлобучивала тем, что ради меня ты никогда бы так не поступил.

– Стряхнут тебе мозги, как Катерине, буду нянчиться с тобой точно так же, – ляпнул я. – Хоть месяц.

– Типун тебе на язык, Забродин! – расхохоталась Ольга.

Прежняя Ольга!

И я радостно улыбнулся.

И облегченно «выдохнул воздух».

– Извини. Сперва говорю, потом думаю.

– Да-а-а, водится за тобой подобный грешок. – Латынина стянула у меня еще одну сигарету, закурила, жадно затянулась… еще раз затянулась, не менее жадно… и выдала: – Скажи, Денис, а когда Катерина уедет, можно я займу ее место?

Она ковала железо, пока горячо. И это меня настораживало. Я всегда сторонился пробивных решительных женщин, которые очень здорово умеют брать не только свое, но еще и приличный довесок. Красавица Оленька вполне соответствовала этому типу. И поэтому у нее не было не единого шанса.

Хорошая подруга, любовница – да ради бога!

Но только на строго определенном расстоянии, которое я никогда не позволю сократить!!!

Я ей так это и объяснил, сжимаясь от страха в ожидании, что она сейчас взорвется, и от этого взрыва наши добрые отношения обрушатся уже навсегда.

Но Латынина выслушала мои расклады совершенно спокойно. Смяла в пепельнице окурок. И с милой улыбочкой на устах промурлыкала:

– Забродин, да я ж на большее и не рассчитываю. Потом, в далеком – далеком будущем, может быть, что-то изменится. А пока пусть так и будет: мы хорошие друзья и любовники. Я даже не буду ревновать тебя к Катерине.

– А ты все еще ревнуешь? – рассмеялся я. – Я же все тебе объяснил. Она у меня болеет.

– Ага, тина, только болеет! – Ольга выпорхнула из кресла и переместилась ко мне на колени. – И спите вы в разных комнатах. Правда, Забродин?

– Ну-у-у…

– Вот видишь? Так как же я могу не ревновать? Но ничего, переживу. Главное, чтобы я в твоем гареме была любимой женой. А о большем и не мечтаю. Поцелуемся, что ли?

«Мда-а-а, прежняя Ольга. Опасная Ольга! – подумал я. – Жизнерадостная очаровашка. Не захочешь, а влюбишься. И сам не заметишь, как тебя загонят под каблук, и любимая жена, разогнав весь твой гарем, превратится в жену официальную. Осторожнее, Забродин! Соблюдай дистанцию!!!»

– Поцелуемся, детка, – прошептал я.

И в этот момент в традициях классики жанра у меня на столе заверещал сотовый телефон.

– Ну вот. Так всегда. Закон подлости в действии, – весело посетовал я…

…еще не зная, что это ледяные торосы событий пришли в движение, один навалился на другой, и я слышу сейчас вовсе не веселую трель своего старичка-телефона, а оглушительный треск, возвещающий о том, что спокойная жизнь закончилась.

Начинаются гонки!

* * *

– Плюнь, – прошептала Латынина.

Но я не мог плюнуть. А вдруг это Борщ, с которой весь день так хотелось поговорить? Или Антон? Или хотя бы Василиса?

– Я жду звонка. Извини, детка. – Я согнал Ольгу с колен, выскочил из кресла и устремился к столу, боясь, что звонившему не достанет терпения, и я не успею ответить.

– Алло! – Я успел. – Слушаю!

– Денис Дмитриевич! Здравствуйте, дорогой! – Этот голос, тягучий и глуховатый, сразу же вызвал у меня ассоциацию с удавом Каа из мультфильма про Маугли. – Вы даже не представляете, какая для меня огромная честь беседовать с вами. Скажите, а Оля Латынина, случайно, не рядом?

Меня прошиб пот! У меня затряслись руки!

Я понял, с кем сейчас говорю!!!

– Нумератор, паскуда! – процедил я. – Какого черта! Откуда знаешь мой номер?

У Латыниной отвисла челюсть и округлились глаза. Я подскочил к ней и, не церемонясь, выдернул за руку из кресла. Зажал микрофон трубки ладонью и зашептал стремительно:

– Делай, что хочешь, но надо записать его голос. Хоть одно слово. Я затяну разговор, как смогу.

Ольга кивнула и рванула из кабинета. Я вновь прижал трубку к уху.

– …куда вы пропали?

– Я тебя слушаю, гадина!

– Ну-у-у, зачем же так грубо, Денис Дмитриевич? Я вас представлял воспитанным человеком. А вы меня разочаровываете. Так куда вы пропали? Отдавали распоряжения, чтобы записали наш разговор? Не получится. Не успеют. У меня слишком мало денег на счете. Потому говорить буду кратко. Алло, алло, вы меня слышите?

– Да, слушаю. – Я решил больше не хамить, держаться с ним корректно и спокойно. Главное сейчас втянуть его в разговор, выиграть время. А там, глядишь, Латынина и успеет что-нибудь изобрести насчет записи голоса (хотя б одно словечко, чтоб иметь образец!) Впрочем, шансы на это практически равнялись нулю.

– Денис Дмитриевич, у меня для вас новый подарок. Номер седьмой.

«Ах, ты ж скотина!» – скрипнул я зубами. Но сдержался. Только коротко выплюнул: —Где?

– К сожалению, немного далековато. Впрочем, расстояние – понятие относительное. При желании вы доберетесь до этого места всего за полчаса. Это Пушкин. Знаете такой городок?