Наемник - Борис Бабкин

* * *

— Ну и что? — встретил Рудин у гостиницы усталых, недовольных Вадима и Татьяну.

— Ни хрена! — зло буркнул Терминатор. — Мы это позорное Ягодное вдоль и поперек протопали. И голяк! Нигде этого фраера не засекли, — он довольно грубо выругался.

— К бабкам насчет квартиры обращались? — вопросительно взглянул на женщину стриженый.

— У них сейчас ничего не узнаешь, — покачала головой Татьяна. — По области указ вышел. За временных, непрописанных жильцов налог большой берут. Поэтому они все только руками разводят. Штрафа боятся.

«Может, Ковбой уехал куда-нибудь? — подумал Рудин. — Надо попробовать через Татьяну выйти на Маркизу».

Он бросил быстрый взгляд на женщину.

«Она говорила, что с Машкой в хороших отношениях была», — Рудольф равнодушно махнул рукой.

— Ну и черт с ним! Никуда не денется, найдем. А сейчас и расслабиться не грех, — коротко засмеялся он. — Может, в кино сходим? Афиши кругом. Какой-то сексуальный боевик. Пойдем? Там наверняка и с градусами что-нибудь есть.

— Ну его на хрен, этот секс. Вместе с градусами! — зло отмахнулся Терминатор. — Я весь день не жравши. Пожевать в номере есть что-нибудь? — он вопросительно посмотрел на — Рудина.

— Рыбные консервы, чай, колбаса, селедка, — начал перечислять тот. — С голоду не умрешь, — подмигнул Рудольф верзиле и обратился к женщине: — Ты тоже устала?

— Немного, — улыбнулась она. — Но в кино пошла бы. Сто лет не была.

— Вот и топайте на пару! — обрадовался Вадим. — А я в душ. Похаваю, и бай-бай.

Взмахнув на прощанье большой, сильной ладонью, он пошел к гостинице.

— Вадим, — догнала его Татьяна, — ты что, обиделся?

— Сдурела, что ли? — весело удивился Терминатор.

* * *

— Значит, высокий? — потушив сигарету, насмешливо посмотрел на брюнетку-администраторшу мускулистый парень среднего роста.

— Да, — согласно кивнула она. — И симпатичный мужчина. Глаза красивые. Бабам такие нравятся. Темно-карие, веселые.

— Одет как? — уже грубее спросил мускулистый.

— Джинсы. И рубашка темно-синяя.

— Утюг, — лениво проговорил один из развалившихся на диван-кровати троих парней, — погладь ее. Вдруг память улучшится.

Боевики дружно захохотали. Утюг получил свое прозвище, ставшее его вторым именем, два года назад. Забирая излишки, по его мнению, денег у новоявленных коммерсантов, он проглаживал несговорчивых раскаленным утюгом, который всегда брал с собой на «экспроприацию».

— Закрой хайло, Голубь! — недовольно буркнул Утюг.

— Может, трахнем телку, — неожиданно предложил длинноволосый здоровяк. — Вдруг без Утюга вспомнит.

— Попробуй, — насмешливо фыркнула женщина. — Тебя потом самого оттрахают!

— Чего кудахчешь, курица! — вскочил боевик.

— Осади, Дьяк! — прикрикнул на него Утюг и снова спросил вызывающе улыбающуюся брюнетку:

— Как ты думаешь, где нам этого симпатягу в джинсах отыскать?

— Не знаю, — она равнодушно пожала плечами. — Как я поняла, он ехать куда-то собрался. . — Почему ты так думаешь? — внимательно посмотрел на нее Утюг.

— Он сам про это что-то сказал, — пытаясь вспомнить, задумчиво произнесла женщина.

— Что именно? — шагнул к ней парень.

— Да подожди ты! — сердито отмахнулась администратор и радостно воскликнула: — Вспомнила! Говорил, мол, хорошо у вас, в Ягодном, да ехать надо.

— Куда?

— Про это он не сказал, — засмеялась брюнетка. — Меня и майор спрашивал, куда, мол, он поехал?

— Какой майор? — насторожился Утюг.

— Милиции, — недовольно ответила женщина. — Серов этот, который вам нужен, в мою смену выписался. Только он ушел, ко мне мужчина подходит и о нем спрашивает. Я ему что-то не так ответила, он и сунул мне удостоверение под нос. Майор ОБХСС Рудин Рудольф, — замолчав, пытаясь вспомнить, она наморщила лоб. — Отчество какое-то...

— Почему про легавого сразу не сказала? — перебил ее Утюг. — Мозги пудришь, сука!

Он коротко ударил женщину в грудь. Вскрикнув, та грохнулась на пол.

— Чопаем отсюда! — махнул парень остальным и быстро вышел из комнаты.

— Жопка у нее путная, — неохотно поднимаясь, слащаво улыбнулся Дьяк. — И ляжки класс! Такое добро пропадает, — с сожалением посмотрел он на администраторшу.

— В зонах за это спрашивают, — усмехаясь, взглянул на него рослый бритоголовый парень.

— Я туда не собираюсь, — спокойно парировал длинноволосый. — Потому что в такое время на нарах валяются только дурики вроде тебя.

— Чего?! — угрожающе повернулся к нему бритоголовый.

— Бритва! — поймал его за руку Голубь. — Тормози!

— А чего он, сука! — вырвался тот.

— Может, все-таки огуляем телку? — усмехаясь. Дьяк дернул замок на молнии джинсов.

— Увянь, — посоветовал ему Голубь. — К ней сам Директор ныряет.

— А чего же Утюг вписал ей? — мгновенно застегнув молнию, удивился Дьяк.

— Утюг, он и есть Утюг, — увидев возвратившегося мускулистого поперхнулся смехом Голубь.

— Добазаришься, — угрожающе проворчал тот и, наклонившись над испуганно дернувшейся женщиной, спросил:

— В каком номере этот майор?

— В двадцать пятом, — держась за левую грудь, простонала та. — Рудольф Оттович Рудин, — вспомнила она отчество.

— Почему сразу про мента не сказала? — уже спокойнее поинтересовался Утюг. Подав женщине руку, он помог ей встать.

— Больно, — заплакала она, прижимая к груди руку.

— Пройдет, — равнодушно отозвался парень и, достав шариковую ручку, что-то записал на руке.