Жизнь после смерти - Александр Белов

Остальные последовали его примеру. С недавних пор многие изобитателей поселка всюду стали носить с собой оружие. Витек и доктор Ватсон тутже вскочили, принялись одеваться. Белов заметил у обоих заткнутые за пояспистолеты.

– Мы сейчас, мигом, – бросил Витек. За ними засобирался иФедя.

– Я только погляжу и назад, – пообещал он Лене, заметив, чтоона с упреком на него смотрит.

Витек виновато улыбнулся.

– Обещаю, мы только сходим посмотрим. Молодоженов просят небеспокоиться.

Степаныч пробормотал что-то под нос и тоже стал натягиватьсвой тулуп. Лена и

Александр проводили друзей и остались одни. Ощущениепраздника куда-то испарилось, Лене стало страшно. Она подошла к стоявшему ураскрытой двери Саше, крепко обняла его.

– Не пущу! Нас это больше не касается! – она захлопнуладверь, потянула его за руку и заставила вернуться за стол

Выстрелы и очереди снаружи не прекращались. Где-то недалекораздался такой силы взрыв, что уши заложило, а бытовку приподняло воздушнойволной и сильно тряхнуло. Как ураган прошел…

Следом бухнул второй взрыв, более слабый, за ним третий.Лена умоляюще смотрела на Сашу. Прислушиваясь к звукам боя, он потянулся ксвоему шампанскому, но допить вино не успел. Неожиданно дверь широкораспахнулась, в проеме появилось возбужденное, измазанное кровью лицо. Это былодин из бойцов Лупу.

– Михая убили! – заорал он. – Чеченцы людей режут! Михайвелел к тебе бежать, если с ним что случится!

Белов оглянулся на Лену. Она сделала над собой огромноеусилие – улыбнулась сквозь слезы. Потом извлекла из-под кровати тяжелыйсверток, развернула его и протянула Саше автомат Калашникова.

– Ну ладно, раз так, иди. Я верю, что все будет хорошо…

– Из дома никуда не выходи! – крикнул он и побежал замолдаванином…

Для полковника Введенского первый день, вернее, первая ночьтысяча девятьсот девяносто девятого года начался с кошмара. В самыйнеподходящий момент, с боем курантов, раздался звонок Мусы Джохарова, которыйсумел, наконец, воспользоваться телефонной связью. Он сообщил о планах Омара инамеченном образцово-показательном теракте под Москвой…

В трубке были слышны крики, автоматные очереди и взрывы…

Введенский не удержался от соблазна сразу после объявлениятревоги позвонить Шмидту и привлечь его к участию в операции. Если радость павсех одна, на всех и беда одна!

Дмитрий расстроился, узнав о нападении чеченцев на Карфаген.Ведь для него это был первый Новый год в кругу семьи, с Олей и Ванькой.Несмотря на поздний час, мальчик еще не спал. Еще бы, дед Мороз подарил емурадиоуправляемый фургон-рефрижератор! Где уж тут уснуть!

Он даже не заметил, как расплакалась мама, когда дяде Димекто-то позвонил…

Шмидт вышел в другую комнату, чтобы поговорить без помех, ноОля, отправив мальчика спать под призором гувернантки, пришла к нему. Дмитрийобнял ее одной рукой, сделал веселое лицо. Но получилось не очень убедительно.Оля снова заплакала. Дмитрий снова прижал трубку к уху.

– Когда у тебя встреча с чеченцами? – спросил Введенский,передав суть сообщения Мусы.

– Стрелку на завтра забили, – виновато посмотрев на Олю, ответилШмидт. – На стройке ведь договаривались встретиться.

Они уже там. Взрывают фундаменты и коммуникации завода.Думаю, к твоему приезду там не останется ничего. И никого. Можешьприсоединиться к моим орлам, жду тебя на месте.

Шмидт выругался, но тут же извинился перед Олей и занесдержанность, и за испорченный праздник. Пришлось объяснять, почему он долженуехать. Но Оля отнеслась к ситуации с пониманием. Она только настояла, чтобыМитя, кроме Николая, взял еще несколько человек охраны…

Белов собрал по дороге всех, кого мог, и вывел подальше влес. Все-таки там безопаснее, чем под пулями в чистом поле или в бронированныхдосками и фанерой бытовках. Сам он с двумя вооруженными нелегалами вернулся впоселок и пошел в направлении выстрелов.

Битва за Карфаген была в самом разгаре. Часть людей Лупуснова засела в здании бывшей конторы и отстреливалась от наседавшихтеррористов. Пробиться к молдаванам не представлялось возможным. А вот ударитьпо чеченцам с тылу – сколько угодно. Все трое заняли позиции за колесамибытовок и начали беспокоить нападающих выстрелами в спину.

В неразберихе боя он заметил бегущего куда-то Витька иостановил его.

– Витек, помнишь, где осенью фугасы закладывали? Давай на томесто живо. А мы зайдем чеченцам с тыла и загоним туда.

Сил у молдаван хватало, чего нельзя было сказать об умении.А ведь они имели дело с профессионалами. Да и темнота террористам на руку.Однако они явно не ожидали такого организованного отпора и решили, что имеютдело с бойцами Шмидта. Те из них, кому это удалось, погрузились в микроавтобуси стали отступать именно туда, куда требовалось Белову: другой дороги все равноне было…

Как только синий фургон оказался в нужном месте, Витекзамкнул контакты. Старый аккумулятор не подвел. Взрыв подбросил машину наполметра в воздух…

Когда микроавтобус опустился на землю и запрыгал нарессорах, внутри него прогремел новый, еще более мощный взрыв. В ночное небовзметнулся огненный гриб, играющий всеми оттенками желтого и красного цвета.Чуть позже на очевидцев пахнуло жаром, – это до них добежала воздушная волна.

Саша остановился, зачарованный потрясающим зрелищем.Красиво, но война имеет и оборотную сторону. В то же мгновение на землюпосыпались обломки машины и человеческие останки. Откуда-то из темноты вынырнулВитек и остановился рядом Сашей.

– Ни фига себе хиросима! удивился он. Неужели бак с такойсилой рванул?

– Наверное, они сами взрывчатку везли, – предположил Белов.– Вот она и сдетонировала.

Не успело стихнуть эхо взрыва, как в тылу у террористовпослышались выстрелы.

– Это еще кто там объявился? Витек радостно покрутилголовой. – Неужели наши?

– Не надейся. Наших теперь здесь нет, – сказал расстроеноБелов. И не будет. Карфаген должен быть разрушен. Уходить надо…

Введенский бросил на террористов все имеющиеся в наличиисилы. Им была поставлена задача занять поселок Карфаген и территориюнефтезавода. Террористов живыми в плен не брать. Во втором эшелоне действовалибойцы Шмидта.