Точечный удар - Альберт Байкалов

– Как тебя зовут? – повторил Антон вопрос.

– Дана, – всхлипнула девушка.

– Вот что, Дана. – Он выдвинул из-под стола еще одну табуретку и уселся рядом. – У меня мало времени. Но прежде чем уйти, я хочу знать, за что ты меня хотела убить?

– А ты сам-то как думаешь! – Она перестала плакать и, словно удивившись глупому вопросу, посмотрела на него.

– Я как думаю? – переспросил Антон. – Наверное, вышло недоразумение.

– Имя этого недоразумения Андрей Плахов, а я его невеста!

Теперь Антон начал кое-что понимать. Плаха был застрелен им на квартире Башмакова. Каким-то образом девушка узнала об этом и, выследив его, решила отомстить. Возможно, ей об этом рассказал кто-то из его дружков. Не исключено, они же и снабдили ее оружием. Это осложняло дело.

– Где ты взяла пистолет?

– Купила!

– Не обманывай! – Антон строго посмотрел на нее. – Такое оружие незнакомому человеку вряд ли продадут.

Девушка не отвечала. Втянув голову в плечи, она смотрела прямо перед собой, словно вокруг никого не было.

– Ты знала, кто твой жених?

– Догадывалась.

– Раз догадывалась, значит, знаешь, никакого будущего у вас не было.

– А тебе какое дело! – возмутилась она. – Зато настоящего хватало.

– Выпить хочешь? – неожиданно предложил он и, не дожидаясь ответа, достал бутылку «Гжелки», выставив перед Даной стакан.

– Вот уж никогда не думала, что буду за одним столом распивать с самым ненавистным мне человеком, – отдышавшись, заговорила девушка. – Хочешь сначала напоить, а потом грохнуть?

Ничего не говоря, Филиппов плеснул ей еще водки.

– А себе? – Дана поставила на стол локоть и выжидающе посмотрела на своего врага.

– Мне на работу надо. – Он пододвинул к ней блюдечко с тонко нарезанным лимоном. – Скажи мне честно, ты ведь не из-за мести пришла меня мочить?

– Почему ты так решил? – удивилась она. – Я очень сильно любила Андрея.

Внимательно наблюдая за девушкой, Антон начал подозревать, что она врет.

– А как тогда ты объяснишь свое появление в казино спустя такое короткое время после смерти любимого с другим мужчиной?

– Жизнь проходит, – захмелевшим голосом проговорила она и вновь разрыдалась.

Убрав со стола бутылку, справедливо считая, что Дане достаточно спиртного, он отвел ее в комнату и уложил на диван, накрыв пледом…

– Ты не знаешь, у Плахи была подруга? – спросил Антон Рябого, едва тот вошел к нему в кабинет.

– Да они у всех есть. – Озадаченный вопросом, тот почесал затылок. – И не одна. А почему ты спрашиваешь?

– Я на квартире Башмака фотографию нашел. На ней он с какой-то телкой был, – соврал Антон. – А сейчас похожая на нее деваха в игровом зале на меня странно косилась.

– Ну и что? – не понял Рябчиков. – Думаешь, она узнала, кто ее хахаля замочил? Ну, если чего боишься, покажи, как выглядит, разберемся, – добавил он, немного подумав.

– Ладно. – Антон махнул рукой. – Наверное, показалось. Ты мне вот еще что скажи, у кого из твоих парней «вальтер» есть.

– Как раз у Плахи и был. – Рябой насторожился. – Только он его перед самой твоей разборкой Шелесту в карты продул. Я его тогда наказал. Не дело это – стволы на кон ставить. Если бы по-другому, вернуть бы заставил, но карты… Сам понимаешь.

– Шелесту, говоришь, – задумчиво произнес Антон. – Хорошо. – Он загадочно посмотрел на Рябого. – Поможешь мне сейчас одну комедию разыграть…

Ровно в полночь с тыльной стороны гаражного комплекса нового микрорайона появилось несколько автомобилей. Вышедшие из них молодые парни, о чем-то вполголоса переговариваясь, бросали по сторонам настороженные взгляды. Вскоре в начале переулка появились огни еще одной машины.

– Кажется, едет, – послышался чей-то голос.

– Точно!

Из остановившегося «Мерседеса» вышел Рябой.

Его тут же окружили плотным кольцом в ожидании объяснений, по какому поводу сборище. Однако он не торопился говорить. Словно проверяя, все ли на месте, сначала обвел толпу взглядом.

– Не тяни резину, – послышался чей-то нетерпеливый голос. – По какому случаю хипиш?

– Наезжает кто? – вторил ему другой.

– Беса замочили, – выдохнул наконец Рябой. – Прямо на пороге квартиры…

– Вот это заморочка! – не удержался высокий парень, с ног до головы, словно байкер, облаченный в кожу. – И кто же его упаковал?

– Баба упаковала, – отыскав среди стоящих перед ним парней Шелеста и не сводя с него глаз, Рябой криво усмехнулся. – Ее почти сразу задержали.

– Интересно, кто это такая? Кто заказал? – посыпались со всех сторон вопросы.

– Если честно, мне его не жалко, – неожиданно заговорил угрюмого вида здоровенный бандит. – Не по кайфу под чехами ходить.

Воцарилась зловещая тишина. Словно ища поддержки, он посмотрел на стоящих рядом парней и, поняв, что отступать некуда, вздохнул:

– Они наших пацанов сколько положили? А мы с ними брататься! Нас в городе не поймут.

– Это точно, – согласился с ним стоящий рядом бритоголовый амбал. – Бес крутой, пока при чехах был.

– Я сразу тебе говорил, – подал голос Шелест, – улягутся дела с разборкой, проблемы с пацанами будут.

– Что предлагаешь? – спросил его Рябой. – Войну чехам после всего объявить?

– Можно и без войны обойтись. – Шелест пожал плечами, глядя куда-то поверх головы на глазах теряющего авторитет Рябого. – По-тихому много вариантов уйти.

– А территорию Башмака оставить? – возмутился кто-то.

В толпе нарастало недовольство. Рябой поднял руку. Дождавшись, когда все успокоятся, он посмотрел в сторону Шелеста:

– Скажи перед братвой, с твоей подачи Беса оформили?

– А почему я должен отчитываться? – изумился тот. – Кто ты такой? Я вот, например, Башмака ни живым, ни мертвым не видел. Кто сказал, что его на стрелке завалили? Оттуда никто не вернулся. Он, может, в Германии лечится, а ты тут его уже похоронить вздумал.

Воцарилась гробовая тишина. Где-то в щели не успевшего остыть фундамента тоскливо запел сверчок. Неожиданно двери «Мерседеса», на котором приехал Рябой, открылись. Из него вышел какой-то человек в расстегнутом пиджаке и неторопливо, держа руки в карманах брюк, направился к ним. По толпе пролетел вздох недоумения и негодования. Из темноты вышел не кто иной, как Бес, собственной персоной.

– Ты чего, Рябой, развести нас решил? – охрипшим от волнения голосом спросил кто-то.

– Значит, так. – Антон, не обращая внимания на эффект, вызванный его появлением, заговорил, чеканя каждое слово. – Всем залечь на дно. Шелест, – он ткнул пальцем в стоящего с открытым ртом бандита, – остаться, остальные – отдыхать.