Огненный перевал - Сергей Самаров

Старший лейтенант Воронцов спустился со склона вместе со своим пулеметчиком и двинулся по дну ущелья к вертолету. Шли быстро, да и идти было недалеко. Сразу после окончания боя небо над головой стало развеиваться, и луна дно ущелья освещала достаточно. Воронцов издали увидел, что капитан Павловский стоит перед пилотом вертолета чуть ли не по стойке «смирно», а Святой Валентин уже уселся на пассажирское место.

– И что здесь происходит? – спросил старший лейтенант, подойдя вплотную.

– Подполковник Алиев, авиационный отряд федеральной службы безопасности, – представился пилот. – Это ты, старлей, своими неумными действиями нам операцию почти сорвал.

– Документы, – холодно потребовал Воронцов.

– Ты что, думаешь, отправляясь на операцию под видом пилота МЧС, я беру с собой документы офицера ФСБ?

– В таком случае я вынужден буду задержать вас до выяснения ситуации. Свяжите ему руки за спиной, – кивнул старший лейтенант солдатам.

– Ты что, старлей, совсем сдурел? – возмутился подполковник.

– Если будет на вас давить, вы знаете, как попросить его заткнуться.

– У меня, товарищ старший лейтенант, не поболтает. – Ефрейтор Братишкин саперную лопатку показал. – Острая… Язык быстро побреет…

Подполковника увели в сторону.

– Куда Святой намылился? – поинтересовался я.

– Подполковник хотел его с собой забрать вместе с грузом. Я послал двух солдат за грузом, – сообщил Павловский, сначала растерявшийся от обращения Воронцова с человеком, представившимся подполковником ФСБ, а потом испытавшим некоторое раскаяние из-за того, что сам не подумал проверить у подполковника документы.

– Возвращаемся все. Два человека… – показал старший лейтенант пальцем. – Охранять вертолет.

Назад шли гораздо медленнее, чем бежали в атаку. Словно усталость на всех навалилась. На половине пути долину осветила зеленая ракета.

– Наши подошли… – сказал Воронцов.

– Похоже, они уже у нашего бруствера…

– Похоже…

Капитан Полуэктов в самом деле встретил их у поворота ущелья. Воронцов козырнул и по форме доложил обстановку.

– И где этот подполковник?

– Ведут… – кивнул старший лейтенант на последние ряды.

– Проверить надо. Я сейчас с Ширвани Бексолтановым разговаривал. Он сказал, ему обещали одну из этих икон обменять на десять «Стингеров».

– Не хреново, – заметил капитан Павловский. – А все-таки, как выяснить насчет подполковника? Может, вашему комбату позвонить?

Воронцов молча достал трубку. Комбату так и так следовало доложить обстановку.

– Подполковник Алиев? – переспросил комбат. – Сейчас, спрошу, товарищ генерал. Да, есть такой. Генерал Рахманин хочет поговорить с Алиевым.

Подполковника как раз подвели. Воронцов сунул ему трубку.

– Генерал Рахманин…

Подполковник отошел с трубкой в сторону и разговаривал шепотом. Потом вернулся и насмешливо вернул трубку старшему лейтенанту.

– Слушаю, Воронцов.

– Генерал Рахманин. Ты, старлей, пойдешь вместе со своим комбатом под трибунал. Это я вам обещаю обоим. А сейчас выполняй все приказания подполковника Алиева и молись Богу, чтобы он тебе простил хамство.

– Вы, товарищ генерал, все равно не простите…

– Что я не прощу?

– Мое хамство. Я как раз собираюсь вам нахамить. Но только сразу ставлю в известность, что мы вместе с комбатом и с другими офицерами батальона подаем на вас встречный иск за то, что вы пытались уничтожить взвод солдат ради своих ведомственных интересов. Будьте к этому готовы. А теперь будьте готовы к хамству. Сейчас, я воздуха в грудь побольше наберу, чтобы дольше материться…

Генерал отключился от разговора…

Подполковник Алиев смотрел на Воронцова, выпучив глаза.

– Святой Валентин, – позвал лжесвященника капитан Полуэктов. – Что они тебе обещают?

– Обещают задействовать в операции и за это простить… – лжесвященник улыбался обаятельно.

– Я тут только что со связанным эмиром разговаривал, он говорит, что тебя просто подставят кому следует, чтобы тебя грохнули, а иконы забрали…