Боевой расчет - Александр Тамоников

Но Карельский грубо ошибался в своих подозрениях.

Да, Вишнякова заинтересовало сообщение о взрывах недалеко от ростовской трассы в лесном массиве, но затем Егор вышел на связь, значит, его чьи-то разборки не коснулись. А кто там чего устроил в овраге, Вишнякова волновало меньше всего. Его сейчас больше интересовал Астафьев, который пока благополучно шел по графику. Вишняков и о Графе с подельниками, может быть, и не вспомнил бы, если бы Андрей Викторович, отчасти под впечатлением от разговора с Абдуллой, отчасти от того, что совершил ошибку, подозревая Вишнякова, сам не вызвал босса на разговор. Где и доложил, что Граф, Ганс и Крюк пропали. И тут Вишняков вдруг понял, что в телевизионной передаче о взрывах могло быть тем серебристым куском металла. И кому принадлежали фрагменты трех человеческих тел. Ведь Граф, Ганс и Крюк следовали за джипом на серебристой «Ауди». Неужели это они стали жертвами? Но почему? Кто уничтожил их?

Вишняков поднял глаза на Карельского.

– Андрей, – тихо, почти шепотом спросил он, – а это не твои люди полегли в том овраге?

– Не знаю, но связи с ними у меня нет. Ни я не могу их вызвать, ни они не выходят на связь!

– Значит, они! Но кто устроил им бойню? Не Астафьев же? Он выходит на связь по графику и докладывает, что все идет по плану.

Карельский очень внимательно смотрел на Вишнякова и видел полную растерянность босса. Андрей Викторович понял, что Вишняков не причастен к убийству. А если не причастен он, то и Рудаков ни при чем. Без прямого приказа Вишнякова тот ничего никогда не делал!

И то, что Вишняков не имеет к гибели его людей никакого отношения, испугало Карельского. Потому что больше объяснений происходящему он не видел! Следовательно, происходит то, что понять им – Вишнякову, Карельскому, да и чеченцам – не дано! Где-то Астафьев по-крупному переиграл их. И что предпримет дальше этот проклятый «профи», только одному богу и самому Астафьеву известно. Остается надеяться, что этот специалист сломит себе башку в Чечне! Но чувство сильной тревоги с этого момента крепко засело в душе Андрея Викторовича.

В то самое время, когда растерянный Карельский выходил из кабинета Вишнякова, Абдулла набирал номер спутникового телефона. Ответили ему сразу:

– Слушаю!

– Хозяин! Абдулла на связи! Салам аллейкюм!

– Салам, Абдулла! Говори, что хотел сказать!

– Плохие новости, Хозяин! Люди, посланные за наемником…

– Не продолжай, я знаю, – спокойным тоном прервал тот, кого Абдулла назвал Хозяином, – узнаю Вишнякова. Не упустил шанса ослабить Карельского. Подозревает, волчара, что кто-то из его приближенных работает на нас. Он так Андрею Викторовичу и несчастный случай подстроит, когда просчитает его. А этого допустить нельзя! Ты вот что, Абдулла, спрячь Карельского на время. Пусть он исчезнет! Таким образом наш «уважаемый» Дмитрий Петрович утвердится в мысли, что «кротом» был его первый заместитель. Это отведет подозрение от Хованского. А Эдуарда Геннадьевича нам беречь надо!

– Так вы, Хозяин, считаете, что всю эту «непонятку» закрутил сам Вишняков?

– Конечно! Я давно знаю его! Это в его стиле! А ты думал, кто еще мог завалить людей Карельского?

– Не знаю! Может, менты как-то зацепились?

– За что зацепились?

– Да шайтан их знает! И вообще здесь все так мутно!

– Успокойся и готовь план уничтожения Вишнякова с Рудаковым. Представишь мне его на утверждение, как будет готов! Ну а действовать начнешь только по моему сигналу, понял?

– Понял! А Астафьев?

– А что Астафьев?

– Он уже приближается к вам!

– Да ради Аллаха! Мы гостям всегда рады, или забыл про обычаи гор? Пусть идет, встретим! Ты Карельского спрячь, и сегодня же, а то возьмется за него Вишняков и расколет Андрея Викторовича, как орех! Это он умеет! Все ясно, Абдулла?

– Все, Хозяин!

– Выполняй! Хованскому передай, что развязка близка, успокой его, скажи, что он остается в стороне и от него больше ничего не понадобится. Пусть придет в себя и работает! Ему, в любом случае, ничего не грозит. За ним – сила! Да он скоро и сам силой немалой станет! Так и скажи ему.

– Хорошо, Хозяин, все сделаю!

– Давай, Абдулла! Я много поставил на тебя, не забывай об этом! Не дай Аллах тебе допустить ошибку в самом финале. Джалиль тебя контролирует. Ты понял, о чем я?

– Понял!

– Молодец. До связи, Абдулла! Готовься и жди!

– До свидания, Хозяин!

Отключив прибор спутниковой связи, Абдулла взял сотовый телефон:

– Карельский?

– Да!

– Узнал?

– Еще бы!

– Дорогу в деревню Палицу не забыл еще?

– Нет, а что?

– Собирайся и выезжай туда! Прихвати из дома вещи, всякую туалетную лабуду, короче, все, что тебе понадобится для временного проживания там!

– Почему я должен скрыться?

– Потому, что так приказал Хозяин! Еще вопросы будут?

– Но…

– Послушай, Карельский! Что-то ты мне в последнее время не нравишься, я тебе попугай, повторять одно и то же? Да?

– Нет!

– Нет? Тогда собирайся и вперед, без охраны, но чтобы она видела твои сборы и потом могла доложить о твоих действиях Вишнякову. И чтобы ни одна душа не знала, куда ты делся, понял?

– Понял!

– Я тоже выезжаю туда! Там, на месте, обо всем и поговорим! Все!

После предложения выехать в глухую деревню Карельский почувствовал холодок внутри.

Почему Абдулла вызывает его туда? Чтобы на время скрыть его? Или решил убрать его, Карельского? Черт, с этими мыслями можно с ума сойти, а может, он уже потерял крышу? В таком состоянии Карельский еще никогда не был! Слишком уж все выглядит мрачным! Если бы его хотели убрать, то уже давно бы убрали, где угодно и когда угодно, даже в постели с проституткой! Надо привести себя в порядок, загнать патрон в патронник «ТТ» – на всякий случай – и ехать в Палицу.

Андрей Викторович, как и приказывал Абдулла, сложил необходимые вещи, вынес все это на виду у охраны, приказал ей оставаться на месте, сказал, что скоро вернется. Сел за руль, завел двигатель. Достал иконку из паспорта, истово перекрестился: «Господи! Спаси и сохрани!» Вывел свой автомобиль и направился в сторону деревни в семидесяти километрах от Кольцевой дороги.

Подъехали они почти одновременно. Остановились у крайнего дома, немного в стороне от деревни, в роще. Карельский вышел из машины, держа в кармане «ТТ». Осмотрелся, постороннего присутствия не заметил.

Фары машины Абдуллы несколько раз мигнули. Чеченец даже не вышел из автомобиля, приглашая Карельского к себе. Андрей Викторович медленно пошел к Абдулле. Что ждало его в салоне? Разговор или сразу же выстрел, а может, чуть спустя, удавка на шею?