Кровь за кровь - Александр Тамоников

– Успеешь подготовить акцию?

– Это, Александр Сергеевич, уже не вопрос, лишь бы их замысел совпадал с нашим сценарием. Но ты ступай к Школярову, а то сдуру выкинет какой-нибудь крендель и всю работу загубит. Посмотри за ним!

Тимохин вызвал Шепеля:

– Что у тебя, Миша?

– Ачил обсудил с Демьяном сообщение Школярова. Сейчас они, видимо, работают с картой, говорят мало, называют цифры. Аппаратура пишет все, но что-либо понять, по крайней мере сейчас, не представляется возможным. Скорее всего, террористы определяют место засады.

– Наверное!

– Так, минуту, Саня… ага… Ачил назвал место, точно там, где ты и предполагал, но ближе к Блачинску. Квадрат…

Александр взглянул на карту:

– Это участок трассы, где овраги с обеих сторон и с запада подходит лесополоса, в 5 километрах от Инокино!

Шепель продолжил:

– Адаев приказал начать сопровождение «Фольксвагена» от моста, что в 20 километрах юго-восточнее Блачинска.

– Практически от административной границы региона.

– Именно! «Нива» должна ждать «Фольксваген» у лесополосы, на обочине. В момент выхода на участок проведения акции Гусь должен резко перекрыть трассу, заставив «Фольксваген» затормозить. Далее в дело вступают Кожанов и Верка, как понимаю, любовница Демьяна.

– Да! Что еще?

– «Форду» с Демьяном Ачил определил стоянку в километре от места засады, за поворотом. Если произойдет сбой, в дело должны будут вступить Демьянов, Окунько и Кузнец – остановить «Фольксваген» прямым обстрелом из автоматов. Но это страховка. Ачил выразил уверенность в том, что «Фольксваген» встанет перед «Нивой», а Кожан с Веркой решат вопрос без вмешательства других лиц. Еще, Саня. После проведения акции Демьян лично должен доложить Ачилу о ее результатах… Вот сука!..

– Что случилось? – спросил Тимохин.

– Этот урод Ачил приказал не только убить сенатора и любовницу, но и изуродовать трупы, отрезав головы. Ну не сука, а, Сань?

– Сука! Но ни хрена у них не выйдет.

– Ачил отпустил Демьяна. Тот выходит из подъезда, озирается, садится в «Форд». Все, он вышел из зоны моего контроля. Но подожди! Ачил набирает еще чей-то номер.

Шепель вышел на связь через минуту:

– Командир! Знаешь, кому звонил Ачил?

– Ну откуда мне это знать?

– Кожану!

– Кожанову? И что он ему сказал?

– Почти то же самое, что и Демьяну, сделав акцент на обезображивании трупов. Требовал как можно больше крови, говорил о вознаграждении. По-моему, Ачил руководит бандой не только через Демьяна.

– Ясно! Что дальше?

– Все! Адаев отключил телефон. А вот и Гурам подъехал. Ставит «Шевроле» на стоянку.

– Ты мне вот что скажи, Миша, время начала акции Ачил бандитам обозначил?

– Нет. Наверное, это относится к компетенции Демьяна.

– Хорошо, продолжай наблюдение. Если что, сразу выход на меня!

Тимохин вызвал Феофанова:

– Сергей Леонидович! Ачил в городе, и он заинтересовался подставой, вызвал к себе Демьянова, объявил сбор банды у Коробко! Начинаю основной этап операции.

– А вариант нейтрализации банды непосредственно в доме Коробко и на квартире Хасана в связи с вновь открывшимися обстоятельствами еще раз не рассматривал?

– Рассматривал – и отверг его.

– Хорошо! Действуй, Саша!

Александр вернулся в гостиную. Тут же сотовый телефон Школярова издал сигнал вызова.

– Слушаю! – ответил оборотень.

– Твой гонорар тридцать штук. Доволен?

– Да!

Школяров отключил телефон. Тимохин обратился к начальнику УВД:

– Мне надо ехать! Тебе, Александр Сергеевич, тоже здесь делать больше нечего. Еще наговоришься с подчиненным.

Тимохин повернулся к Школярову:

– Ну а ты, майор, возвращай жену и сиди дома. Если тебя захочет увидеть Ачил, что вряд ли, езжай к нему. Веди себя, как обычно, да у тебя другого выхода теперь уже нет. Но о контактах с Ачилом или Демьяном ты обязан доложить начальнику УВД. Все понял?

– Так точно!

– Обезвредим банду – вернемся к вопросу о твоей дальнейшей судьбе. Все, расходимся по одному.

В 14.17 «Ниссан» Тимохина въехал на территорию особого объекта Блачинского УФСБ. По прибытии на базу Александр приказал Дрозденко, Шепелю и Лушину оставить посты наблюдения и прибыть на объект. Только Самойлов продолжил наблюдение за домом Коробко. Именно оттуда после 16.00 должна была поступить главная информация. И она поступила.

Самойлов доложил, что ровно в условленное время банда Демьяна в составе семи человек, включая любовницу главаря, собралась у Коробко. Далее старший лейтенант передавал переговоры бандитов в режиме реального времени. Демьян слово в слово передал приказ Ачила, определил место организации засады и, главное, обозначил время. Кожанов с Авдотьевой, используя местные номера, должны были убыть к мосту в 20.30, чтобы занять позицию ожидания с 21.00; далее дождаться нужный «Фольксваген» и сопровождать его до места нападения. Сам Демьян с Окунем и Кузнецом выйдет на трассу после доклада Кожана в 21.00. Гусь и Лысый выходят на свои позиции в 20.00, осматриваются. При остановке машины сенатора Кожану и Авдотьевой было приказано действовать без промедления и жестко: после отстрела обезобразить трупы, отрезать им головы и выбросить их на обочину, после чего уйти в Блачинск. Из переговоров выяснилось и то, где хранится бандитская «Тойота».

Приняв доклад старшего лейтенанта и приказав ему продолжать наблюдение за домом Коробко без смены в ранее назначенное время, Тимохин прошел к комнате Коломиной, постучал в дверь. Увидев женщину, открывшую ее, от неожиданности воскликнул:

– Вы ли это, Лариса?

Перед ним стояла размалеванная девица, в одежде, не скрывающей ее прелестей, – короткой майке, такой же клетчатой юбчонке, черных колготках или чулках, в туфлях на высоком каблуке. Волосы растрепаны, на пальцах накладные ногти. И косметика, менявшая лицо прапорщика до неузнаваемости.

Коломина улыбнулась:

– Ну как, похожа я на шлюху сенатора? Или переборщила? Надо создать более скромный образ?

Тимохин пожал плечами:

– А черт его знает!

Коломина пригласила Александра в комнату:

– Да вы пройдите!

В комнате командир спецгруппы еще раз осмотрел прапорщика.

– Наверное, все же переборщили. Ведь госпожа Селиверстова замужняя женщина… Хотя черт знает этих чиновников-извращенцев – может, им такие и нужны. В смысле, дома и на работе – одна женщина, а в постели или в сауне – совсем другая. Давайте-ка посоветуемся с Ивановым.