Элитный спецназ - Альберт Байкалов

Было установлено, что звонок на пейджер, который был вами обезврежен, поступил от Тарана через минуту после того, как ему позвонил некто Лече Сосланбеков, прилетевший накануне из Лондона. В свою очередь, за час до прохождения состава в данной точке на сотовый телефон этого человека был сделан звонок из Штатов.

Теперь задумайся, какие силы играют против вашей команды, если о маршруте движения подобных составов в стране знают всего несколько человек. Даже люди, которые входят в состав расчетов, понятия не имеют до команды «приготовиться к пуску», в какой точке России находятся.

– Возможно, американцам удалось отследить его, каким-то способом используя разведывательные спутники, – выдвинул предположение Родимов.

– Так это или не так, замешан во всем этом дядюшка Сэм или нет, – нахмурился Ермолаев, – но все материалы по этому делу переданы членам Особой комиссии и строго засекречены. С этого момента об этом инциденте вам с Линевым придется забыть.

* * *

На этот раз предоставленное Линевым жилье оказалось в Черемушках. Это была менее комфортабельная двухкомнатная квартира с просторной кладовкой. Из мебели здесь были лишь старый шкаф, продавленный диван и кровать с панцирной сеткой. В углу на двух табуретках стоял новый телевизор. В соседней комнате еще одна кровать и небольшая тумбочка.

– Да, – протянул Антон, обойдя комнаты нового жилища. – Загнал ты нас, Данила, в настоящие трущобы.

– Чем богаты, – Линев виновато развел руками. – Зато в роль легче будет входить.

– Мужики! – донесся из кухни голос Полынцева. – Есть идите.

Антон с Данилой прошли на кухню, где Завьялов уже хлебал сваренный Сергеем суп из концентратов.

– Что будем решать с Мартаговым? – Антон выжидающе посмотрел на Линева.

– Будем выходить на Мартагова и договариваться, – неуверенно проговорил он. – Потом инсценировать похищение дочки и возвращение долга.

– А как ты собираешься ему после окончания операции возмещать убытки? Сто тысяч – это половина вашего бюджета. Ведь это – не просто операция по раскрытию и взятию преступной группы, занимающейся похищением людей с целью наживы, а операция по внедрению в террористическую организацию, – напомнил ему Антон. – Деньги придется отдать. Девочку вернуть.

– Да, – нахмурился Данила. – Я как-то об этом не подумал.

– А как вы смотрите на то, – неожиданно вступил в разговор Сергей, – что нет никакого долга, а Нукаев попросту договорился с Мартаговым с целью проверить нас.

В кухне воцарилась тишина. Полынцев, сам не ожидавший, какой эффект произведут на всех сказанные им слова, даже растерялся.

– Между прочим, такое возможно, – согласился Завьялов.

– Значит, работаем жестко, – пожал плечами Антон, опускаясь на пластиковый табурет.

– Имейте в виду, – Линев обвел всех взглядом, – у Мартагова серьезная охрана. Ко всему, он не относится к числу сочувствующих боевикам.

– Поэтому на него и наехали, – сделал вывод Полынцев.

– Девчонку до школы и обратно довозят на машине. – Линев вздохнул: – Только очень прошу, не перепугайте ребенка!

– Это самое сложное, – нахмурился Антон.

– А у меня есть идея! – Завьялов обвел всех загадочным взглядом: – Инка нам поможет!

– Это здесь, через два дома. – Антон заглушил машину и оглядел двор недавно построенного дома.

– Ну что, – Полынцев вопросительно посмотрел на Филиппова, – тогда вперед!

Местом для претворения в жизнь первого этапа плана Завьялова они выбрали двенадцатиэтажный дом, находящийся в нескольких кварталах от их нового жилья. Он привлек их тем, что, в отличие от своих собратьев, расположенных по соседству, ни один вход в подвал здесь не был закрыт на замок.

На дверях подъездов отсутствовали кодовые замки и домофоны. Жильцов, по-видимому, успокаивало большое удаление их семейных очагов от оживленных улиц и проспектов.

Спустившись в подвал, слабо освещенный через подслеповатые, размером чуть больше стандартного листа окна, Антон огляделся:

– Вряд ли кто-то здесь, кроме шпаны, появляется.

На поясе запиликал сотовый. Звонил Завьялов, который уже забрал Ермакову с работы и, объяснив, что от нее требуется, подъехал к условленному месту.

Убрав телефон, Антон посмотрел на Сергея:

– Вызывай «Скорую».

С телефона, отобранного у Гвоздя, Полынцев набрал «ноль три».

Спустя полчаса к подъезду подъехала «Газель» с мигалкой и красными крестами.

– Вы в семнадцатую квартиру? – выскочил навстречу им Полынцев. – Что-то долго.

– Пробки, – лаконично объяснила женщина-врач. – Даже с включенной мигалкой не уступают дорогу. А вы отец ребенка?

– Нет, сосед. Парень сейчас в подвале. По-моему, сломал ногу. Трогать до вашего приезда побоялись.

– Берите носилки, – она обернулась к молодому парню, стоящему рядом, – и вместе с Алексеем пойдемте.

Леша оказался водителем «Скорой». Открыв задние двери, он взял сложенные носилки и, не закрывая машины, устремился следом за врачом.

– Где пострадавший? – растерялась врач, оказавшись в подвале.

– Здесь я. – Из темноты вышел Филиппов в маске и с пистолетом в руке. – Снимайте халаты. Нам нужна ваша машина. Быстро!

– Вы не имеете права! – запротестовала женщина. – Мы врачи!

– А мы убийцы и насильники! – осадил ее Антон.

Водитель и санитар тем временем выполнили команду и стояли в одних рубашках.

– Но у нас могут быть вызовы. Вы ставите под угрозу чью-то жизнь! – попыталась она убедить Филиппова.

– Скажете, пробки, – посоветовал Полынцев, беря из ее рук металлический кейс. – Будете вести себя тихо, через час-другой все вам будет возвращено…

Через некоторое время во двор муниципальной школы въехала карета «Скорой помощи» и, мягко скрипнув тормозами, остановилась напротив центрального входа.

– Как доложить директору? – спросил мужчина в камуфлированных брюках и защитного цвета футболке, представившийся охранником.

– В районе зарегистрировано несколько случаев кожного заболевания, – сказала Инна. – Нам нужно осмотреть выборочно учеников.

Появившаяся через несколько минут директриса лишь вздохнула и предложила пройти в кабинет.

– До летних каникул считаные дни остались, потом как нам диспансеризацию провести? – принялась оправдываться Ермакова. – Придется объявления делать по радио и телевидению. Как раз пора отпусков, летних лагерей. Таким образом, мы даже половину детей не проверим.

– Это займет много времени? – спросила директриса.

– Что вы, – отмахнулась Инна. – Несколько минут на класс. Покажут ручки, и все.