Четвертый тост - Александр Бушков

Примерно за полчаса до рассвета появились передовые,Джиннова разведка. Их было четверо, они возникли с разных сторон, тоже вомногом похожие на призраков, – бесшумные, стремительные и ловкие, битыеволки с разных концов света. Кто-то другой мог их и просмотреть, не почуять, носпецназ, как ему и полагалось, засек.

Они с четверть часа изучали подступы и окружающее пространствопо всем правилам. Проходили так близко кое от кого из разумных кочек, чтопрекрасно слышно было дыхание, легкий запашок застарелого пота, табака.

И не обнаружили засады. В один прекрасный миг трое исчезли,а четвертый, это было прекрасно зафиксировано Костей, подал сигнал фонариком –ну разумеется, они тоже соблюдали полное радиомолчание…

И чуть погодя к оврагу двинулась группа, чередаприближавшихся бесшумно и неотвратимо силуэтов, пару минут спустя благодарярассвету поддавшихся визуальному опознанию.

Впереди шли оба темнокожих суданца, шабашнички, мать их так,заявившиеся в эти края срубить денежек на какие-то свои, очень может быть,вполне мирные нужды: калым там заплатить или домик сварганить для старойбабушки, козочек прикупить… Следом шагал Аль-Бакр, личность до сих пор вомногом загадочная, орелик ближневосточного происхождения, кажется, скорее политик,чем наемный ствол. За ним проследовал Джинн в сопровождении Каюма и – вотрадость-то узреть землячка! – Вани-Абдаллаха-Пиона. В арьергарде двигалисьеще трое – старый друг Заурбек и двое совершенно незнакомых.

Мучительно долго тянулись еще несколько минут, в течениекоторых происходящее все же можно было считать и особо изощренной ловушкой сжирненьким живцом. Однако так и не последовало сигнала о том, что к оврагуукрадкой подтягиваются основные силы. Те, кто был во внешнем кольце, такогосигнала не подали. А значит, дичь не подозревала о планах охотников. Напряжениебыло таким, что, кажется, дышать перестали…

Суданцы сняли растяжки и отключили «сигналку». Пришедшиепочти не разговаривали – все, надо полагать, было четко расписано заранее.Майору даже не нужно было подавать сигнал к началу операции – пришедшие самидолжны были его дать конкретными действиями…

По обоим концам оврага встали часовые – в одной стороненезнакомый обормот, в другой – Заурбек. Суданцы, проворно сбросив высокуюмаскировочную сеть, уверенно направились в полумрак пещерки.

И там, в этом полумраке, почти целиком заполненном громадойбронетранспортера, их встретили Сергей с Доктором, о чем никто снаружи неподозревал… Все произошло и тут же кончилось в течение пары секунд.

Пятеро остававшихся на дне оврага отступили метров надесять, когда в пещерке оглушительно заревел мотор и наружу повалилиотработанные газы. БТР, дернувшись, проворно выполз на свет божий, под толстымиколесами похрустывали мелкие камешки, и ни одна живая душа не моглапредполагать, что внутри новехонькой стальной громадины сидят совершенно другиелюди.

Рассвело. Тумана почти не было, только промозглый горныйхолодок. Бронетранспортер, уверенно фыркнув мотором, проехал еще пару метров,остановился.

И полоснул из пулемета над головами стоящих – длинно, справаналево, осыпав их сухими фонтанами земли.

Пятеро рухнули наземь с быстротой бывалых людей, непривыкших даже при столь неожиданном раскладе терять секунды зря. И тут же сухохлопнули две снайперки, отправившие обоих часовых наверху прямехонько в цепкиеобъятия в заправдашних Мункара и Накира.

Первым ожил незнакомый басмач, он перекатился влево, вскочил,срывая с лямки «лифчика» гранату, но сверху прыгнул на плечи Краб – и бородачперестал существовать. Ваня-мать его-Абдаллах так и распластался, тщательноприкрывая голову ладонями, ногой отпихивая свой автомат и вопя что есть мочидля надежности:

– Пион!!! Пион!!! Пион!!!

Краб легонько ткнул его носком высокого ботинка под дых,чтобы не производил лишнего шума. И вместе с майором навалился на Аль-Бакра. НаДжинне уже сидел Каюм, успевший сделать свою часть работы в течение считанныхсекунд.

Кому-то все происшедшее могло показаться простым и легким –ну да, если не знать всего предшествовавшего. Никак нельзя сказать, что имповезло, – они выиграли короткую схватку как раз потому, что вся прошлаяжизнь их к тому готовила, вела, учила…

Майор Влад распоряжался почти без слов, однимивыразительными жестами. Бронетранспортер с ревом проворно выехал наверх, чтобыв случае каких-нибудь неожиданностей показать всю свою огневую мощь. Двое спулеметами залегли по краям оврага – с теми же целями.

На сей раз обошлось без вульгарных веревок: для Джинна былиприпасены две пары персональных наручников, а запасная пара оказалась тоже какнельзя более кстати, чтобы украсить запястья и щиколотки Аль-Бакра. Пиона небыло нужды пеленать – он стоял навытяжку с невыносимо радостной рожей, готовыйисполнить любой приказ, отмыться, покаяться, горы свернуть… На него и вниманияне обращали – куда денется, сволочь…

Джинн, уже пришедший в себя, издал нечто среднее меж стономи мычанием, прямо-таки взвыл от бессильной злости – ну, вполне естественнаяреакция человека на самый крупный в своей жизни проигрыш, пусть его… Костя –одни глаза сверкали на испачканной землей физиономии – перевернул его на спину.Извлек из нагрудного кармана ломтик завернутого в целлофан, волглого, размякшегосала. Быстренько сорвал обертку и запихнул гостинец Джинну в рот, ласковоприговаривая:

– Жри, подлюга, чем богаты… От сердца отрываю… – И,зажав двумя пальцами пленному нос, рявкнул: – Жуй, сука, кому говорю!

Джинн поневоле делал судорожные глотательные движения.

– Не подавится? – с живым интересом и нешуточнойзаботой поинтересовался Краб.

– Не-а, – ликующе ответил Костя, в котором, как иу остальных, дикой волной бушевали получившие выход эмоции. – Я емутоненько нарезал, сглотнет… опа! опа! хорошо пошло…

– Дети малые! – послышался окрик майора. – Поместам!

Только тогда они неохотно бросили потчевать гостя, занялипозиции. Все было в порядке, стояла тишина, порывами налетал пронзительныйветерок, и все были живы, и была победа…

– Эй! – окликнул Каюм Славку, торчавшего саппаратурой наготове на случай неотложной надобности. – Матюгальниквключай, быстро!

Славка до всего происшедшего и не подозревал о существованииКаюма и его подлинной сущности, но, будучи парнем неглупым, все просекмоментально, видел же, что этого злого ваххабита никто не режет и не вяжет,наоборот, относятся как к своему. Но тем не менее порядка ради сначалавопросительно взглянул на майора. Тот кивнул. Славка щелкнул переключателями.

– Вот тебе частота, голуба, – сказал Каюмустало. – Пока не поступит подтверждение, повторяй, что твой попугай:«Внимание, цунами!»

Радист кивнул, сноровисто настроился на указанную частоту.