Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 2 - Артём Март

— Деньги? — Спросил я.

— Ну да, ща.

Толстый сделал вид, что полез в карман на груди, но в следующее мгновение вскинул ТТ. Хлопнуло второй раз. Я почувствовал сильный удар в грудь. Воздух в одно мгновенье вышел из легких. А потом земля ударила меня в спину.

— Идиот, мля, — услышал я голос Лысого, а потом бандит рассмеялся.

— Суки… — прохрипел я, слабо шевелясь среди сухой травы.

— Не твое это, фраер, стволами барыжить, — хмыкнул толстый.

— Ага. Не можешь срать, не мучай жопу, — добавил, все еще смеясь лысый.

Потом я замер. Закрыл глаза.

— Мож в голову еще разок? — Послышалось сверху.

— Да не. И так сдохнет. Я в сердце целился. Че на него лишнюю пулю тратить? Пригодится.

Потом раздались шелестящие шаги. Они все удалялись и удалялись. Наконец, затихли, когда братки достигли дороги.

Грудь сильно ныла. Я поморщился от боли, но не спешил вставать. Только открыл глаза. Землистый запах влажной у корней травы щекотал нос.

Лежать так мне пришлось недолго. Спустя пару минут вдали я услышал крики.

— Лежать! Мордой в землю, суки!

— Кому сказали, лежать!

Я медленно встал. Покривился от боли.

— Сука. Ребро, ведать, треснуло, — пробурчал я.

Расстегнув пробитую куртку, я вытряхнул из-под свитера почти что не тронутую пулю. Задрал свитер, рассмотрел неприятный округлый кровоподтек на груди, над самым сердцем.

— Падлы. Все же решили стрелять.

Потом я посмотрел вдаль. Там, у девятки, тех двоих уже брали маски шоу. Омоновцы крутили бандюганов. Вели их куда-то вдоль хат, на соседнюю улицу. Ко мне торопливо шли двое в штатском.

— Гля на него! Живой! — Крикнул один и перешел на бег трусцой.

Следом за ним побежал и второй. Приблизившись, первый — невысокий остроносый мужчина со светлыми, очень редкими волосами и глубокими залысинами у висков, замер. Другой, повыше, но полноватый, с пузиком остановился за его спиной.

— А где Корзун? — Удивившись, спросил лысоватый, явно прибывая в замешательстве.

Потом, будто опомнившись, снова побежал ко мне.

— В тебя стреляли, куда попали? — Опустился он рядом со мной.

— Во, — показал я ему место, куда угодила пуля.

— Ты смотри, — удивился мужик. — Не пробила. Как так вышло?

— Я уменьшил навес пороха в патронах, — покривился я. — Подстраховался. У бандосов точно бы возник соблазн хлопнуть меня на месте не заплатив.

Эту идею подал мне Степаныч, у которого дома как раз сохранился станочек для снаряжения патронов. Вместе мы разрядили магазин ТТ, верхний патрон оставили полным, чтобы у братков не возникло сомнений. Следующая тройка, а вместе с тем и тот, что я носил в кармане, сделали маломощными, убрав лишний заряд.

— Скорая нужна? — Опустился рядом с первым мужиком и второй.

— Не, — покачал я головой.

Они было хотели помочь мне подняться, но я отмахнулся, встал сам.

— Ты знаешь Корзуна? — Спросил мужик с залысинами.

— Друг мой это.

— А где он сам?

— Я за него. Лежит в больнице с простреленной ногой.

— Вот как. Ну хитро придумал, — заулыбался лысоватый, — смекалка что надо работает.

Я помнил этого человека с залысинами по описаниям Жени. Это был оперуполномоченный нашего городского отделения милиции по фамилии Шелкопрядов. Оперативно-разыскной отдел. Второго, что был попухлее, я не знал.

Женя предупредил меня, в чем была суть дела. Он знаком с Шелкопрядовым, с того самого момента, как с его племянником случилась беда. Шелкопрядов был в курсе этого дела — вел оперативную работу среди неформальных молодежных банд, набирающих популярность у подростков в последнее время. Речь шла в основном о националистах-радикалах. Попросту говоря, о всяких нацистах, фашистах, родноверах и прочих подобных течениях. Уже тогда я смекнул, что к чему. Ведь еще из прошлой жизни знал, как, в конце концов, кончит племянник Жени.

Женя же, договорился с Шелкопрядовым о том, что проведет сделку по продаже оружия с этим двум дебилам, а милиция возьмет их тепленькими, с поличным. В обмен на этом Шелкопрядов обещал подкинуть ему какую-то важную информацию.

В милиции с людьми сейчас было туговато, и направить своего, под прикрытием, они так и не смогли, хотя Шелкопрядов долго и упорно на этом настаивал. В итоге вышли из положения таким вот необычным образом.

— Надо же, — покивал Шелкопрядов. — Даже и не думал я, что кто-то до такого додумается. Уменьшить навес пороха. Ты воевал, что ли?

— Нет, но дружу со многими ветеранами из Афгана, — сказал я.

— Я думал, все пройдет четко, — проговорил полный. — Без стрельбы.

— Эти оказались ваще отбитыми, — нахмурился Шелкопрядов. — Тут, в двух шагах, люди живут, а они стреляют. Решили купить левый ствол. Бизнесмена какого-то хлопнуть хотели. Но благодаря тебе преступление мы предотвратили.

— Всем по фигу на стрельбу. Такие времена, — пожал плечами я.

— И то верно. — Вздохнул Шелкопрядов. — А тебя как звать? Смелый, раз решился на такое дело. Корзун, он же ваще, как стальной. Рожа такая, что непонятно, радуется он или грустит. Самообладание — кремень, хоть и молодой. Но ты, я смотрю, еще крепче будешь. Чуть не помер, а смотришь так, что ни одна мышца не дрогнет.

— Летов я. Витя Летов.

— Знакомая фамилия, — нахмурил пышные брежневские брови пухлый. — Мы с тобой раньше не виделись?

— Мужики! — Послышалось вдруг от дороги.

Мы все обернулись на зов. Там в полном боевом снаряжении стоял омоновец. Лицо он скрывал за маской, а на груди, стволом вниз, держал АК.

— Ну вы идете? Там этих двоих придурков надо оформить.

— Иди Леша, — сказал Шелкопрядов. — Я догоню.

Пухлый посмотрел на меня с каким-то подозрением в маленьких блестящих глазах, но все же зашагал вслед за омоновцем.

— Ну ладно, — посмотрел я на Шелкопрядова, — Что вы должны были рассказать Жене в обмен на его помощь?

Глава 26

— Оперативная информация, — сказал Шелкопрядов. Служебная. Но я обещал Корзуну достать ее в обмен на то, что он согласится пойти на это дело под прикрытием.

— Какого рода информация? — Спросил я, заглянув оперу в глаза.

Его худощавое