Инструктор. Глубина падения - Андрей Воронин

– Элен!

Паршин, сделав пару глотков, едва не утратил дар речи. Вошедшая женщина в зеленоватом восточном одеянии и наполовину закрытым лицом то ли из-за плохого освещения, то ли из-за того, что у него болела и кружилась голова, как две капли была похожа на ту, что недавно явилась к нему в офис и оставила коробку, в которой оказались ручки парней с «Дракона». Но ведь Лиза, его секретарша, сказала, что та девушка, которая закрыла его своим телом и спасла ему жизнь, умерла в больнице…

– Кто вы? – в ужасе спросил Паршин.

– Кто я?! – спросила незнакомка с вызовом. – И ты, Паршин, еще спрашиваешь, кто я?

– Где я? – опять спросил Паршин.

– Там, где тебе место. В подвале, с крысами, – сказала девушка еще более жестко.

– Кто вы и что вам от меня нужно? – продолжал Паршин, чувствуя, что с каждым словом его голова болит все сильнее и сильнее.

– Паршин, об этом надо было спрашивать, и не только у меня, много лет назад, – сказала Елена и добавила: – А теперь тебе поздно выяснять. Теперь я буду у тебя спрашивать. А ты – отвечать. Иначе мои парни заставят тебя и заговорить, и закричать. То есть сначала закричать, а потом заговорить.

– Что вам нужно? – повторил Эдвард Паршин.

– У меня, точнее, у нас к тебе, Паршин, два вопроса, – сказала Елена. – Во-первых, ты должен сказать, где сейчас мальчик.

– Какой еще мальчик?! – не понял Паршин.

– Митя Грановский, сын твоего друга, – продолжала Елена. – Мы знаем, что ты его похитил.

– Грановский? Митя? – пожал плечами Паршин, попытавшись скептически хмыкнуть. – Первый раз слышу!

– Сейчас и увидишь и услышишь! – разозлилась Елена.

– Ты там еще про какой-то второй вопрос говорила, – тоже переходя на «ты», поспешил перевести разговор на другое Паршин.

– Хорошо, думай, на какой вопрос будешь отвечать сначала, – сказала Елена и, едва сдерживая эмоции, добавила: – У тебя есть папка с документами, очень ценными для нас. Где она?

– Какая еще папка?! – возмутился Паршин. – Что за чушь ты несешь?! И вообще, пока не скажешь, кто ты, никаких разговоров быть не может!

– Чушь, говоришь?! – не сдержалась Елена. – Привет от «Дракона»!

Головная боль стала совсем невыносимой, и Паршин сделал еще один глоток из бутылки.

– Заберите у него воду и делайте что хотите, но чтобы он, наконец, заговорил! – сказала Елена и вышла, оставив Паршина с двумя чернобородыми парнями явно бандитского вида.

Один из них тут же вырвал у него из рук воду, а другой с силой ударил сначала под дых, а потом в лицо. На какое-то мгновение Паршину показалось, что от удара головная боль притупилась, но потом он попросту потерял сознание.

Он пришел в себя, чувствуя, что кто-то поливает его водой.

Открыв глаза, он увидел Елену. Она что-то говорила парням на каком-то незнакомом наречии.

– Ну что? Будешь говорить? – спросила Елена.

Эдвард Паршин кивнул.

– Где сейчас мальчик, которого ты похитил, где сейчас Митя Грановский? – спросила Елена.

– Но я не знаю этого… – пожал плечами Паршин. – Я правда не знаю.

– Может, чтобы ты вспомнил, повторить? – жестко спросила Елена. – Или ты скажешь, что не похищал его?

– Да, мои люди его похитили. То есть его и его сестру там или няню… Они жили у меня в загородном доме… – начал Паршин.

– Зачем ты это сделал? – спросила Елена.

– Я вынужден был так сделать! Она сама, сама виновата! – облизывая пересохшие губы, сказал Паршин.

– Кто? – спросила Елена.

– Я не знаю, кто ты и какое отношение имеешь к «Дракону»! Но ты здесь что-то говорила про папку. Так вот папка с документами сейчас у Евы Грановской. Да, у меня есть несколько ничего не значащих бумажек. Но главные документы у Евы Грановской. А она не хочет мне их отдать. Хотя это не ее документы. Они принадлежат мне. Просто я отдал их на хранение моему другу Сергею Грановскому, который недавно погиб. И я хочу вернуть то, что принадлежит мне по праву…

– По какому такому праву?! – взвилась Елена.

– Но для Евы эти бумажки все равно не имеют никакого смысла.

– А для тебя имеют?!

– Я хотя бы знаю, что с ними делать, – вытирая рукавом окровавленное лицо, высокомерно заметил Паршин.

– Не уходи от ответа! – прикрикнула Елена. – Где мальчик?!

– Я же говорю: не знаю! Я, вернее мои люди сначала взяли в заложники Еву Грановскую, но она убежала… Или ее похитили… Изрезали моих ребят и похитили. А потом… Я просто вынужден был взять этого мальчишку.

– Зачем? – наступала Елена. – Ведь ты же знал, что он понятия не имеет ни о каких документах.

– Я хотел с его помощью вынудить Еву отдать мне папку.

– Где ты их держал?

– Этот мальчишка, Митя, и его сестра-нянька Лика жили у меня в загородном доме. Их кормили, за ними ухаживали… Потом я поехал на работу, а их выкрали. Мой охранник до сих пор в больнице. Горло, правда, ему не перерезали. Но очень сильно избили.

– Так кто их, по-твоему, похитил?! – спросила Елена.

– Валентина… моя помощница по хозяйству Валентина сказала, что это сделали немцы…

– Какие еще немцы?! – явно не поверила ему Елена.

– Могу предположить… – произнес Паршин, кое-то мгновение задумавшись о последствиях, которые может вызвать его признание.

Однако, учитывая, что сейчас главным для него было поскорее выбраться из этого подвала, чтобы успеть получить новый паспорт и изменить внешность, Крафта можно было и нужно было сдать. Но… Паршина даже бросило в пот. Он ведь понятия не имел, сколько пролежал в подвале. И теперь не знал, день сейчас или ночь… А ведь у них запланирована переброска груза. И Шац должен привезти ему новый паспорт…

– Ты чего завис?! – опять довольно грубо прикрикнула Елена. – Что за немцы украли Митю?!

– Крафт, – сказал Эдвард Паршин, – господин Крафт. Мой немецкий партнер. У нас с ним общий проект, гуманитарный. А у него такая система: когда он работает с новыми иностранными партнерами, для большей надежности его люди берут в заложники их родственников.

– Что ты мне лапшу вешаешь?! – возмутилась Елена. – Какой же Митя Грановский тебе родственник?!

– В том все и дело… Его люди перепутали. Они проникли в мой дом и забрали Митю и Лику в заложники, думая, что они мои дети… – прошептал Паршин едва слышно.

Боль на минуту как бы притихла, а теперь вернулась и сжала голову с новой силой.

– И где они теперь?

– Я сам не знаю… – ответил Паршин. – Если бы знал, я бы давно его забрал оттуда. Мне мальчишка нужен больше, чем вам!