Боец 7: лихие 90-е - Валерий Александрович Гуров

«Нью-Йорк — город контрастов», — зазвучала в голове фраза из знаменитого советского фильма. Главное теперь — самому не оказаться на месте Семена Семеныча Горбункова, которого втянули в свои дела международные мафиози, а он об этом даже не подозревал.

Глава 3

Нежданная автобусная экскурсия по Нью-Йорку немного затянулась. Я даже в какой-то момент подумал, что ошибся автобусом и сел на междугородный маршрут. Вот как приеду в соседний штат, которого даже названия не знаю! Конечно, посмотреть разные регионы было бы интересно, но прилетел я сюда всё-таки не для этого.

Но нет. Автобус остановился на своей конечной станции, и я вместе со всеми вышел из салона. Призвав на помощь все свои знания в английском языке, я подошёл с запиской к водителю.

— I need this (далее Английский будет заменен русским), — я ткнул пальцем в адрес на бумажке. — Это здесь?

— Да, — заулыбался водитель. — Вы все правильно говорите.

— Спасибо, — немного растерянно сказал я.

Одна из пассажирок, вышедшая из нашего автобуса, в ответ на мое такое же тыканье пальцем в записку махнула рукой куда-то вперёд. Из отдельных слов, которые мне удалось разобрать, я понял, что мне нужно пройти немного в указанную сторону. Там-то я и обнаружу нужную мне гостиницу. Я поблагодарил ее и стал осматривать окрестности.

Увиденное меня обескуражило. Стоявшие в несколько рядов, словно палатки на рынке, одноэтажные здания, на фоне которых несколько двухэтажек смотрелись чуть ли не небоскрёбами, огромные кучи мусора, из-за которых иногда было сложно различить входные двери домов, развешанное прямо посреди улицы белье, слоняющиеся тут и там грязные, оборванные чернокожие люди с явно обдолбанными лицами… В двадцать первом веке блогеры-экстремалы будут мотаться по заброшенным и полузаброшенным городам — снимать «жёсткая». Сюда бы их на пару деньков поместить. Да хотя бы на один. Впечатлений на всю жизнь бы хватило.

Все это резко контрастировало с увиденным в центре города. А главное — напрочь не соответствовало моим представлениям о том, как солидная принимающая сторона, нацеленная на долгосрочное международное сотрудничество, встречает потенциальных деловых партнёров. Что-то не то явно…

«Ну и дела» — совсем по-виннипуховски подумал я. — «Что это за место такое? И почему моя гостиница располагается в этих трущобах? И, кстати, где она? Уже полулицы прошел, а ничего похожего пока что не видно. И почему меня даже здесь, на конечной остановке автобуса, никто так и не встречает?»

Может американские товарищи переобулись на ходу, пока я в их Америку летел? Или, допустим, от меня решили таким образом избавиться, чтобы на время «не мешался»? Отправить восвояси вроде как с почетной миссией — да и дело с концом. А дальше — пришибут где-нибудь возле притона, и кто там будет разбираться, кто я, с какой целью приехал… Сюда полиция-то лишний раз носа не сунет, спишут как неопознанный труп да и все.

Мысли были разные, не все комфортные, но взвесить следовало разные варианты. Я задумался, оглядываясь.

Нет, бред какой-то. Пора детективы начинать писать. Хотели бы от меня избавиться — тюкнули бы по башке в подъезде, когда из ресторана подвыпивший возвращался, и всех делов. Телезвезда напилась и ввязалась в пьяную драку. Эка невидаль. Ах, как жаль, светлая память, навсегда в наших сердцах. Дёшево и сердито. И с заграницей связываться не надо. А раз уж я здесь… значит, действительно надо выяснить, как я должен приступить к делу. В конце концов, где наша не пропадала! Я, между прочим, не растерялся, даже когда очутился не в своем теле не в свое время, а теперь уж жаловаться и вовсе ни к селу, ни к городу.

— Хей, мазафака! — раздался вопль, и в метре от меня просвистела запущенная кем-то бутылка. Я резко оглянулся. Неужели мне и здесь нужно будет постоянно отбивать атаки каких-то маргиналов?

Но в данном случае я был ни при чем. Двое чернокожих мужиков выбежали во двор, судя по всему, что-то не поделив. Раздетые до пояса, со спущенными ниже этого самого пояса штанами, они орали друг другу какие-то оскорбления, после чего сцепились.

Казалось бы, банальная уличная драка — что в этом особенного? Но мой взгляд зацепился за то, как именно они дрались. Грузный мужик поднял руками вверх своего более щуплого соперника, после чего с размаху швырнул его об землю. Упавший сложился раскладушкой, но не выключился. В ответ схватил ногами шею товарища, притянул к себе, ловко перехватил шею руками и провел удушающий прием. Толстяк рухнул рядом с ним, и они схватились уже в положении лёжа.

Я с изумлением наблюдал за происходящим. Это было так непохоже на наши уличные драки! Если в России двое гопников начинали между собой что-то выяснять, то это больше всего походило на беспорядочное размахивание нижними и верхними конечностями. (Конечно, это справедливо для случаев, когда ни у кого не было при себе оружия. Если кто-то доставал хотя бы кастет, начиналось жесткое месиво, в котором разобрать, кто, кого, как и зачем, становилось уже совсем сложно).

Здесь же движения выглядели продуманными и отработанными, совсем другой стиль что ли. По сути, это был почти что профессиональный поставленный бой. Не хватало только рефери и ограждения по периметру.

«А неплохо парни работают, колоритно!» — подумалось мне. — «Если бы таких вытащить из этого дерьма да выставить на ринг — цены бы им не было. Зрелище получилось бы покруче любых боевиков. А главное — им практически ничего не надо объяснять. Видимо, они прирожденные не только музыканты и танцоры, но и борцы».

Разнимать двух драконов я не стал. Скользнула мысль, что оба товарища под наркотой. Крэк или как там называется местное зубодробительное дерьмо… Мда.

Однако что же это за район такой? Драки, бомжи, наркоманы, грязь, мусор, нищета… Может, я ошибся с адресом и попал в гетто? Я помню, как был удивлен в свой первый в жизни приезд в Москву, когда перепутал Ленинградский и Ленинский проспекты и пытался найти нужный дом… Но здесь ошибка была исключена: я спросил нужный маршрут ещё в аэропорту, потом уточнил у водителя, туда ли он едет, а потом переспросил у водителя и у женщины из числа пассажиров, там ли мы оказались. Все сходилось. Это было именно то место, которое мне обозначили.

Пока я размышлял и