Честь в огне не горит - Александр Тамоников

– Миша! Прошу тебя, не вмешивайся в это дело. Я отдам деньги – черт с ними! – и заберу Ваню. Если же ты со своими товарищами хоть как-то проявите себя, то сделаете только хуже. Ты же не хочешь, чтобы твой сын погиб?

– Вы, Борис Анатольевич, подумали, о чем спросили?

– Извини…

Шепель скосил глаза на Тимохина. Тот прошептал:

– Обещай, что не будешь вмешиваться.

– Хорошо! – сказал Михаил. – Я не буду вмешиваться. При одном условии…

– Каком?

– Вы будете информировать меня о ходе переговоров с похитителями. В полном объеме. В противном случае мне придется включиться в работу. Я не могу сидеть в неведении и ждать, когда освободят моего сына.

– Хорошо! Обещаю информировать тебя.

– Что ваша служба безопасности?

– Моим людям удалось определить место, откуда звонил неизвестный, но это ничего не дает. Он звонил из телефона-автомата на Тверской.

– Понятно… Я постоянно на связи.

– Побеспокойся о Валюше, пожалуйста!

– Непременно, Борис Анатольевич. Могли бы не напоминать…

– Извини еще раз… Я впервые в подобном положении. Голова идет кругом…

– Мой вам совет: остановите кружение головы и сконцентрируйтесь. Сейчас от ваших действий зависит жизнь Вани.

– Если бы это было легко…

– Ну, тогда отойдите в сторону, и проблемой займусь я.

– Нет, нет, Миша! Только не это! Я сумею взять себя в руки!

– Надеюсь…

Шепель отключил телефон.

– Сильно нервничает господин Туркин! – произнес Крымов. – Представляю, как ликуют похитители, общаясь с ним…

– Это то, что надо! – сказал Тимохин. – Поведение Туркина расслабляет похитителей. Если, конечно, они не ведут двойную игру…

– О чем ты, Саня? – удивленно взглянул на Тимохина Шепель.

– Да так, мысли разные в голове, не обращай внимания… До приезда Феофанова еще два часа, так что сходил бы ты лучше, Миша, в санчасть. Валентине сейчас твоя поддержка очень нужна.

– Валя станет проситься домой. А одну на хате я оставить ее не могу.

– Так отведи ко мне. Татьяна знает, что говорить в подобных случаях. Она успокоит Валю.

– Думаешь?

– Уверен! Как я раньше об этом не подумал?..

– Ну, тогда позвони жене, а то явимся как снег на голову.

– Как пепел, Миш. На улице хлопья пепла летают…

– Мне не до шуток, Крым!

– Да мне тоже…

Тимохин похлопал Шепеля по плечу:

– Ступай, Миша. Как передашь Валю Татьяне, возвращайся. Впрочем, до 15.00 здесь делать нечего, а если позвонит тесть, сотовый у тебя с собой. Только приказ: водку не пить, ни с кем из наших о похищении не разговаривать и к 15.00 быть в кабинете.

– Я сразу вернусь. С вами легче!

Пришел Шепель через сорок минут.

– Ну, как Валентина? – спросил Крымов.

– Хреново… И старается держаться, да не получается, плачет. С Татьяной встретилась – прекратила слезы лить. Надолго ли?

– Тесть больше не звонил?

– Нет.

– А ты ему?

– Попробовал, попросил не забивать линию. Да шел бы он, этот тесть… Когда же Феофанов приедет? Он должен новости привезти. Не напрасно взял тайм-аут – наверняка кого нужно на уши поставил…

– Это он может!

Ровно в 15.00 дежурный по части доложил Крымову о прибытии в городок начальника Главного управления по борьбе с терроризмом, а в 15.07 генерал вошел в штабной отсек спецслужбы. Офицеры поднялись. Феофанов поздоровался с каждым, присел на место руководителя, положив перед собой кейс. Обвел глазами офицеров:

– Да, видок у вас не ахти… Это, конечно, понятно. Но вот Шепелю пить не следовало.

Офицеры обескураженно переглянулись.

– Ну и нюх у вас, Сергей Леонидович, – выдохнул Михаил.

– А я не по запаху. Просто давно знаю тебя. Впрочем, в твоем положении и я бы, наверное, приложился к бутылке… Однако перейдем к делу. Как вы уже, надеюсь, догадались, я приехал не с пустыми руками. И первое, что хочу сказать, чтобы разрядить обстановку: мне известно, где находится твой сын, – взглянул на Шепеля генерал.

– Известно? – изумленно воскликнул Михаил.

– Откуда? – вскинулся Крымов.

– Работаем, Вадим Петрович, работаем! – Генерал повернулся к Шепелю: – С Иваном все нормально, бандиты доставили его в особняк, где содержится Гординец. Информация подтверждена ребятами из группы «Гид», ведущими наблюдение за объектом у реки Руда.

Шепель вскочил с кресла:

– Товарищ генерал, разрешите сообщить жене о том, что Ваня найден! А то мается сильно…

– Подожди, Миша! Я, конечно, понимаю, в каком состоянии находится Валентина, но сейчас ей сообщать ничего не надо. Она наверняка тут же позвонит отцу, а тому еще с бандитами переговоры вести… Представляешь, что он выскажет похитителям? А нам надо не только сына твоего вытащить – и мы его вытащим, – но и уничтожить банду, похитившую его и связанную с Абушером.

– Банда связана с Абушером? – спросил Тимохин.

– Так, ребятки, давайте по порядку, а то вы и меня запутаете, и сами запутаетесь. А картина с похищением вырисовывается очень интересная, так что помолчите и послушайте. Присядь, Шепель! Значит, как только вы сообщили мне о похищении, у меня тут же возник вопрос: почему только сына, а не мать с сыном? И я это в разговоре с Тимохиным озвучил. Если бандиты имели намерение получить выкуп, то взяли бы и внука, и дочь нефтяного магната. За дочь и внука они могли запросить гораздо большую, нежели пять миллионов долларов, сумму. Однако женщину оставляют в машине, зная, кто она… И тогда я подумал: а если целью похищения является не выкуп? А сумма, обозначенная Туркину, – лишь ширма, ход в затеянной кем-то двойной игре?

– Но что это за игра? – спросил Крымов. – Кто и против кого может ее вести?

– Не перебивай, Вадим, – кинул Феофанов Крымову, – без тебя собьюсь. Если бы ты знал, в какой спешке и по скольким направлениям пришлось работать…

– Извините, товарищ генерал.

– Итак, если покушение не имеет целью выкуп, тогда зачем похищали сына Шепеля? Ведь какую-то цель похитители преследовали? И тогда мне вспомнился Гординец. Да, да, наш управляющий, вывезенный из Кучинского района. Его тоже почему-то не убрали, хотя он вроде бы отыграл свое и являлся ненужным свидетелем. Первоначально Гординца доставили в Москву, на квартиру Сафара Алимова, а затем в загородный дом у Руды. Доставку осуществлял полковник Львов. Я связался с командиром отделения группы «Гид», контролирующей этот дом – и тут, признаюсь, совершенно неожиданно узнал, что в загородный особняк около 12 часов вновь приезжала серебристая «Тойота». Ребята «Гида» прослушивают дом; они слышали, как оборотень передал Глухову, охраннику Гординца, мальчика, предупредив, чтобы тот закрыл его в отдельной комнате, так как мальчонка является очень важным для Абушера «клиентом».