Сигнал бедствия - Клайв Касслер

— Предчувствие, — отозвался Питт. — Ни больше, ни меньше. Вам не следовало пытаться убить меня. Это была ваша первая ошибка.

— Очень жаль, что вам удалось выбраться из лабиринта, чтобы продлить ваше существование всего на несколько часов.

Питт безразлично взглянул в пространство позади фон Тилля и Дариуса. Зияющий черный тоннель был сейчас странно пуст, двое охранников исчезли. А пятеро охранников, которые прислонились к стене пещеры с автоматами, выглядели так же грозно как и раньше.

— Ваш торжественный прием приводит меня к заключению, что вы нас ждали, — тихо проговорил Питт.

— Разумеется, мы поджидали вас, — уверенно произнес фон Тилль. — Добрый друг Дариус проинформировал меня о вашем предстоящем визите. Точное время стало ясным, когда Первая Попытка начала подозрительные действия: ни один капитан в здравом уме не подведет свой корабль так близко к скалам Тасоса.

— Так сколько же сребренников заплатили Дариусу за предательство?

— Точная сумма вряд ли вас заинтересует, — сказал фон Тилль. — Дело в том, что Дариус находится на моей службе уже десять лет. Вы можете заметить, что наше сотрудничество основано на полной взаимной выгоде.

Питт взглянул в угольно-черные глаза Дариуса:

— Неважно, как ты докатился до предательства, но этот шаг делает тебя законченным подлецом. Вот в чем ваша вторая ошибка, фон Тилль. Использование такого скользкого гнусного таракана, как эта бестия Дариус, непременно приведет к обратным результатам.

Дариус затрясся от злобы. Маузер задрожал в его огромном кулаке, он казался невероятно длинным и был нацелен прямо в живот Питта.

Фон Тилль устало покачал головой:

— Раздражая Дариуса, вы только приближаете наступление своей смерти.

— Какая разница. Вы в любом случае собираетесь нас убить.

— Опять предчувствие, майор? Оно хорошо вам служит. — Фон Тилль говорил весело. Слишком весело, чтобы Питт мог усомниться в его намерении.

— Я ненавижу сюрпризы, — язвительно заметил Питт. — Как и когда?

Фон Тилль с подчеркнутой педантичностью отодвинул рукав и внимательно посмотрел на циферблат своих часов:

— Через одиннадцать минут, если быть точным. Это все время, на которое вы можете рассчитывать.

— Почему не сейчас? — рычал Дариус. — Зачем ждать? У нас есть и другие дела.

— Спокойно, Дариус, — урезонил его фон Тилль. — Мы можем использовать лишние руки, чтобы погрузить наши припасы на борт подводной лодки. — Он взглянул на Питта. — Из-за вашего ранения вы, майор, освобождаетесь. Остальные ваши люди могут начинать переносить снаряжение, которое вы видите в доке, к первому люку.

— Мы не работаем на мясников, — ровно и спокойно ответил Питт.

— Очень хорошо. — Фон Тилль обратился Дариусу. — Прострели его левое ухо. Следующей пулей убери ему нос. И после этого…

— Прекрати, старый кровожадный немец. — Слова срывались с губ Вудсона. — Мы загрузим твою проклятую лодку.

У них не было выбора. И у Питта не было выбора. Он только мог беспомощно сидеть и наблюдать, как Спенсер и Герсон начали разбирать небольшую гору деревянных ящиков на пирсе и передавать их Найту и Томасу на подлодку. Вудсон исчез в люке; только его руки время от времени мелькали над палубой, чтобы подхватить ящик. Жгучее ощущение появилось в ноге Питта. Могло показаться, что какой-то маленький человечек бегал взад-вперед по ране с факелом с руках. Раз или два он был близок к потере сознания; но каждый раз он находил силы держаться, пока не исчезали нахлынувшие волны темноты. Невероятным усилием воли он сохранял свой голос ровным во время разговора.

— Вы ответили только на половину моего вопроса, фон Тилль.

— Неужели способ вашей кончины действительно так много значит для вас?

— Как я уже сказал, я ненавижу сюрпризы.

Фон Тилль с холодной расчетливостью изучал Питта. затем он пожал плечами:

— Я полагаю, нет необходимости скрывать неизбежное. — Он замолчал, чтобы снова взглянуть на часы. — Вы со своими людьми будете застрелены. Немного жестоко и безжалостно, но я предпочитаю думать об этом, как о более гуманной смерти, особенно если сравнивать с погребением заживо.

Питт на мгновение задумался.

— Погрузка груза и снаряжения, эти люди, снимающие пулеметы с разбитого Альбатроса, — все это говорит о побеге. Вы сматываете удочки, фон Тилль, и пытаетесь незаметно ускользнуть. После того, как вы выберетесь отсюда, через одну минуту, пять минут, а может, даже через полчаса раздастся взрыв и скроет пещеру под тоннами скал, похоронив нас шестерых и уничтожив всякое свидетельство ваших контрабандных операций.

Фон Тиль с изумлением и подозрением взглянул на Питта.

— Продолжайте, майор, я нахожу ваши размышления крайне разумными.

— Вы работаете по очень плотному графику, и вы испуганы. Под нашими ногами, под этой палубой находятся сто тридцать тонн героина, погруженного на подлодку в Шанхае и провезенного по Индийскому океану и через Суэцкий канал кораблем Минерва Лайнс. Я вынужден оставить его вам; кто-нибудь еще попытается тайком протащить героин в Соединенные Штаты через задворки и без особого шума. Но не так, как Бруно фон Тилль. Лучшие агенты с Мадисон-авеню вряд ли смогли бы сделать лучше столь профессиональную работу, им объявили о нелегальном грузе Королевы Артемизии и пункте назначения. Это была умная мысль. Но даже то, что агенты ИНТЕРПОЛа в конце концов раскрыли вашу подводную систему транспортировки, не имеет большого значения. Их взгляды все еще обращены к Королеве Артемизии. Вы следите за моей мыслью?

Они стояли молча, и в ответ не прозвучало ни утвердительной. ни отрицательной реакции.

— Как Дариус несомненно проинформировал вас, — продолжал Питт. — инспектор Закинтас и Отдел по борьбе с наркотиками тратят свое время и усилия, готовя ловушку для корабля к моменту, когда он доберется до Чикаго. Я содрогаюсь от мысли, какие ругательства будут раздаваться над озером Мичиган, когда они не обнаружат ничего, кроме прекрасно отработанных актерских улыбок экипажа корабля, а в трюмах не будет ничего, кроме какао с Цейлона. — Питт остановился и поудобнее устроил свою раненую ногу. Он заметил, что Найт и Томас присоединились к Вудсону, забравшись в люк. Затем он продолжил.

— Это, должно быть, огромное удовольствие — знать, что ИНТЕРПОЛ приготовил тебе приманку, крюки, ловушки. Они совершенно не ведают, что подводная лодка и героин исчезли прошлой ночью. Груз будет перевезен на другом корабле Минерва Лайнс, который проследует позднее. Этим кораблем, кстати, должна оказаться Королева Джокаста, следующая в Новый Орлеан с грузом турецкого табака, которая собирается бросить якорь в миле отсюда в ближайшие десять минут. Вот почему вы испуганы, фон Тилль. У вас мало времени, и вам приходится идти на огромный риск, загружая ваш корабль среди бела дня.