Конец света отменяется - Альберт Байкалов

Вскоре вошли Таня и Назарбек.

– Ты зачем кричишь в ванна?! – с ходу набросился на нее Бамат. – Весь дом слышит.

– Брось, – она сделала вид, будто ей это до лампочки. – Кому мы нужны? Здесь одни алкаши живут.

– Еще раз услышу, будешь жалеть! – рассвирепел Бамат и бросил взгляд на Назарбека. Верона поняла: если бы не этот чеченец, с которым у Тани одна на двоих кровать, то ей сейчас пришлось бы туго.

Таня вышла.

Быстро позавтракав, отправились на вокзал. От него Верона должна будет отправиться вдвоем с Таней. Впрочем, Бамат намекнул, что девушки не останутся без присмотра. Как он будет осуществляться, оставалось только догадываться. Но Верона не отчаивалась и была настроена решительно. Она долго думала, как лучше все организовать, и пришла к выводу, что бежать ей не стоит. В этом случае наверняка бандиты сменят адреса и залягут на дно. Еще ее беспокоила угроза родителям. Поэтому она решила, что оптимальный вариант – это сообщить о замыслах террористов милиции, а самой продолжать выполнять их требования. Она слышала, что в рамках антитеррористической деятельности подобного рода информация не остается без внимания и сразу подвергается проверке.

Время в пути составляло около полутора суток. Девушки взяли билеты в купейный вагон. Бамат уточнил места, после чего уехал. Немного послонявшись по вокзалу, они купили в дорогу пирожков, копченую курицу и несколько упаковок супов быстрого приготовления.

Деньгами их Бамат обеспечил с лихвой. Можно было всю дорогу питаться в вагоне-ресторане. Но в сумках среди вещей был груз, который нельзя оставлять без присмотра. Кроме небольшого и удобного пистолета, Верона везла спутниковый телефон для связи с Баматом и небольшой контейнер с ядом. Бамат не исключал, что он ей может пригодиться для нейтрализации охраны. Он уже допускал, что они не встретятся.

В купе, кроме них, вошла еще одна женщина. Едва поезд тронулся, она взяла белье, заправила полку и легла спать. Верона переоделась и устроилась у окна. Таня листала прихваченный в дорогу глянцевый журнал. Они отъехали от Питера уже на приличное расстояние, когда в купе заглянул милиционер. Верону обдало жаром. Отчего-то она опустила взгляд.

– Так! – протянул блюститель порядка, съевший собаку на поведении человека. – Документики, пожалуйста.

– А представляться не надо? – фыркнула Таня, развернулась и взяла с полочки свою сумочку.

Верона протянул паспорт, лежавший на столике. Милиционер пролистал его, бросил на нее взгляд, сверил с фото и вернул документы:

– Извините.

– Да ничего. – Верона осуждающе посмотрела на свою попутчицу. Та всем своим видом показывала пренебрежение. Однако милиционер вышел.

– Зачем ты так? – бросив взгляд на соседку и убедившись, что она спит, спросила Верона.

– А чего они шляются?

Дальше ехали молча. Верона смотрела в окно, перебирая в уме варианты, как дать о себе знать милиционерам. Неожиданно ее осенило: проводник! Смазливая девушка в униформе сразу возникла перед глазами.

Она покосилась на Таню. Та по-прежнему листала журнал.

Верона вышла из-за столика:

– Я в туалет.

– Зачем говоришь? – удивилась Таня.

Верона вышла в коридор. В проходе стояли несколько человек. Протиснувшись между ними, она направилась в сторону купе проводников.

Девушка сидела за столиком и рассовывала по кармашкам кожаной сумки сложенные билеты.

Верона с опаской посмотрела назад и шагнула в купе. Девушка подняла на нее взгляд:

– Вы за чаем?

– Да, – Верона часто закивала.

– Идите, сейчас принесу, – заверила та.

– Нет, – Верона замотала головой. – Я сама.

– Красавица! – рявкнули над самым ухом, отчего Верона вздрогнула и обернулась.

Грузный мужчина с огромным животом заполнил все пространство прохода между ней и титаном.

– Минералка есть? – между тем продолжал он, не обращая внимания на Верону.

– Да.

– А сок?

– Вам какой?

– А покажите. – Он стал протискиваться в купе.

Верона была готова расплакаться. Она и так уже достаточно долго отсутствовала.

– Позвольте, я выйду! – Она протиснулась между отступившим назад мужчиной и вышла в тамбур.

С минуту постояв, глядя через окно на мелькающие вдоль полотна сосны, вернулась назад.

– Так вам чай или кофе? – узнав ее, обрадовалась проводница.

– Мне чай, – кивнула Верона и выглянула в коридор. В ее направлении двигался еще один мужчина.

– Секундочку! – проводница открыла шкафчик и стала звенеть стаканами.

– Девушка! – Верона подергала ее за рукав форменной рубашки. – У меня беда. Вы должны меня выслушать.

– Минуточку! – Поезд дернулся, и проводница полетела назад, в последний момент успев схватиться рукой за дверь.

– Послушай! – отчаявшись, Верона схватила ее за запястье. – Я заложник. Меня похитили террористы. Нужно сообщить милиции. Пусть подсадят ко мне переодетого сотрудника. Это важно! В Санкт-Петербурге готовится крупный теракт.

Проводница оперлась о столик и во все глаза уставилась на странную пассажирку.

– Ты поняла?! – Верона рассвирепела. Ее привело в бешенство это глупое выражение лица.

– А почему ты сама не скажешь? – удивилась девушка.

– За мной следят!

– Кто это за вами следит, гражданочка? – раздался за спиной грудной женский голос.

Верона обернулась.

Бальзаковского возраста дородная дама с одутловатыми щеками и высокой прической черных, с проседью волос удивленно смотрела на нее сверху вниз.

– Вам не в милицию, к врачу надо!

Верона окатила ее с ног до головы испепеляющим взглядом. На женщине был домашний халат и тапочки.

– Шли бы вы своей дорогой! – захлебываясь от негодования, прошипела Верона и бросилась прочь.

– Почему так долго? – Взгляд Тани был настороженно подозрительным.

– Искала, кому вложить, – выпалила в сердцах Верона.

– Ладно, не злись, – уже более миролюбиво проговорила Таня. – Бамат звонил.

– И что ты ему сказала? – насторожилась Верона.

– Ничего, – она пожала плечами. – Может, перекусим?

– Давай, – согласилась Верона, вспомнив про лапшу быстрого приготовления. Она не хотела есть. Тем более после состоявшегося скандальчика у проводника. Но появившаяся возможность повторить попытку разговора вдохновила ее.

Она взяла контейнера и снова вышла в коридор.

– Прошло? – Едва она подошла к титану, в открытых дверях появилось личико проводника. Она словно почувствовала Верону издалека.