Братство спецназа - Сергей Самаров

– Два заказных убийства. В первом случае…

– Толстяк.

– Да. С ним убиты телохранитель и, как мы предполагаем, свидетель. У всех троих – пуля между глаз.

– Это как раз тот уровень информации, который до меня дошел. С некоторыми комментариями в виде сплетен. Такое тебя мало должно интересовать, потому что сплетни фактами не подпираются. Рассказывай дальше.

– На следующий день на улице Коммуны…

– Ограбление инкассаторов обменного пункта. Десять тысяч долларов.

– Нет. Ограбления не было. Убит владелец фирмы. А с ним попутно телохранитель и снова свидетель. На этот раз – бухгалтер. И опять точно такой же автограф – пуля между глаз. У всех троих.

– Красиво, ничего не скажешь…

– А часом раньше в гаражном кооперативе убиты еще два человека – опять пуля между глаз – и угнан старенький «Запорожец». Один из убитых – милиционер. По показаниям жены убитого, у того всегда на передней панели лежала фуражка. Чтобы своего видели сразу и лишний раз не останавливали. Есть предположение, что киллер воспользовался этой машиной для маскировки. У нас как-то принято считать, что на «Запорожцах» только лохи ездят. Опасности ждут от машин покруче, посерьезнее…

– Остроумно.

– Кстати, эту версию с «Запорожцем» предположил Дым Дымыч. Мы его для консультации приглашали.

– Еще остроумнее.

– Не понял? – сразу насторожился Оленин.

– Это я шучу так нестандартно. Я иногда сам своих шуток не понимаю. Не обращай внимания. Продолжай.

– Это все.

– А десять тысяч баксов?

– Там было двести десять тысяч. Десять настоящих и двести фальшивых. Их продавали через обменный пункт. Чтобы не было подозрений – вперемешку с настоящими.

– И это тоже остроумно. А куда они делись, если не было ограбления?

– Подобрал случайный человек. Потом попал в вытрезвитель, там его вычистили, и мент побежал баксы сдавать. Там и попался. Жадность и низкая зарплата сержантика сгубили. Что скажешь?

Гагарин вновь достал бутылку со стаканом и налил себе еще немного. Но пить пока не стал. Только на свет рассмотрел благородный напиток.

– Ничего не скажу. Только спрошу. На кой черт ты мне все это выкладываешь? Ты считаешь, что это я – киллер? Вот уж остроумнее не придумаешь.

Доктор Смерть посмотрел Оленину прямо в глаза. Уже не через стакан с коньяком. Посмотрел насмешливо, как уверенный в себе человек. И Николаю Сергеевичу показалось, что он зря пришел сюда. Ничего он не добьется от отставного майора Гагарина.

– Я не случайно начал наш разговор с сообщения о беседе с Асафьевым.

– Я догадался, что не случайно. Но, как человек терпеливый, трепетно жду разъяснений.

– Асафьев сообщил мне новость о твоей действительной работе. И я подумал, что у тебя, возможно, есть какие-то сведения по этим убийствам. Он думает, что они могут быть как-то связаны с проводимой тобой сейчас операцией.

– Я не занимаюсь киллерами. Если Асафьев в курсе моих дел, что вообще-то для меня весьма прискорбно услышать, то он должен знать мой профиль – наркота.

– Но это может быть связано?

– Я связи не улавливаю.

– Толстяк работал с азерами.

– Мне это ничего не говорит.

– Седой реализовывал баксы таджиков.

– Это уже ближе к теме, но опять не вижу прямой связи. Моим таджикам сейчас рисковать нежелательно. Они крупно завязаны в другом деле. И есть большое сомнение в том, что там и там действует одна группировка. Хотя я могу и это предположить, потому что их положение сейчас не из легких.

– Значит, ничем мне не поможешь?

Доктор выпил.

– Не знаю, чем могу помочь. Впрочем, завтра я встречаюсь со своим осведомителем. Он из уголовной среды. Информированный. Из тех, кто близко от авторитетов ходит, но горшки им не подносит. Не «шестерка». Спрошу. Если будут новости, я тебе позвоню. Но, учти, не бесплатно.

Оленин вопросительно поднял брови.

Доктор Смерть нажал кнопку на селекторе.

– Люда, что с Алферовым?

– Пока без изменений.

– Ты, Николай Сергеевич, должен по своим каналам проверить. У меня пропал человек. Мой проверенный агент. Кстати, наш брат – афганец. Сержант из десантуры Юра Алферов. Пропал в момент, когда он мне очень нужен. Он плотно работал с таджиками с базара. Собирает сведения. Недавно таджики вычислили его парня. За самим Юрой был «хвост», но он легко оторвался. А сейчас пропал.

– Ты хочешь, чтобы я объявил его в розыск?

– Нет. Пока нужна только неофициальная проверка. Боюсь, что с парнем что-то случилось.

– Хорошо. Я попытаюсь проверить. Милиция, морги, осведомители… Большего неофициально взять на себя не смогу.

– У него «Гранд-Чероки», номер…

Доктор написал на бумажке номер машины Алферова.

– Что будет, сообщу. Когда ждать твоего звонка?

– Завтра после обеда.

Оленин встал. Даже такой результат его устраивал. Пока он просто наладил канал связи с резидентом Интерпола. Это уже много. А вот что даст само расследование и вообще каков будет результат расследования – это уже покажет время. И оно же покажет, насколько тесно можно будет сотрудничать с международной полицией и какую пользу из этого сотрудничества извлечь. Для дела и для себя, для собственной карьеры.

Оленин ушел, пожав на прощание руку. И даже постарался не поморщиться, освободив кисть из лапищи Доктора. А Доктор, это было заметно, сжал ее со злостью. Ему не по нраву пришелся визит следака и осведомленность посторонних о его делах.

Дверь закрылась, и Виктор Юрьевич снова взял в руки бутылку. Но не успел налить – щелкнул селектор:

– Виктор Юрьевич, звонит Чернов.

Доктор отставил бутылку и взял трубку.

– Слушаю, Валера.

– Мне сейчас позвонили с автобазы. Дежурный диспетчер. Контейнер с тайником вывозят. Срочно.

– Как так – вывозят? Пустой?

– Пустой.

– Но они же должны были на месте его загрузить.

– Да. Видимо, что-то изменилось. Записывай номер машины, – Валера продиктовал.

– Хорошо, собирайся в дорогу. Сейчас пришлю за тобой транспорт. Будете вести контейнер.

– Я готов.

Значит, началось какое-то действо. И самому следует поторопиться, чтобы «не отпустить вожжи».

Гагарин тут же набрал домашний номер старшего лейтенанта ГАИ Вити Аношина. Телефон был занят. Дозваниваться пришлось минут пять.

– Слушаю, – отозвался наконец Витя.