Черный город - Александр Тамоников

– По духам огонь! – крикнул Сомов.

Солдаты ударили из пулемета и автоматов. Стреляли по направлениям не целясь, да и в такой трясучке прицелиться в кого-то было просто невозможно. Фактор неожиданности сыграл свою роль. Боевики не успели сообразить, что произошло, и не применили оружие. Впереди показался пост. На нем тоже сразу не оценили ситуацию. И это спасло десантников. Алексеев накрыл пост плотным огнем из своего РПКСа. «УАЗ» проскочил мимо поста, и тогда все десантники разом ударили по боевикам. Те ответили разрозненными очередями, но было поздно: автомобиль быстро уходил к позициям российских войск.

Охранение в парке увидело издали несущийся к позициям «УАЗ», полный каких-то людей, стрелявших по боевикам. Но это могла быть провокация. А вдруг дудаевцы специально разыграли спектакль, и к парку несся автомобиль со смертниками, набитый взрывчаткой? Бойцы подразделения охранения дали предупредительную очередь. Пули легли внедолет, в десяти метрах от «УАЗа». Сомов понял: дальше сближаться с парком на автомобиле нельзя, свои же и расстреляют к чертовой матери. Там же даже не предполагают, что в парк прорывается отделение десантников. Поэтому он крикнул:

– Внимание: как «УАЗ» встанет, всем быстро покинуть машину и залечь рядом, прекратив огонь. Далее действовать по моей команде. Павлов, стой!

Механик-водитель нажал на педаль тормоза. «УАЗ», юзя по мокрой, покрытой снежной кашицей дороге, остановился. Сомов и бойцы отделения выпрыгнули из машины и тут же бросились на землю в грязь. Они находились в каких-то двадцати метрах от позиций российских войск. И тут очухались боевики, открыв по «УАЗу» и охранению массированный огонь. В ответ ударили крупнокалиберные пулеметы КПВТ на бронетранспортерах и пушки БМП. Боевики прекратили огонь. Замолчало и оружие позиций российских войск.

– Эй! Слышит кто-нибудь? – крикнул в сторону парка Сомов.

Ему ответил молодой голос:

– Слышит! Вы кто такие?

– Свои!

– Свои все дома!

– Передайте командованию дивизии, что к парку вышло отделение 3-го батальона 137-го парашютно-десантного полка во главе с капитаном Сомовым.

– Кем?

– Сомовым…твою мать!

– Че ругаешься? Я и выстрелить могу!

– Я тебе выстрелю, так выстрелю, что забудешь, что такое автомат. Связывайся с начальством, чудило!

– Всем лежать не двигаясь!

– Да быстрей ты, не май месяц, и духи вновь могут огонь открыть!

– Лежать!

Вскоре из парка раздался другой голос:

– Капитан Сомов?

– Да!

– Я представитель штаба дивизии. По световому сигналу фонаря по одному, держа оружие стволами вниз, бегом перемещайтесь в парк, прямо на фонарь. При входе на позиции охранения – оружие на землю. Как понял?

– Понял!

– Запускай бойцов! А тут разберемся, кто вы.

В 1.40, пропустив всех бойцов, на позиции благополучно вышел капитан Сомов. И тут сзади раздался взрыв: кто-то из боевиков с опозданием выстрелил по «УАЗу» из гранатомета. Автомобиль разнесло в клочья. Сомов оглянулся, затем, бросив автомат на землю, присел у дерева на корточки. К нему подошел представитель штаба:

– Капитан Сомов?

– Ну?

– Назовите свою должность в батальоне и фамилию комбата.

– Заместитель командира 9-й парашютно-десантной роты 3-го батальона, которым командует подполковник Голубятников.

– Ясно! Вам следует пройти со мной в штаб.

– Да погоди ты! Дай отдышаться!

– Я, между прочим, майор!

– А я капитан, и что? Большая разница? Лучше дай закурить.

– Не курю.

– Жаль. Не торопись, майор. Теперь торопиться некуда. Знал бы ты, каково почти неделю находиться в тылу противника… Ну спроси, что ли, у кого-нибудь сигарету!

Солдат, стоявший рядом с майором, протянул Сомову пачку сигарет:

– Курите, товарищ капитан!

– Спасибо, солдат!

Прикурив сигарету, Сомов проговорил:

– Хорошо! Как же хорошо!

В 2.0 °Cомов и бойцы отделения были доставлены в штаб дивизии.