Облава на волка - Михаил Серегин

Ляжечка опять замолчал. На этот раз он молчал довольно долго. Щукин даже успел немного переместиться на подоконнике – из-за неудобной позы у него затекли ноги.

«Что-то не нравится мне этот разговор, – озадаченно размышлял Щукин, – как-то странно Ляжечка общается с клиентом. И эти слова… "сотрудники", "главный"… Не говоря уж о том, что меня он своим подчиненным назвал… Ну это ладно. За этот базар он отдельно ответит. А вот "сотрудники"… "операция"… "главный"… уж очень все эти слова напоминают общение ментовских чинов между собой… Так, спрашивается, кто этот загадочный клиент? Кто "главный"? Пока неясно, но предчувствие у меня уже очень нехорошее. Не наврал ли мне Ляжечка, что свалил от своей ментовской "крыши"? Если судить по этому разговору – наврал…»

На этом месте Щукин снова был вынужден прервать свои размышления – Ляжечка заговорил.

– Да, – говорил Ляжечка, – необходимо встретиться. Нужно обсудить очень важное дело. Нет, это не меня касается, это касается моего подчиненного…

«Обо мне говорит», – догадался Щукин, усмехаясь.

– Дело в том, – продолжал Ляжечка свой разговор с телефонным собеседником, – что мой подчиненный выдвинул новые требования. А он такой человек, что если его требования в точности не исполнить, то он просто откажется работать. Не разводить же мне всю катавасию заново, чтобы затащить его к себе…

«А вот это место я что-то не понял, – настороженно подумал Щукин, – что значит – катавасия? Как это – меня затащить? Значит, вся эта круговерть в городке моего отдыха была не просто трагическим стечением обстоятельств, а?..»

– Не телефонный разговор, – сказал Ляжечка в трубку, – и не вам решать, извините, вопрос с требованиями моего подчиненного… Без него мы не обойдемся, а он просит такое… Так что надо мне с главным повидаться… Что значит – исключено? – удивился Ляжечка. – Вот так просто говорить по телефону? Ну, хорошо… Значит, он требует всю сумму сейчас. Да, сразу. Чтобы деньги всегда были при нем… в чемоданчике. Или в сумочке… Или в авоське там, я не знаю… Я понимаю, что это придурь, но ничего поделать не могу. Его не переубедить – это факт. И факт еще – без него нам не обойтись. Так что мне делать? – спросил Ляжечка. – Что ему передать? Ага, – забормотал Ляжечка, – понял, понял… Значит, вы передадите главному, а он через вас – ответ. Хорошо, хорошо… Так где мы с вами встречаемся?

Ляжечка еще несколько секунд молчал, а потом Щукин услышал, как он повторил сказанное ему собеседником:

– Через два часа во дворе тридцать третьего дома. По какой улице?

И Щукин услышал название улицы.

* * *

Николай услышал писк отключаемого телефона и соскочил с подоконника. Он быстро, но тщательно закрыл форточку, оглядел подоконник, проверяя, не осталось ли каких следов, способных навести Ляжечку на определенные подозрения, потом сел к столу, взял остывшую уже чашку кофе.

И очень вовремя – скрипнула дверь, и в кухню вошел Ляжечка.

– Ну как? – невозмутимо отхлебнув кофе, осведомился Щукин.

– Все в порядке, – ответил Ляжечка бодро, будто это не он только что мялся и скулил, общаясь со своим заказчиком.

– Когда у меня будут бабки? – спросил еще Щукин.

– Я сейчас пойду за ними, – сообщил Ляжечка. – Заказчики тобою очень довольны, так что, думаю, проблем с выплатой не будет. Остается только одна проблема…

– Какая еще может быть проблема? – удивился Щукин.

Ляжечка достал из кармана необъятных спортивных штанов сигарету и закурил.

– А вот какая, – сказал он. – Если вдруг ты задумаешь сдернуть с бабками… У тебя ничего не получится. Ты помнишь, как я быстро вычислил, что за квартирой, где находились вы с Лилькой и Матрос, следили?

– Ага, – сказал Щукин, – помню.

– Так вот, – продолжал Ляжечка, – за этой квартирой была установлена серьезная слежка. Настолько серьезная, что…

– Что смотрящие допустили возможность провала, – хмыкнул Щукин. – Как те отморозки могли вычислить нас, а?

Ляжечка нахмурился.

– Черт его знает, – проговорил он медленно, – я сам об этом думал, голову сломал. Но я уже консультировался с… с заказчиками, и мы вместе пришли к такому выводу…

Ляжечка помедлил, сминая в пепельнице докуренную сигаретку.

– Ведь те, кто за тобой гонялся сегодня ночью, явно не местные, так? Так, – ответил он сам себе, – они за нами по пятам шли. И обогнали немного – судя по тому, что ты вляпался в перестрелку еще под Питером. А теперь они, скорее всего, нашли в этом городе кого-то, кто им здорово помогает. Какого-то по-настоящему серьезного человека – с нормальными связями и практически неограниченными возможностями. И на вас они вышли через Матроса, наверное… Да, точно через Матроса – по-другому никак не получилось бы…

– Хочешь сказать, что Санька был засланным казачком? – спросил Щукин.

– Может быть, – качнул наголо обритой головой Толик Ляжечка, – а может, и нет. За ним просто могли следить. Его же в Питере знают. И знают, что в Питере никто из местных с ним связываться не стал бы, а вот иногородние легко могли его на какую-нибудь работу подписать. А что из этого следует, как думаешь? – хитро прищурился Ляжечка.

– Не знаю, что из этого следует, – пожал плечами Щукин, хотя ответ уже забрезжил где-то на задворках его сознания.

– А следует из этого, – заговорил Ляжечка, – во-первых, то, что сами отморозки, которые за нами по следам идут, может быть, и могли бы его подписать на работу, да им отсоветовал тот самый серьезный человек, который контролирует их мероприятия в Питере.

– А во-вторых?

– А во-вторых, – поднял Ляжечка вверх толстый палец, похожий на насосавшуюся крови пиявку, – этот самый серьезный человек мог предположить, что на Матроса выйдут другие иногородние деятели, то есть мы.

– То есть ты, – уточнил Щукин, – ведь идея нанять мне в помощь Матроса от тебя исходила. Если бы ты до этого не додумался, глядишь, Лиля была бы уже в Швеции, а я на Багамах отдыхал бы.

Ляжечка неопределенно пожал плечами.

– Насчет Багам сомневаешься? – усмехнулся Щукин. – Так я и знал, что ты уже план разработал, как меня с моей наградой кинуть…

– Да нет! – быстро ответил Ляжечка. – Ты чего? Мои… наши заказчики люди серьезные и обязательные – как сказали, так и будет. Они честно работают!

– Они-то, может, и честно, – туманно проговорил Щукин, – а вот ты…

И тут же поднял руку вверх, предупреждая готовые сорваться с толстых Ляжечкиных губ слова возмущенного оправдания.

– Ладно, ладно, – примирительно проговорил Николай, – это я так – шучу. То есть предупреждаю. Я согласен работать на твоих заказчиков, только мне гарантия нужна, что меня не кинут. Тогда и я… – Николай подмигнул открывшему рот Ляжечке, – буду ответственно относиться к своему делу. Понятно? Если у меня на руках бабки будут, то и гарантия, значит, будет, что кидать меня никто не собирается. Просекаешь тему?