Черноморский Клондайк - Михаил Серегин

– Товарищ лейтенант, товарищ лейтенант, – приговаривал он, – как же вы так неосторожно-то?

– Давай, Локтев, давай за ними, – сморщившись от боли, проговорил лейтенант, – нужно их догнать.

– А вы как же, товарищ лейтенант? – Локтев не двигался с места. – Вам же помощь нужно оказать. Я сейчас за аптечкой сгоняю, там у меня бинт есть и йод.

– Идиот! – заорал лейтенант. – Давай быстро за ними!

С меня же Сошкин шкуру сдерет!

– Как же можно, товарищ лейтенант? – Водитель не трогался с места. – Давайте лучше я вашу ногу посмотрю. Никуда они не денутся. Объявим их в розыск, схватим тепленькими… Ну-ка, ногу покажите…

Я ведь кое-что в этом соображаю.

– Какой же ты тупой, Локтев! – Поняв, что спорить с ним бесполезно, лейтенант отпустил лодыжку. – На, смотри. Ты же понимаешь, Локтев, это не наш район. Сошкин велел найти этих четверых, хотя разговор, кажется, был о троих, и доставить в горотдел. Что они такого натворили, я не знаю, но ты же в курсе, Локтев, что со мной сделает Сошкин. Это же зверь, не человек! Маленький, как ты, а сколько злости! Он же с меня с живого теперь не слезет. Ой, блин, поосторожнее! – вскрикнул лейтенант.

– Сейчас, сейчас, Игорь Петрович. – Водитель стащил с ноги начальника башмак. – Сейчас наложим тугую повязку.

Бинт есть, есть в аптечке.

Оставив лейтенанта лежать на склоне, он неторопливо, основательно так, пошел к машине. Пассажиры с интересом наблюдали за происходящим, хотя самое интересное уже, конечно, было позади. Водитель маршрутки вытер руки промасленной ветошью и снова погрузился в нутро двигателя.

Милицейский водитель добрался до служебной машины, нашел аптечку и с бинтом вернулся к своему обездвиженному начальнику.

– Там рация надрывается, Игорь Петрович, – доложил он, вскрывая пакет с бинтом.

– А-а, теперь уже все равно, – махнул рукой лейтенант, – накладывай свою повязку.

Водитель ловко сделал перевязку и помог лейтенанту подняться.

– Пистолет, – показал он на валявшееся в стороне оружие.

Подняв «макаров», водитель затолкал его в лейтенантскую кобуру.

– Можно идти, товарищ лейтенант.

– Пошли, – сморщился тот от боли, попытавшись наступить на ногу.

– А вы ее подогните, – посоветовал водитель.

Опершись на плечо подчиненного, лейтенант поскакал к дороге.

– Это что, преступники были? – подала голос тетка с тройным подбородком, когда лейтенант прыгал мимо стоявшего на приколе «рафика». – Чего же они такого натворили? Сперли чего-нибудь?

Девица мне сразу показалась подозрительной…

Лейтенант ничего не ответил и, поддерживаемый своим водителем, проковылял к «уазику», где надрывалась рация. Он с трудом устроился на переднем сиденье и снял трубку.

– Пятый слушает, товарищ подполковник, прием.

– Ну что, лейтенант, как успехи, взял их? – услышал он искаженный радиопомехами голос Сошкина.

После того как лейтенант доложил ему, что обнаружил беглецов, тот считал, что дело в шляпе. Когда же лейтенант сообщил, что операция сорвалась, тот взорвался.

– Какого же хрена, лейтенант?! – заорал он в рацию. – Да знаешь, что я с тобой за это сделаю?!

– Догадываюсь, – буркнул лейтенант. – У меня травма, товарищ подполковник!

– Какая, к черту, травма? – бесился Сошкин. – Они у тебя в руках были. Как же ты, растяпа, смог такое допустить? Да я тебя… Пойдешь на перекресток, рядовым регулировщиком, мать твою!

Я тебе устрою сладкую жизнь! Ты у меня, говнюк, не рад будешь, что на свет родился. Где они, где? – вдруг он сбавил тон. – Куда они делись-то?

– Ушли через виноградники, товарищ подполковник, – заикаясь, ответил лейтенант, – а я ногу подвернул.

– Ты что же, один на задержание поехал?

– А кого еще брать-то? Нет же никого. Кто же думал, что они деру дадут.

– Ну, блядство, ну, скотство, ну, паскудство! – снова начал неистовствовать Сошкин. – Давай координаты, еще группу отправлю.

Лейтенант быстро сориентировался на местности и доложил.

– Хотя нет, не нужно группу, – вроде как сам себе сказал Сошкин. – Придется с сочинскими связываться. Ах как ты меня подставил, лейтенант, как подставил!

– Виноват, товарищ подполковник, исправлюсь.

– Конечно, виноват, еще как виноват, – бурчал начальник милиции. – Ладно, оставайся на месте, я с тобой позже свяжусь.

Рация замолкла, и лейтенант с облегчением вставил трубку в аппарат.

– Слышал? – покосился он на Локтева.

– Зверь, – сочувственно проговорил тот.

* * *

Иннокентий несся по широкому проходу между виноградными рядами, лихорадочно высматривая место, где бы можно свернуть в сторону. Такого места он не находил. Шпалеры казались бесконечными. В одном месте он все-таки заметил дыру, через которую можно было перебраться в соседний ряд.

Проскользнув туда, он подал руку Галине. Следом в дыру протиснулся Валька, за ним – Юрка. Все были с раскрасневшимися лицами, по которым ручьями стекал пот.

– Чего бежим-то? – Юрка удивленно посмотрел на Иннокентия и, достав носовой платок, вытер лицо.

– Так надо, – коротко бросил тот и помчался дальше.

Не было сейчас времени объяснять свои нехорошие предчувствия. Все равно бы никто не понял. Он и себе бы не смог сейчас объяснить, почему к ним привязались менты. Но какое-то чутье, может быть, интуиция подсказывали ему, что нужно бежать. Нужно избавиться от ментов, чего бы они там ни замыслили. У него было подозрение, что эта проверка документов и попытка их задержать как-то связаны с письмом на свинцовой пластинке.

Как о письме стало известно, он, конечно, даже не догадывался, но сомнение по поводу счастливого освобождения Вальки и Галины начало грызть его изнутри. Иннокентий отгонял от себя эти навязчивые мысли, но они снова откуда-то появлялись, терзая его. Хотя, если что-то о казне знает Хазар, при чем тут менты? Да они все там повязаны. Так уж и все? Ну, если не все, то почти все. А Юрка? Не мог ли он сболтнуть чего лишнего? Но кому и когда? Эти обрывочные мысли нисколько не прояснили ситуацию. Менты были из Анапы, значит, ниточка тянется оттуда. Каким образом они пронюхали о планах Иннокентия и его товарищей, было все равно непонятно, поэтому Иннокентий сосредоточился на дороге.

Виноградник наконец-то закончился. Впереди уходила вниз небольшая лощина, покрытая зарослями лиан и кустарников, а на другой ее стороне начинался лес.

– Нам туда, – показал он в сторону зеленых крон, которые могли бы их спасти, быть для них естественным укрытием.

Но чтобы добраться до леса, нужно было пересечь пару сотен метров открытого пространства.