Тридцатого уничтожить! - Виктор Доценко

Пятый осмотрел молчаливую группу боевиков и сказал:

— А вы страдаете за то, что позволили это безобразие; завтра с утра всем забег на десятку при полном параде! — он взглянул на оставшиеся рюмки, бутылки и приказал Семнадцатому: — Убрать! — Затем повернулся и быстро вышел.

— Всем — отбой! — крикнул Шестой и направился вслед за ним.

Все потянулись к выходу, а Семнадцатый начал убирать посуду.

Савелий взгляда на бутылку, я которую держался Четвертый, и вспомнил про его сейф: вот почему интуиция подсказала ему обратить внимание на бутылку. Он осмотрелся по сторонам, пытаясь найти Психолога, но тот был занят своим прожженным во время замыкания проводов костюмом и не видел ничего вокруг. Оставались телекамеры, но Савелий решил, что тот, кто сейчас смотрит в них, не сможет соединить все воедино. Он подхватил бутылку за самое горлышко и пошел к выходу.

Аркадий Михайлович Денисов

В вестибюле Комитета государственной безопасности, перед входом в кабинет генерала Галина, встретились двое: полковник Согомалов и член Правительства России — Денисов.

— Как дела, Константин Иванович? — пожимая руку, спросил Денисов.

— Двигаются потихоньку, Аркадий Михайлович! Тот взял его под руку и повел к выходу, бросая по сторонам настороженные взгляды:

— То, что сейчас услышишь, только для тебя: в стране об этом знают только два человека. Ты третий? Даже ему, — он кивнул в сторону кабинета генерала, — не имеешь права сообщить об этой информации.

— Неужели… — Богомолов — не решился договорить, чтобы не попасть впросак.

— Вот именно. Есть кое-какие подозрения, но их еще необходимо проверить.

— Понятно, — нахмурился полковник.

— Американская разведка, ссылаясь на данные из космоса, доложила в Пентагон и конгрессу о том, что у нас идет реконструкция и расширение сети исправительных колоний.

— Мне об этом ничего неизвестно! Может, «деза»? — предположил подполковник. — Вряд ли мое ведомство могли миновать такие вещи!

— По моим каналам кое-что известно, — заверил Денисов. — К огромному сожалению, это не является дезинформацией. Она подтверждается и тем вроде бы побочным фактом, как заказ нескольких сотен тысяч наручников. Или это тоже «деза»?

— Нет, я же вам представил документальные подтверждения, — смутился полковник. — Просто верить не хочется.

— Мы, к сожалению, не имеем с тобой права на эмоции. Теперь понимаешь, насколько важно найти, где и для чего концентрируется оружие?!

— Ну, для ЧЕГО — понятно! — усмехнулся полковник.

— Остается узнать — ГДЕ, — улыбнулся тот, похлопал его по плечу и ушел.

Богомолов некоторое время смотрел ему вслед, размышляя над услышанным, но в этот момент из дверей, за которыми скрылся Денисов, вышел огромный верзила, один из помощников генерала, и както странно взглянул на Богомолова.

Перехватив его взгляд, полковник быстро пошел к выходу, а тот скрылся в приемной шефа

Побег

Савелий медленно шел по коридору и остановился у лестницы, о которой ему написал капитан:

— Стой, как стоишь, и слушай! — раздался голос Воронова.

— Андрюша, наконец-то! — не мог сдержать эмоций Савелий.

— Да тише ты! — опасливо прошептал капитан и решительно втащил его под лестницу.

— Живой, братишка! — радостно прошептал Савелий, тиская Воронова.

— Живой, как видишь. Слушай внимательно: существует целая сеть, имеющая филиалы по всей стране. Наркотики, как я уже тебе сказал, и оружие.

— И много оружия? — нахмурился Савелий.

— Десятки, сотни тысяч стволов. На этой базе сконцентрированы силы, которые осуществляют транспортировку и добычу оружия, кроме того, здесь создана лаборатория для переработки сырья и производства наркотиков. Все в крови!

— Ты-то как сюда попал, капитан?

— Обо мне потом, — с грустью махнул рукой Воронов. — Ты-то мне веришь?

— Если нельзя верить тебе, то кому можно?! Ты это брось! — рассердился Савелий. — Что ты говорил про блок «два»?

Капитан удивленно посмотрел на него: неужели не расслышал во время боя — но повторил:

— Второй блок — наркотики! Там и лаборатория. Уверен в этом. А зря ты с Восьмым поцапался!

— Четвертый приказал на воздух, освежиться, — хмыкнул он.

— «На воздух»? Худо, совсем худо! — покачал головой капитан. -«На воздух» у Четвертого и означает крещение кровью. Хотел лучше подготовиться, да делать нечего. За сейф гложет душа! — он разочарованно причмокнул губами.

— У Четвертого в кабинете, что ли?

— Ого! Без году неделя на базе, а уже столько знаешь! — удивился капитан. — Там, явно там дискета. Я уж и спецсостав достал для его пальчиков, да не успел.

— Составчик-то с собой? — хитро улыбнулся Савелий.

— С собой. — Воронов явно не понял, почему он об этом спрашивает, но протянул ему пакетик со спецсоставом.

— Вот его пальчики! — подмигнул Савелий, показывая ему бутылку с виски.

— Ну, братан! — Капитан радостно хлопнул его по плечу. — За мной — «универсальный» ключ! В два тридцать — в богатом холле. Ждать пять секунд и уходить одному! Ясно?!

Савелий хотел предложить капитану еще осмотреть блок «два», но в этот момент послышался какойто шум. Воронов приставил палец к губам и тут же исчез, мотнувшись в малоосвещенный коридорчик.

Савелий быстро вышел из-под лестницы и встал так, словно стоит здесь уже давно. Перед ним возникла фигура Семнадцатого. Его губы были сильно разбиты, из носа сочилась кровь и он постоянно промокал ее носовым платком.

— Ты чего здесь стоишь? — заметив Савелия, дружелюбно спросил, он.

— Да вот, — как бы смущаясь, ответил Савелий. — Четвергами приказал «на воздух», а ключа-то у меня нет.

— Это не совсем то, что ты думаешь, — с грустью вздохнул Семнадцатый и тут заметил у Савелия злополучную бутылку, которой едва не схлопотал по голове. — Спасибо, что спас меняет сотрясения мозга, если не хуже.

— Ладно, чего там. Ты левую руку вверх подними: если правой ноздри идет кровь, то левую.

— Ерунда все это! — махнул он рукой.

— Не скажи. Ладно, по-другому сделаю, побыстрее. — Савелий притронулся пальцами где-то у затылка Семнадцатого, а пальцами другой руки провел трижды у его носа; кровь на глазах свернулась и перестала идти.

— Надо же, никогда бы не поверил, что такое возможно! — воскликнул парень, затем вытащил из кармана пластиковый ключ, с опаской огляделся по сторонам и встал так, чтобы скрыться от телекамеры. — Вот, возьми. Коридоры без набора, помещения — свой номер, число и номер комнаты.

— Да мне пока это не нужно, — начал было говорить Савелий, но Семнадцатый вдруг усмехнулся: