Силы быстрого развертывания - Александр Тамоников

Караульский пограничный КПП, 26 августа, 8.00 местного времени

На площадке особого досмотра майор Соколов выстроил наряд пограничников, выходящих для несения службы по досмотру проходящей через пост техники. Пройдясь вдоль строя и внимательно оглядев подчиненных, начальник заставы обратился к ним:

— Товарищи прапорщики, сержанты и рядовые! С каждым из вас я вчера провел беседу, объяснив сложившуюся обстановку и предупредив о том, кому и что следует делать при появлении бойцов одной из Федеральных спецслужб, проводящей на территории заставы свою акцию. Еще раз прошу быть предельно внимательными и осторожными. Все приказы командира спецназа выполнять неукоснительно и немедленно, какими бы странными они вам ни показались. Помните, спецназ — это мощная, профессионально подготовленная сила, способная на многое и не предрасположенная щадить тех, кто встанет на ее пути. Любой необдуманный шаг с вашей стороны может быть воспринят «профи» как попытка оказания сопротивления, что мгновенно вызовет ответную реакцию. В чем она выразится, я не хочу даже говорить, сами прекрасно все понимаете. В сегодняшний наряд я отобрал вас как лучших специалистов в своем деле и надежных солдат. Не подведите меня и себя. А сейчас старшим нарядов развести личный состав к местам несения службы!

Прапорщики отдали приказания, и две группы по четыре человека в колонну по одному отправились к шлагбаумам.

Неожиданно рация Соколова пропищала сигналом вызова. Это был вызов на частоте пограничников. Майор включил прибор связи и тут же услышал знакомый голос начальника отряда подполковника Беляева:

— «Бастион» вызывает «Перевал»!

Соколов ответил:

— «Перевал» слушает вас!

— Здравствуй, майор!

— Здравия желаю, товарищ подполковник!

— Как дела, Виталий Дмитриевич?

— Все по плану!

— Это хорошо, что по плану, где у тебя там Сонин? Я пытаюсь его вызвать, в ответ — тишина!

Майор объяснил, стараясь говорить спокойно:

— Он не может вам ответить, так как с подъема, используя резервную группу внутреннего наряда, обследует левый от заставы хребет. Я тоже хотел с ним поговорить, но оказалось, что он даже рацию свою не взял, я ее в канцелярии заметил. Непростительная беспечность, я буду вынужден наказать его за халатность.

Ответ начальника заставы удивил подполковника.

— С чего это старший лейтенант полез в горы?

— Дело в том, что вчера, после нашего с вами сеанса, он сам пробовал выйти на вас, но это ему не удалось. Помехи вновь забили эфир. Вот он и решил проверить близлежащую местность, в чем я ему не стал мешать, хотя объяснил при этом, что подобные сбои связи уже имели место до его прибытия на заставу и что причина возникновения этих помех так и не была выявлена. Но Сонин уперся как баран. Он упрям, и это еще не самое худшее качество моего заместителя.

Беляев поинтересовался:

— Что ты имеешь в виду?

— Не сработаемся мы. Слишком он самоуверен и крайне неосторожен.

— Не понял?

— А тут и понимать нечего. Старший лейтенант практически не скрывает того, что прислан на заставу с целью установления контроля надо мной. И прислан лично вами. И это не мои догадки или предположения, это его слова! Так что я бы на вашем месте…

Начальник погранотряда перебил подчиненного:

— Знаешь что, Виталий, давай каждый останется на своем месте, и не будем обсуждать действия вышестоящего начальника.

Соколов согласился:

— Как скажете, товарищ подполковник! Но привлекать к делу такого типа считаю ошибкой.

Беляев повысил голос:

— Я же сказал, майор, не надо ничего решать за начальство. Или ты чего-то не понял?

— Я все понял! Только как бы вы, Сергей Андреевич, позже не пожалели о том, что доверились Сонину. Но… вы правы, обсуждать действия начальника дело неблагодарное, а посему больше вы об этом не услышите ни слова.

Подполковник недовольно пробурчал:

— Вот так-то лучше! Перейдем к главной теме. Ты готов к приему колонны?

— Как обычно!

— Хорошо! Работай по плану, а Сонин, как спустится с перевала, пусть немедленно свяжется со мной.

— Есть, я ему передам ваше распоряжение!

— До связи, майор!

— До связи!

Соколов, отключив рацию, посмотрел на часы: 8.25!

Прошел к казарме, вызвал на улицу дежурного.

Как только тот явился, майор приказал:

— Экстренное построение всего личного состава, включая и караул, кроме смен на горных постах. Командуй, сержант!

Дежурный подал команду на построение.

К Соколову подошел начальник караула, недоуменно спросил:

— Товарищ майор, я не понял, вы и караул снимаете?

— Да, прапорщик, прикажи разводящим вызвать часовых с нижних постов и выводи караул в общий строй!

Прапорщик удивился:

— Что все это значит, товарищ майор? За всю мою службу на границе такого еще не бывало.

Соколов спокойно ответил:

— Выполняйте приказ, прапорщик! Я все объясню перед строем.

Начальник караула, козырнув, вернулся в караульное помещение, тотчас отправил разводящих на снятие часовых с постов у шлагбаумов.

В 8.30 застава, исключая часовых горных постов и наряда по досмотру техники, была построена, о чем старшина подразделения доложил начальнику.

Соколов, зная, что у него всего пять минут для выполнения распоряжения командира отряда спецназа, обратился к личному составу:

— Товарищи пограничники! Я построил вас для того, чтобы довести до вас приказ начальника отряда. Подполковник Беляев с инспектором из Центра скоро прибудет к нам с целью показать высокому проверяющему чину слаженность действий нашего подразделения в различных ситуациях, начиная с подъема и заканчивая имитацией нападения на заставу. Поэтому прошу весь личный состав собраться и не ударить в грязь лицом. Хочу особо отметить, что по результатам проверки отличившимся бойцам срочной службы будет предоставлен внеочередной отпуск, контрактникам и прапорщикам денежное вознаграждение. Сейчас караулу сдать оружие и всем военнослужащим проследовать в свои отсеки, выполнив команду «отбой». Далее ждать команды либо дежурного по заставе, либо лично моей. Всем все ясно?