Война Бешеного - Виктор Доценко

Ей было страшно, ей уже не хотелось играть в благородство, заслоняя собою подругу.

Главарь выругался и отошел от Людмилы. Он щелкнул пальцами, кивая в ее сторону. Раздались выстрелы — и Людмила повалилась на тела расстрелянных раньше заложников.

В ресторане слышали стрельбу. Все были взволнованы, но боялись за свою судьбу и не пытались возмущаться. И только когда боевик пришел за Людмилой, Федор попытался хоть как-то ее защитить, на ломаном английском объяснить террористу, что она не та, за которую ее приняли. Боевик не хотел слушать чью-то болтовню, он выполнял приказ.

Подняв автомат, он просто двинул прикладом в лицо Федору. Тот отлетел на сидящих по соседству людей. Они шарахнулись в стороны, и Федор оказался на полу. Ни один из туристов не решился оказать ему помощь. Людмилу увели. Алексей подошел к Федору.

— Встать сможешь? — спросил он у приятеля.

Тот только застонал в ответ.

Все его лицо было залито кровью, видимо, боевик сломал ему нос. Дети Николаевых тихо плакали, глядя на отца. Алексей помог подняться Федору и усадил его на освободившийся стул Людмилы. Снова послышались очереди. Многие из сидящих в ресторане сочувственно посмотрели в сторону русских. Услышав выстрелы, Федор вздрогнул всем телом.

— Крепись, Федя, у тебя же дети… — пытаясь успокоить приятеля, сказал ему Алексей.

Даже Наталья посмотрела на него как-то по-женски, с жалостью.

И в этот момент в ресторан ворвался главарь со своими подручными. От былой его невозмутимости не осталось и следа. Он был зол на то, что его обманули, вынудили потерять драгоценное время. Террористы, грубо расталкивая заложников, пробрались к месту, где сидели русские.

— Ты? — спросил главарь по-русски, указывая пальцем на Наталью.

— Ну я… — спокойно отозвалась она.

— Пошли! — Главарь дернул ее за руку.

— Куда вы ее ведете? — спросил Алексей.

— Ты кто? — вместо ответа задал вопрос главарь.

— Ее муж.

— Будешь расстрелян следующим, если она не сможет уговорить своего отца!

— пообещал главарь и потащил Наталью к выходу из ресторана.

Но сначала он сфотографировал ее у трупов расстрелянных заложников. Затем главарь потащил ее наверх. Очутившись в радиорубке, он приказал развязать Михалыча, затем написал от руки какой-то текст, а потом заставил Наталью написать на том же листке строчку «Папа, спаси меня!»

— Передавай! — приказал он радисту.

Тот безропотно подчинился. В эфир полетело новое сообщение и фотографии с убитыми заложниками.

Через полчаса пришел ответ. В нем предлагалось позвонить по определенному номеру телефона и оговорить предварительные условия. Михалыч по приказу главаря настроил телефонную связь и набрал нужный номер. В трубке раздалось два коротких гудка, потом на том конце провода сняли трубку, и в ней послышался глухой взволнованный голос:

— Президент слушает!

— Говори! — Главарь передал трубку Наталье.

— Папа, здравствуй! Извини, что так получилось… — начала она.

— Ты только не волнуйся, все будет в порядке. Что это за девчонку они мне прислали?

Только теперь, услышав такой родной и знакомый голос отца, Наталья заплакала.

— Это Люся, — ответила она, захлебываясь слезами. — Ты должен ее помнить, мы вместе с ней учились. Их семья с нами отдыхает на корабле…

— Отдыхает… — вздохнул президент, — ничего себе, понимаешь, отдых! Ее что, действительно убили?

— Да!

— Нечего сказать, поставила ты мне задачку! Где я, понимаешь, столько денег найду? Они что, совсем, что ли, сумасшедшие?

— Нет вроде.

Президент замолчал.

— Дай-ка мне кого-нибудь из этих. Есть там кто главный?

— Сейчас… — Наталья молча передала трубку командиру террористов.

— Надеюсь, вы убедились в серьезности наших намерений? — жестко спросил главарь. — Наши требования таковы…

Дальнейший разговор Наталья не слышала: ее вывели из радиорубки и, отведя в одну из соседних кают, заперли на ключ…