Аргументы в обойме - Александр Тамоников

В 8.00 субботы 10-го числа в сторону Мурома пошел «Рено» с Романом и прапорщиком Лазаревым. Группа капитана Родионова, временно подчиненная Уланову, получила от него приказ остаться в доме. Корнов должен был снять носитель с записывающего устройства. Роли были распределены, задачи поставлены. Спецназ продолжил работу по плану «Б», начатую прошлой ночью.

Лазарев, сидевший на переднем пассажирском месте, спросил:

— Ты, командир, звонить Вере и Кузьмичу не будешь?

— Вера должна посетить нотариуса, а Кузьмич — уехать в село. Если со стариком говорить можно, хотя по сути и не о чем, то Вере звонить опасно. Рядом с ней вполне могут быть люди Огурцова. Даже если они не будут слышать разговора, то этот звонок, скорее всего, покажется им подозрительным. Нет, Гена, работаем по плану.

— А если бандиты нанесут удар не в деревне?

— Смысл? Сейчас у них все складывается гладко. Моренко они не ищут, у него выходной. Все остальные работают по плану. Зачем им усложнять ситуацию, а с ней и жизнь себе? Вот если бы их обманул Кузьмич или Вера, то да, тогда от них можно было бы ждать любой мерзости, а пока… все идет нормально.

Лазарев улыбнулся и осведомился:

— Это тебе твоя интуиция подсказывает? Мол, не волнуйся, хозяин, угрозы нет?

— И интуиция тоже. Ты же знаешь, я нутром чую, когда рядом опасность. Сейчас ее нет.

— Ну, если так, то тогда конечно.

Они подъехали к деревне в 8.40 той же лесной дорогой, оставили машину там, где и в прошлый раз, в полосе кустарника на опушке леса, потом залегли и принялись осматривать местность.

В 10.20 от села к участку подъехала «Волга».

Из нее вышел Марин с папкой, нагнулся к окну и сказал:

— Спасибо, Валера!

— Да не за что, дядя Егор.

«Волга» уехала. Кузьмич осмотрелся, вошел в дом. Спецназовцы двинулись следом за ним.

Старик аж икнул от неожиданности, когда увидел Уланова и Лазарева.

— Вы как лешие, ни звука, когда ходите! — заявил он.

— На то и учились, Кузьмич. Все дела сделал?

— Да, Вера привезла доверенность. Сейчас она в медпункте, рядом полицейский. По-моему, он к ней клинья подбивает.

— Это хорошо. Не всю же жизнь ей одной маяться. А он молодой, холостой, при должности с неплохим окладом и перспективой карьерного роста.

— Дай бог, чтобы у них все сложилось, — проговорил Кузьмич, тут же спохватился и сказал: — Я-то позавтракал на селе, а вы небось голодные?

— Ничего, — ответил Уланов, — голодные мы особенно злые. Бандиты не звонили?

— А хрен их знает, у меня батарея в телефоне села. До того не беспокоили.

— Ну и ладно, давай определимся, где нам встать так, чтобы сразу заметить бандитов. Один в спальне, это понятно. Ну а второй должен быть в комнате.

Кузьмич указал на занавеску от печи до стены.

— Там кровать. Место встать есть. Но если они занавеску откроют или в окно посмотрят, то увидят.

Уланов посмотрел закуток, оценил его и сказал:

— Нормально. Здесь встану я. Ты, Гена, иди в спальню. Там займешь позицию у стены сбоку от входа, чтобы когда открылась дверь, оказался за ней.

— Понял.

— Ну а пока посидим. Я бы не отказался от твоего знаменитого чая, Кузьмич.

— Сделаю сейчас. Кстати, я вам насыпал по пакету.

— Спасибо.

Бандиты оказались пунктуальны. Звук работы двигателя их «Шевроле» стал слышен в 11.50.

— Едут сюда эти собаки бешеные, — проговорил Кузьмич.

— Так, по местам. Ты, Кузьмич, веди себя уверенно, но иногда показывай нервозность. Не пререкайся с ними. Что запросят, то и отдай, только подпись на акт не ставь, когда удостоверишься, что деньги на счету, просто отойди к окну. Черт, у тебя же телефон не работает, а должна из банка SMS прийти. Подключай быстрее! — распорядился Роман.

Хорошо, что зарядка лежала на видном месте. Кузьмич подключил ее, и телефон тут же завибрировал.

— На ваш счет …зачислен один миллион шестьсот тысяч рублей, — начал читать старик текст сообщения. — В случае, если…

— Все! — прервал Кузьмича Уланов. — Деньги получены, бандиты рядом. По местам!

Лазарев ушел в спальню, Уланов пристроился между кроватью и занавеской, закрыл шторкой окно. Спецназовцы передернули затворы пистолетов и готовы были пустить их в ход.

Бандиты зашли без стука.

Первым ввалился в комнату Басалай и заявил:

— Здоров, Кузьмич.

— И тебе не хворать.

— Здоров, — это уже Сенько.

— Ну что, старый? Заканчиваем наши дела? — спросил Басалай.

Кузьмич вздохнул и сказал:

— Заканчиваем.

— Проверял деньги?

— Да вроде пришли.

— Не вроде, а пришли. Дай-ка телефон.

— Он на зарядке.

— И что?

Басалай открыл старый телефон и сказал:

— Вот лимон шестьсот тысяч на счет, номер которого вы передали. Бабки у вас. Где генеральная доверенность?

Кузьмич указал на папку, лежавшую с края стола.

— Вон там!

— А ну, посмотрим!

— Смотри. Ты грамотный, поймешь.

— Не в первый раз.

— Тем более.

Басалай взял папку. Руки у него были заняты. Сенько сел на стул, закурил. Кузьмич отошел к окну.

Тут занавеска отлетела вперед. Бандиты увидели крепкого мужчину в маске, перчатках, с пистолетом в руке. Тут же из спальни вышел второй такой же человек и взял на прицел Сенько.

— Ну, что, господа бандиты, настало время отвечать за свои подлые поступки. И не дергаться, уроды, если не хотите расстаться с жизнью! — заявил Роман.

— Вы чего это творите? Мы тут по закону! — сказал Басалай.

— А нам плевать. Мы не менты, чтобы блюсти законы.

— А кто?

Басалай и Сенько находились в полной растерянности.

— Знаешь, кто бывает в кожаном пальто?

— Подождите, мы от Огурцова. Вы в курсе, с кем связываетесь?

— В курсе, Басалай.

— Тогда давай нормально перетрем ситуацию.

— Конечно, — произнес Уланов, сделал два шага вперед по маленькой комнате и рукояткой пистолета ударил Басалая по голове.

Тот что-то тявкнул и повалился на пол.

Сенько успел выдернуть из-за ремня пистолет, такой же «ПМ». Знал бы, что против них работает спецназ, сидел бы спокойно. Мощный удар кулаком в голову лишил его сознания и отбросил к печи.